Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3 - Дия Семина

Это скандал…

Новость услышали ещё некоторые посетители и начали громко шушукаться. Воропаев дёрнулся, но поздно. Железная хватка моего мужа не дала придурку ни единого шанса сбежать.

Сава потащил барона через кухню на задний двор и вернулся минут через пять, с покрасневшими костяшками на правом кулаке и с хризантемой, сорванной по пути с клумбы.

— Лапушка моя, я тебе за цветами сходил…

И как ни в чём не бывало, наклонился и поцеловал меня в открытый от удивления рот.

— Он живой? — только и смогла прошептать.

— Да, слегка расписной, но на его мыслительную деятельность это никак не повлияет, как был дураком, таким и останется. Но его тесть поймёт, что к чему. Думаю, ещё пару раз рыпнутся, но потом сядут на хвост и осознают своё место.

Аппетит пропал, единственное, что смогла, сделала глоток вина, потому что в горле пересохло совершенно.

— Но ты мне соврал, сказал, что их здесь не будет.

— Честное слово, случайно…

— А про баронство Румяновых?

— Истинная правда, сегодня узнал, очень долго смеялся.

— Ты чего-то не договариваешь…

— Ровно столько, чтобы тебе спалось спокойнее, это начало мести за мельницу. Здесь либо мы, либо нас. Солнышко, поверь, я пытался быть хорошим, но эти люди по-хорошему не понимают. Я хочу жить, и жить счастливо, и с тобой. И чтобы у нас были дети, и дом полная чаша. Того хорошего паиньку Савелия угробили на пожарище, переломили ему хребет, больше я такого не допущу.

Мне так бы хотелось, чтобы он сейчас был утончённым и изысканным, но чёрт возьми, я выбрала его, а не Модеста. Я выбрала мужчину, готового, если надо, то и кулаком решить проблему.

— Сава, я очень тебя люблю, просто постарайся, чтобы нам снова не попытались сломать хребет.

— Попытаются. И начнут с тебя. Потому я начал первым…

Ничего нового муж не сказал, я и сама это понимаю.

— Надеюсь, он очень громко скулил?

— Да, как напуганная собачка… Кажется, впервые в жизни понял, что и на его баронскую морду кулак найдётся. Теперь будет выбирать слова. Дуэли отменили, а кулачные бои нет!

— О боже, какая дикость…

Закатываю глаза, а сама вдруг испытала лёгкое, приятное возбуждение, то самое, какое испытывает дама сердца, когда рыцарь на ринге одерживает оглушительную победу в её честь.

Глава 24. А барон-то липовый?

— А кто это вас облупил, как расписное яичко в пасхальный день? — Василий Лукич Румянцев по вечернему обыкновению читал вечерние газеты в просторной столовой своего шикарного четырёхэтажного особняка, какому и некоторые князья бы позавидовали. Всё в этом доме кричит о богатстве хозяев.

И как же удивительно оказалось увидеть нового жениха дочери в сияющей позолотой комнате потрёпанного, слегка запылённого в драке и с филигранно разбитой физиономией. Не самого удачного, надо сказать, жениха, но из-за характера дочери и её некоторых особенностей, другие мужчины обходят этот дом стороной, и только Воропаев был настойчив, и как голодный пёс выжидал, когда его возьмут в семью, дождался, и вот те на. Только объявили о помолвке, ещё и газеты эту новость не растрезвонили, а Олег Фёдорович уже получил от кого-то кулаком в рожу…

Вместо жениха ответила сердитая невеста.

— Отец, представляешь, на нас в ресторане напал этот мужик, как его, Егоров-мельник. Избил Олега и нахамил мне.

Отец отложил газету, и ещё раз внимательно посмотрел на молодых, надеясь, что не придётся рычать на зятя, если тот, как собачка запрыгнет на кресло в пыльном сюртуке. Но тот так и стоит, не решаясь пройти.

— И что же полицию не вызвали? Драка в ресторане — это скандал! Какой ресторан-то?

Воропаев решился:

— Он силён и осведомлён о многих делах. Выволок меня на улицу и избил. В полицию бесполезно, потому как единственного свидетеля, какого-то официанта он при мне подкупил, издеваясь надо мной, протянув крупную купюру, и тот тотчас поклялся, что я первый начал, а после я же сам споткнулся, упал и ударился носом о ступени.

Румянцев рассмеялся.

— Отец, ничего смешного. Нам скоро по лавкам, магазинам, кольца, торты, наряды, и несколько приёмов запланировано, а у жениха фиолетовое лицо.

— А что мне плакать? Не мне морду набили. Это видать, ты сам, Олежа Фёдорович. Что-то эдакое опять вычудил, за то и получил.

Варвара вспыхнула злостью и ответила за жениха:

— Мы лишь указали, что этим простолюдинам не место в ресторане высшего класса. Анна совершенно потеряла совесть. Подлая мещанка, по условиям нашего спора, она вообще из своей отхожей ямы носа не должна теперь казать.

— Пари? Хотя избавь меня от подробностей. С этой Анной разберёмся в самое ближайшее время. Сейчас оставьте меня…

Варваре надоело мужское общество, и ещё больше надоело смотреть на потрёпанный вид жениха, сама бы убила его, испортил все долгожданные мероприятия. Она фыркнула, и не прощаясь вышла, унося за собой густой шлейф терпкого аромата.

— А ты чего ждёшь? Всё мой друг, поезжай домой, лечи морду-то…

— Морду? Не лицо? Морду? Драка произошла без Варвары, она уже сбежала в карету, а этот Егоров на весь ресторан заявил прелюбопытнейшую небылицу про вашу фамилию.

Воропаеву надоело стоять, он откинул длинные полы довольно дорогого сюртука и сел на кресло, не обращая внимание на скривлённую недовольством «морду» будущего тестя.

— Что бы он ни сказал, всё это сплетни.

— Да неужели? Я не такой идиот, каким вы меня считаете. Ваша жена не грузинка, она — цыганка. Красивая, смуглая, не Лаура, а просто Ляля, отсюда и имя дочери Варя. И ваша фамилия Румяновы. Вы и сам полукровка, из каких-то южных городов. Подделка документов — преступление. Румянцевы, да есть такой боярский род, но у них нет баронов. Хотя, возможно, вы из белопольских земель… Но скорей всего вы действительно барон, но цыганский, как в песне поётся. А это совсем не та аристократия, с какой бы нам хотелось связываться.

Румянцев очень удивился осведомлённости Егорова, ведь считал этого чистоплюя чуть не бабой, уж такой тошный и туповатый, аж противно. И вот те на, оказывается, накопал, да такого, что никто лет десять и не поминал сии тайны. Будущий тесть решил не тянуть и сразу перейти к торгу, потому что такие разговоры всегда заканчиваются ценой, а уж потом закрутить всех причастных в бараний рог.

— Чего ты хочешь?

— Увеличение приданого втрое. Я даю вам свою настоящую баронскую фамилию. Воропаев-Витте, так