Ты ушла, зная - Лия Моррейн

– будто она спешит закончить разговор. Он ловил себя на том, что всё чаще смотрит на экран, ожидая её ответа.

На четвёртый день вечером она перестала отвечать совсем. Он написал одно сообщение. Потом ещё одно. Попробовал позвонить. Ничего. Прошёл час. Потом второй. Потом третий. У Адама внутри всё постепенно сжималось, будто кто-то медленно затягивал узел. Температура поднималась, тело ломило, но он почти не обращал на это внимания. Он просто смотрел на экран и ждал.

Наконец пришёл ответ. Адам сразу открыл чат.

Адам:

Анна, ты куда пропала? Всё хорошо?

Анна:

Да, Адам. Я просто была занята…

Он перечитал сообщение, не понимая.

Адам:

И чем же?

Анна:

Да тут… с тем парнем. Помнишь, я писала про него. Мы пересеклись на шоу, он предложил пройтись.

Адам перечитал сообщение.

Адам:

И?

Анна:

Да ничего такого. Просто гуляли, разговаривали. Потом на качелях сидели.

Внутри будто что-то провалилось.

Адам:

Ты серьёзно?..

Анна:

Адам, это просто прогулка. Не бери в голову.

«Не бери в голову». Ему стало так плохо, что физическая боль почти исчезла. Температура, кашель – всё ушло на второй план. В груди появилось другое ощущение – тяжёлое, холодное, как будто внутри резко стало пусто.

Он не спал всю ночь. Стоило закрыть глаза – появлялись картинки, которые закручивали внутреннюю спираль тревоги. Кто-то держит Анну за руку. Чьи-то пальцы касаются её талии. Кто-то наклоняется слишком близко, чтобы поцеловать в кончик носа. Да, их отношения никогда не принимали официального статуса. Они не называли себя парой. И именно тогда Адам вдруг понял одну вещь. Он слишком привык к тому, что Анна рядом. К её сообщениям, к её голосу, к тому, что можно написать ей в любой момент и получить ответ. К тому, как девушка умеет шутить, спорить, вытаскивать его из самых тяжёлых дней. Адам привык к ней больше, чем когда-либо признавал, и от этой мысли внутри стало по-настоящему больно. Он лежал в темноте и снова прокручивал в голове её сообщение. «С тем парнем. Прогулка. Качели. Разговоры». Каждый раз в груди что-то сжималось сильнее. Ночь тянулась бесконечно. Парень переворачивался с боку на бок, смотрел в потолок, проверял телефон, хотя знал, что новых сообщений не будет. И впервые за долгое время он испугался не депрессии, а того, что может остаться без неё.

Парень схватился за телефон, быстро печатая: «Не поступай так со мной, прошу. Ты очень для меня важна». Но сообщение так и не отправилось адресату – трясущиеся руки стёрли его безвозвратно.

Глава 39

Весь день ему приходили сообщения, но брать в руки гаджет не было никакого желания. Парень так и не смог поспать за эту ночь, без остановки крутя в голове сценарии того, как Анна бросает его одного. Сердце чуть ли не пробивало грудную клетку, а горло сжималось удушливыми спазмами, рождая панику. Боже, когда же он сможет хотя бы один день в своей жизни прожить не в перманентном чувстве тревоги?

Телефон вновь завибрировал, и Адам не выдержал, хватая его и впиваясь взглядом в сообщение.

Анна:

Адам, что с тобой?

Ты весь день почти со мной не разговариваешь.

Парень несколько секунд смотрел на экран, прежде чем ответить.

Адам:

Ты правда не понимаешь, в чём дело?

Ответ пришёл почти сразу.

Анна:

Правда не понимаю.

Он уже хотел написать что-то резче, но новое сообщение появилось раньше. Сначала на экране загорелось:

Анна:

– Ты… из-за Генри?

Адам замер. Пальцы остановились над экраном. Вот значит как его зовут.

Адам:

Нет, не из-за него.

И в ту же секунду парень пожалел, что это написал. Экран снова загорелся.

Анна:

Либо ты говоришь, в чём дело, либо я сегодня не буду писать. Ты же знаешь, что я не люблю такое общение.

Он смотрел на сообщение, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Адам:

Твою мать, да, из-за него. Но дело не только в Генри, а еще и в том, как ты позволяешь ему быть всё ближе и ближе к тебе…

Ответ появился почти сразу.

Анна:

Это просто курортный роман. Ничего серьёзного. Зачем же так из-за этого нервничать?

В груди будто что-то оборвалось. Несколько секунд он просто сидел, не двигаясь, а потом пальцы сами начали печатать.

Адам:

Стоп. В смысле? Вы же только гуляли, какой ещё роман?

Анна:

Ну, мы держались за руки, и он обнимал меня. Но что в этом плохого? Это же все несерьёзно. Ему было скучно, мне было скучно…

Адам:

Скучно? Ты в своём уме? А я? Я шутка что ли?

Ответа не было. Прошла минута. Потом ещё одна. Наконец экран снова вспыхнул.

Анна:

Адам… мне надо идти, у меня планы.

Адам:

Какие планы?

Анна:

Мы договорились прокатиться на аттракционах. С Генри.

Его будто ударили.

Адам:

Ты что, издеваешься?

Какие к чёрту атракционы?

Ты серьёзно?

Куда ты ушла?

Да как ты можешь со мной так поступать?

Девушка не отвечала. Минуты тянулись медленно. Когда сообщение наконец пришло, руки у него уже дрожали.

Анна:

– Адам… ты что? С ума сошёл?

Он почти не чувствовал, как быстро печатает.

Адам:

Со мной то, что мне больно.

Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты была только моя.

Ответ появился не сразу.

Анна:

Мы с тобой отдалились последнее время.

Адам стиснул зубы.

Адам:

Это повод так меня бросать? Это унизительно.

Он писал дальше, не останавливаясь.

Адам:

Если я для тебя что-то значу – не позволяй ему тебя трогать. Прошу. Оставь это мне.

Анна:

Ты сейчас серьёзно?

Адам:

Да.

Анна:

Это просто общение. Я ничего ужасного не делаю.

Адам:

Для тебя – может и нет, но для меня – да.

Следующее сообщение появилось почти сразу.

Анна:

Ты не можешь контролировать, с кем я общаюсь.

Я не вещь.

Парень провёл ладонью по лицу.

Адам:

Я не пытаюсь контролировать. Мне просто больно.

Анна:

Я не хочу прекращать общение только потому, что ты ревнуешь. Это нечестно.

Адам:

Я не ревную. Я боюсь.

Анна:

Чего?

Пальцы зависли над экраном.

Адам:

Потерять тебя.

Ответ пришёл мягче.

Анна: