Спящее искупление - Сэди Винчестер

Атлас покачал головой, явно не зная, как реагировать на мое появление.

— Я собираюсь сходить за одеждой, — сказал он, поднимаясь на ноги.

Прежде чем он отошел на расстояние вытянутой руки, я поднял свою трость и шлепнул ею по этой восхитительной заднице, прежде чем сверкнуть дерьмовой ухмылкой.

— А теперь поторопись, мне не терпится услышать всё о твоей «ёлочной игрушке». Осталась чёрной, или теперь стреляешь перламутром? Любопытные умы жаждут знать.

Атлас открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал и закрыл его. Покачав головой, он направился к кухне и скрылся из виду.

Я крикнул ему вслед: — Ах да, я оставил пару сэндвичей в холодильнике, если у тебя разыгрался аппетит!

Кинли хихикнула.

— Рук, веди себя прилично.

Повернувшись боком, чтобы я мог лучше рассмотреть ее великолепное сияние после секса, я невинно улыбнулся.

— И что в этом забавного? Приличие для стаи, а не для лиса.

Она боролась с улыбкой, которая растянулась на ее лице, пока она лежала там, ее щеки все еще были розовыми от напряжения. Даже с полуприкрытыми глазами я мог видеть, что за этими глубокими синими глазами скрывается нечто большее.

Смягчая голос, я тщательно подобрал слова.

— Я горжусь тобой, любимая.

Обе ее брови поползли вверх.

— За что это?

Моя рука похлопала ее по обнаженному бедру.

— За то, что повеселилась со своим бывшим. Конечно, мне бы хотелось получить приглашение на эту вечеринку… Но, увы, я выполнял миссию менее плотского характера. — Опустив взгляд между её ног, я на мгновение замер.

Похоже, мой вопрос о том, может ли камбион потерять свою чёрную, как смоль, семя, получил ответ. Всё, что было размазано между бёдер Кинли, — это молочно-белая жидкость. Это вызвало во мне прилив гордости от осознания того, что я все еще мог дать ей кое-что, чего не мог дать даже великий Атлассиан.

Отвлекая меня от моих мыслей, Кинли ответила: — Может быть, в следующий раз. — Она игриво подмигнула.

Я наклонился и нежно поцеловал ее в бедро.

— В таком случае, я буду ждать. — Я слегка прикусил ее плоть, прежде чем отстраниться.

— Чего ждать? — Спросил Атлас, вернувшись в темно-серых боксерских трусах и с одеялом в руках.

Встав, я спустился по последним нескольким ступенькам. Я покрутил трость в ладони, прежде чем спрятать ее в рукав на всякий случай.

— Чтобы посмотреть последний выпуск моего любимого шоу-конкурса по выпечке. Это одно из моих многочисленных греховных удовольствий.

Судя по взгляду, который я получил, я не думаю, что он был полностью убежден. Я театрально хмыкнул, пока Атлас подходил к Кинли, укутывая ее одеялом, чтобы согреть. Я засунул руки в карманы и прислонился спиной к стене, гадая, заберет ли Шелли Маклин домой титул «Пикассо выпечки».

Кинли села, поплотнее закутавшись в одеяло. Ее усталые глаза встретились с моими.

— Ты выяснил, кто отправил посылку?

Я надеялся еще немного избежать этого вопроса. Я наблюдал, как Атлас сел рядом с ней, обнял ее за спину и притянул ближе к себе. Вместо того, чтобы броситься в его объятия, она напряглась под его прикосновением. Реакция была странной, учитывая, как я застал двух голубков, когда только пришел.

Атлас, возможно, и не заметил, но я, черт возьми, точно заметил. Я замечал все, что было в ее настроении, движении и словах. Вместо этого Атлас пристально смотрел на меня, ожидая, что у меня будут хорошие новости.

Сохраняя мягкий тон, я сделал все возможное, чтобы придать позитивный оттенок отсутствию результатов: — Это было не так просто, как я надеялся, любимая. Основываясь на консистенции и химическом составе, я смог определить, что этот конкретный демон довольно древний. На самом деле, он намного старше меня. Демонов такого возраста нелегко отследить.

Кинли закрыла глаза и с минуту хранила молчание. Затем она отстранилась от Атласа, наклонилась вперед и закрыла лицо руками. Она пробормотала: — Он, черт возьми, никогда не поймет, не так ли? Как и остальные.

Положив руку на верхнюю часть спины Кинли, Атлас наклонился к ней ближе.

— Кинли? Кто не поймет? — Беспокойство отразилось на его лице, прежде чем он повернулся ко мне за объяснением.

Пожав плечами, я был так же растерян ее заявлением, как и он, и рад видеть, что я был не одинок в этом. Когда она не ответила на вопрос Атласа, я попытался подсказать ей: — Любимая?

Убрав руки от лица, она плотнее завернулась в одеяло.

— Ты пытался, это все, что имеет значение. — Встав, она начала подниматься на второй этаж.

Что, черт возьми, с ней происходит? Если она думала, что я отказываюсь от попыток выяснить, кто стоит за доставкой, она жестоко ошибалась. Я бы перевернул каждый камень, раскопал каждый скелет и стряхнул бы все до последнего кокоса со всех деревьев, если бы это помогло сохранить ее разум в покое.

В воздухе повеял легкий ветерок, и вскоре его царственная сварливость почтила нас своим присутствием. Возможно, он сможет пролить свет на сложившуюся ситуацию. Эти благодетели с нимбами, казалось, всегда знали гораздо больше, чем показывали.

Вместо обычно безупречно уложенных светло-каштановых волос, они выглядели так, словно Сайлас пытался выдернуть их в течение нескольких часов. Если бы я не знал его лучше, я бы предположил, что женщина провела по ним пальцами. Однако было до боли очевидно, что единственная женщина, которая могла вылечить его от дурного темперамента, в этот вечер была занята одним из его подчиненных.

— Вы все здесь. — Он констатировал очевидное, как только появился, стоя посреди фойе. — У меня плохие новости.

Его голос заставил Кинли приостановиться на полпути вверх по лестнице, наполовину обернувшись, чтобы посмотреть на нас троих.

— Я устала, это может подождать. Плохие новости со временем не становятся лучше.

Я посмотрел на Сая, и он с таким же успехом мог напялить на себя выражение каменной стены. Его глаза остановились на Кинли, не обращая внимания на то, что она только что сказала.

— В ее словах есть смысл, Сайлас. — Я заговорил, пытаясь сыграть роль посредника, когда шагнул к нему.

Бледно-бирюзовые глаза архангела метнулись ко мне, в них промелькнуло раздражение, прежде чем он перевел взгляд на Атласа. Казалось, камбион, превратившийся в ангела, был таким же умным, как я всегда себе представлял, и его пальцы пробежались по щетине, очерчивающему рот, пока он обдумывал свои слова.

— Сай, введи меня в курс дела и дай Кинли немного отдохнуть, — предложил он в качестве альтернативы.

Сайлас слегка