У тебя только девять жизней - Элизабет Прайс

— Пощекочешь потом, а пока я тебе скажу. Есть некоторые споры о том, как они получают свои трупы и что с ними делают. Некоторые семьи умерших, над которыми они экспериментировали, обвиняют «Вечно молодой» в том, что они забрали тела без согласия.

— Чёрт, — с чувством выразился Раф. — Как мы могли это пропустить?

— Они делают всё возможное, чтобы сделать это как можно тише. Мы знаем об этом только потому, что Джесси смогла сделать что-то, немного, чучуть незаконное, и взломала учётные записи электронной почты «Вечно молодой».

— Исида, — нахмурился Раф.

Она подняла руки и попыталась невинно выглядеть, что у неё совершенно не получилось. Это не сработало. Она по-прежнему выглядела хищницей в сапогах на крошечном каблуке.

— Эй, я сказала ей, что это плохая идея.

— Ты? — многозначительно спросил Раф.

Исида преувеличенно вздохнула.

— Ну нет. Но, «сказала ей, что это плохая идея» или «предположила», в чём разница? Дело в том, что они только что достигли вершины нашего списка непослушных, и мы должны поговорить с ними.

— Я согласен, но на этот раз давай постараемся сохранить всё это в рамках закона. Я уже рискнул, шпионя по клинике репродуктивной медицины. Нам нужно быть осторожными. Иначе дело развалится, и нашему преступнику это сойдёт с рук.

Исида с энтузиазмом кивнула.

— Отныне я буду ангелом на сто процентов.

Раф с сомнением посмотрел на неё.

— Поверишь, что я могу управлять семьюдесятью пятью процентами? Как насчёт того, чтобы я позволила тебе взять на себя инициативу, а ты скажешь мне, делаю ли я что-нибудь, что может считаться неправильным?

— Похоже на план, и, чтобы мы поняли друг друга, наедине, ты можешь вести себя так плохо, как хочешь.

Исида оскалилась и позволила пальцам коснуться передней части его брюк, когда встала.

— О, я намерена.

Рафаэль с жадностью наблюдал за злой шалуньей, пока она не спеша выходила из кафе. Как и все остальные мужчины, и её любимый бариста, возможно, даже заплакал, когда она ушла. Знала ли Исида, какое влияние она оказывает на мужчин? Да, наверное, так и было. Чёрт возьми, где ведро со льдом, когда оно так нужно?

Глава 14

— Так как ты хочешь это сделать? — спросила Исида, когда они подошли к «Вечно молодому», современному зданию, которое, казалось, было разбито молотком. — Хороший полицейский, плохой полицейский? Голый полицейский, тигр полицейский?

Раф ухмыльнулся.

— Давай просто действовать по обстоятельствам.

— Я знала, что ты будешь открыт для голого полицейского, тигра полицейского. И, кстати, у тебя есть крошечная капля пены прямо здесь.

Исида прижалась губами к уголку его рта и лизнула его кожу. Она вздохнула, мисс Китти вздохнула — это была долбаная условность вздохов.

— Спасибо, — простонал Раф, пытаясь дать понять, что не подавляет эрекцию ладонью.

Это было плохо с её стороны, правда. У него там даже не было пены, но ей нужен был предлог, любой предлог, просто поцеловать его, прикоснуться к нему, попробовать его на вкус. Поцелуй прошлой ночью в его машине, а затем прощальный поцелуй, который он подарил ей, проведя её до двери, как джентльмен, были слишком краткими. Конечно, когда он вознёс её своим ртом на небеса, это было долгое и прямое попадание. И в этом не было ничего джентльменского. Раф Сильва был не из тех мужчин, которые торопят с оргазмом, а затем требуют что-то взамен. Нет, прошлой ночью все было для неё. Это в равной степени взволновало и раздражало Исиду. Ей тоже хотелось попробовать его на вкус, почувствовать, как он входит в её рот, как он поступил с ней, но Раф был непреклонен, что в этом нет необходимости, несмотря на кипящее возбуждение, которое она чувствовала, и выпирающие улики перед глазами. Его брюки. Она подумала, что это было эго. Он хотел доказать, что может заставить её кончить так же хорошо, как любой мужчина-перевёртыш вдвое больше его. Что ж, миссия выполнена. Она никогда в жизни не кончала так сильно и приятно. Она была более чем готова позволить ему излить в неё своё эго в любой день недели. Его внимание заставило мисс Китти свернуться клубочком, как плаксивый котёнок, и это было немалым подвигом. Естественно, это только сделало её самодовольную тигрицу еще более самодовольной и убедило, что Раф её пара. Чем больше времени Исида проводила с ним, тем сильнее она чувствовала, что влюбляется в него, и это её пугало.

Раф ухватил её за локоть и указал на боковой вход в клинику, и Исида взглянула в том направлении. Двое угрюмых мужчин в белых комбинезонах что-то выгружали из фургона без опознавательных знаков. Они подозрительно осмотрели переулок, прежде чем вытащить из фургона огромную чёрную сумку и подвести её к двери. Это чертовски похоже на мешок для трупов. Затем они начали вытаскивать из фургона ещё одну сумку.

Исида почувствовала, как кровь течёт по её венам. Когти зудели, чтобы освободиться, её тигрица взвыла от волнения.

— Очень похоже на тела, пошли!

Прежде чем Раф успел возразить, она с грохотом устремилась в переулок.

Исида замедлила шаг, приближаясь к двум мужчинам, позволяя Рафу догнать её и давая ей время успокоить мисс Китти. При необходимости она могла бы перекинуться, но сейчас ей на самом деле нужно было её человеческое тело, чтобы задать несколько вопросов.

Двое угрюмых мужчин, которых она обнаружила, подойдя к ним, были хорьком-перевёртышем и волком-перевёртышем, выглядели немного испуганными её приближением, но не сделали ничего такого бросающегося в глаза, как бегство. «Стыд». Исида наморщила нос, когда поняла, что ни один из мужчин не был особенно чистоплотным. Если они тащили трупы, она не могла почувствовать их запах по запахам этих двух идиотов.

— Исида Мартин, АСР, — прогрохотала она им, предъявив свой значок и сверкнув изо всех сил улыбкой «разрешаю вам рискнуть убежать».

К сожалению, этого не произошло.

Раф подпрыгнул к ней более осторожно, чем это могло быть возможно для человека.

— Детектив Рафаэль Сильва, ЛЛПД.

Он также показал свой значок, но всё равно никуда не денется. «Что нужно сделать тигрице, чтобы поиграть в кошки-мышки?»

Хорёк выглядел немного нервным, но вообще это было визитной карточкой их вида. Было трудно сказать, были ли они когда-либо виноваты в чём-либо. Волк-перевёртыш выглядел скучающим. Ладно, вряд ли это было многообещающим. С другой стороны, они могут не знать, что везут.

— Что в сумках, мальчики? — потребовала она, но это не слишком походило на требование.

Волк хмыкнул.

— А тебе зачем?