Сердце Алмазного дракона - Эва Кертис

— Ну ведь все обошлось, — попыталась слабо улыбнуться я. — Ты меня спасла, — мило хлопнула глазками.

— Ты мне тут ресницами не хлопай! — рявкнула родительница. — Во-первых, Илария Винтр, какого лысого демона я узнаю от человека, которого вижу впервые в жизни, во что встряла моя дочь?

— Не поминай деда. Сама знаешь, ему много не надо, чтобы откликнуться, — прозвучал еще один очень знакомый и родной голос. «Ох. Папа тоже, оказывается, здесь. Ну надо же было так попасть!» — мысленно застонала я.

— Не мешай! — досталось и ему. — Это твоя вина! Ты ей потакал! «Не ругай дочку! Ты посмотри, какая умная ведьмочка растет! Пусть она изучает новое! В академии будет легче!» — передразнила она, по всей видимости, слова отца.

— А где я был не прав? — папа подошел к маме и попытался обнять.

Но куда там. Вихрь негодования вырвался на свободу, и пока она не спустит пар, всем будет очень несладко.

— Привет, тыковка, — папа опустился на корточки передо мной и нежно поцеловал в лоб. В его глазах плескалось беспокойство, которое пока еще ему удавалось сдерживать. Видимо, он тоже считал, что разбушевавшейся маме не стоит добавлять волнений. — Опять решила все сама? — подмигнул он мне.

— Прекрати ей потакать! Она едва не умерла, Раттимир!

Вот. Подошла вторая стадия. Слезы. Порой мама все, что происходило со мной, принимала слишком близко к сердцу. Хотя мне на самом деле кажется, что «слишком» — это даже преуменьшенная версия всех чувств архиведьмы.

— Ну ведь не умерла же, — тихо откликнулась я.

— Чудом, Илария! Чудом! — прорычала, в миг успокоившись, мама.

Спорить было бесполезно. Лучше взять паузу и тихонько переждать острый пик бурных эмоций.

— Лари, как так вышло, что ты стала от нас скрывать все, что происходит в твоей жизни? — папа ласково провел ладонью по моим распущенным волосам, мягко пропуская их сквозь пальцы.

Помню, в детстве я так любила эту ласку, что частенько просила уложить меня спать именно папу. Он долго-долго гладил меня по голове, пока я не проваливалась в свои розовые детские сны. Однако как бы сильно я не любила своих родителей, а ответа на заданный вопрос не находила.

— Разве я не растила тебя с пониманием того, что всегда мы с папой придем на выручку, Лари? — мама устало опустилась на диван у меня в ногах. — Посторонний мужчина, даже не Марикус, чтоб его, найду и надеру ему уши, рассказал о том, что происходит и где ты. Я так надеялась, что тема Альясов еще долго не всплывет в твоей жизни. И от него же я узнаю, что твоя Богиня стала чаще появляться в твоем сознании. Хотя тут ничего удивительного: ты больше не пила мое зелье.

ЧТО⁈ Я даже села от возмущения.

— Зелья⁈ Какого зелья, мама⁈ — я ушам своим поверить не могла. Получается, родная мать опаивала меня⁈

— А ну не сверкай на меня своими глазищами! Не дай Великая тебе пройти через то, что прошла с вами обеими я. Ты была ребенком, Илария. Молодой ведьмой, которая еще и силы своей толком не чуяла. А сознание Богини необычайно сильно. Ей ничего не стоило задвинуть тебя на задворки сознания и править балом самой. Считаешь, я должна была оставить все как есть? Я защищала собственное дитя. А если бы могла, то вообще избавила бы тебя от этого проклятия.

— Наира — не проклятие, мама! Если бы не она, я была бы уже мертва! — возмущенно воскликнула я.

— Если бы не она — тебе не пришлось бы возрождать утерянную расу, сражаться не пойми с кем и вытаскивать души из чистилища, в котором они оказались лишь потому, что в свое время сделали неверный выбор, — зло парировала она.

В комнате воцарилось тягостное молчание. Папа лишь поглаживал меня по спине, пытаясь успокоить. Он, скорее всего, посылал маме предостерегающие взгляды поверх моей головы. Но это было бестолку. Великая Надин Винтр всегда права. Так было в моем детстве. Ничего не поменялось и сейчас.

— Поэтому мы с Наирой разделены, — я опустила взгляд на свои руки.

— Что это значит? — спросила мама.

— Наша сила, — попыталась пояснить я. — Мы не можем взаимодействовать.

И как бы горько мне ни было это признавать, но, судя по лицу мамы, это совсем не то, что она ожидала услышать.

Глава 37

— Илария, я поверить не могу, что воспитала ведьму, которая настолько безобразно разбирается в магии! — угрожающе нахмурилась мама.

Меня как будто обухом по голове ударили. Что она имела в виду?

— Ты сама сейчас призналась, что давала мне какое-то зелье, усыпляющее Наиру. По всей видимости, из-за этого мы с ней и не можем мыслить и действовать едино. Каждая тянет одеяло на себя, — я скрестила руки на груди и отвернулась к окну. На глаза набегали злые, колючие слезы. Мама что-то делала за моей спиной, а в итоге виноватой выставляла меня.

— Что ж, — обреченно вздохнула она, — значит, объясним на пальцах. Вставай.

— Зачем? — подозрительно спросила ее.

В ту же секунду с меня слетел плед, прикрывавший половину тела, а я сама оказалась стоящей напротив мамы.

— Мама! — попыталась возмутиться я.

— Цыц! — шикнула она, грозно сверкая глазами. — Закрываем веки, — скомандовала она, и мне не оставалось ничего другого, как послушаться. — Дыши со мной, Илария. Глубокий вдох. Вы-ы-ыдох.

Мама проговаривала одни и те же слова снова и снова. Секунды слились в минуты. А минуты казались часами. Тело стало легче. Кончики пальцев слегка покалывало от прилива собственной магии. Впервые я ощущала ее как живое существо, которое было весьма любопытно. Я чувствовала собственную силу, тянущуюся вглубь меня, к самому сердцу. Крохотный сверкающий шарик в центре груди начал сиять ярче, с каждым вдохом становясь все больше и больше. Это продолжалось до тех пор, пока меня изнутри полностью не окутал свет.

И лишь спустя ошеломляющее мгновение я поняла, что наши с Наирой силы слились воедино. В голове начали вспыхивать картинки ее жизни. Детство, родители, первые успехи в колдовстве, таинственное посвящение в ведьмы. Сейчас я ощущала ее изумление, когда она впервые осознала, какой силой наделена. Практически безграничная власть. Наира могла управлять любым элементом, начиная от воздуха, заканчивая камнем. И что оказалось самым удивительным, юная ведьма чувствовала свою ответственность перед миром. Она не кичилась тем, что даровали ей Боги. Она ощущала себя их помощницей в мире магии, чудесным «лекарем», который мог бы помогать нуждающимся. Кристально чистое сердце, которому однажды было суждено