Флористка (не модистка) для огненного дракона - Лена Мурман

А вернувшись в реальность,  я обнаружила на краешке стола кружки с горячим шоколадом и шапочкой взбитых сливок и фирменные шоколадные ватрушки.

– Как вам это удается? – Рэйдар отодвинулся всего на пару сантиметров, чтобы со щемящей нежностью в голосе задать этот странный вопрос.

А я не стала переспрашивать, что именно. Ведь и так было понятно, что мне удалось окончательно запутать пылкого огненного дракона. Оттого его настроение менялось по несколько раз за минуту. Я требовала от Рэйдара говорить на чистоту, но ведь и сама не объяснилась до конца.

– Наверное, иначе, чем Майе Аксель. Потому что я, не она, – повторила я с печальным вздохом. – И швейной магией я не владею. Только цветочной…

– Как такое возможно? Вы приняли чужеродную магию вместе с чужим именем рода? – Он по очереди смотрел мне то в один глаз, то в другой, то срывался взглядом на губы.

И у меня замирало сердце от шальной мысли, что поцелуй вот-вот повторится…

– Я попала в Чоктау из другого мира, – на одном дыхании выпалила я.

Что? Я это сказала вслух?! Призналась дракону, который может сжечь меня на месте и развеять пепел по ветру…

Рэйдар грузно опустился на стул. Тот скрипнул, будто принял в объятия не крупного мужчину, а его вторую ипостась – гигантского летучего ящера.

Но глаза Рэйдара оставались человеческими, да и пар из ноздрей не шел. Так что я немного успокоилась, поерзала на сидении и подвинула к себе кружку с аппетитным горячим шоколадом. Пригубила немножко, дожидаясь хоть какой-то более внятной реакции от Рэйдара.

Вкусно! Густой напиток приятно согревал и напоминал о родном мире.

А Рэйдар тоже ухватился и за кружку, и разом откусил половину загорелой ватрушки. Запил. Поморщился, будто хлебнул свежевыжатого лимонного сока, и зажевал второй половиной сладкой сдобы.

– Как вы это пьете, Майя? – искренне удивился он.

– С удовольствием, – пожала я плечами.

– У вас тут… – он потянулся ко мне через стол и собственнически стер с моей верхней губы… – сливки.

Я жутко смутилась и даже вздрогнула, но всеми силами постаралась придать голосу беззаботности и спросила:

– Это единственное, что тебя волнует? – все же с собственным волнением справиться не удалось и вместо вежливого великосветского «вы» у меня вырвалось панибратское «ты».

Впрочем, мы только что целовались. Разве это не сблизило нас настолько, чтобы «ты» в личном разговоре смотрелось уместно?

– Ты права, Майя. Это меня безумно волнует. Твои губы, твое платье, ты вся целиком, – с хрипотцой в голосе перечислил Рэйдар.

Такого мне еще никто не говорил.

Опьянел он, что ли? От какао?!

– Я хочу, чтобы между нами все было по-настоящему, а не так… – вдруг сама от себя не ожидая протянула я, отщипывая булочку.

– Как «так»? – внезапно прорычал Рэйдар.

– По магическому принуждению? – почему-то вопросительно пискнула я.

– То есть ты не хотела со мной целоваться?

Краска залила не только щеки, но и обнаженные плечи, и даже ладони.

Хотела – не хотела. Кто бы меня спрашивал? И мне в целом-то даже понравилось…

Тьфу, Майя, хватит притворяться!

Мне до мурашек понравилось! Но не признаваться же в этом дракону?!

– Ладно, – хищно протянул Рэйдар. – Хотите играть по правилам, будет вам все, как положено в высшем обществе, ши Аксенова.

«Ты» вмиг испарилось, как и благодушное выражение на лице этого несносного огненного мужчины.

Он быстро укутал меня в пальто, попросил Ладу завернуть оставшиеся булочки с собой и вывел меня на щипучий мороз. Хорошо, что метель утихла, и воздух казался кристально чистым и прозрачным. Дышалось легко, несмотря на сумасшедшие обстоятельства.

– Куда мы? – оторопела я.

– На романтическое свидание, – хмуро заявил Рэйдар. – На самое романтическое из всех возможных.

– Да куда уж романтичнее? – растерянно бросила я, поспевая за размашистым шагом Рэйдара.

Вопрос, конечно, был риторический. Но после слов Рэйдара о моих губах и платье, после его взгляда, выражающего недвусмысленный мужской интерес… мое девичье воображение подкинуло парочку вариантов, от которых загорелись щеки. Даже мороз не помогал их охладить.

Высказать догадки вслух я не решалась. Было бы чересчур неловко выведывать у владельца курорта, не планирует ли он совместное купание в самой лазурной из всех лазурных чаш горячих источников. Но убедительный отказ от такого сомнительного развлечения, я тут же подготовила.

– Как там у вас? В вашем другом мире? – внезапно спросил Рэйдар.

– Была осень, – ляпнула я, выныривая из туманных догадок.

– Вы не любите зиму?

– Зима в Чоктау мне нравится, – искренне заверила я. – В моем мире зимой много слякоти. А в съемной квартире бывали еле теплые батареи. Но если укутаться в плед и засесть в кресло с кружкой горячего ароматного какао и интересной книжкой, то зима становилась очень уютной и приятной.

– Као? – уточнил Рэйдар.

– Да-да, как у ши Лады, – кивнула я.

– В наших краях такого напитка раньше не было. Лада привезла его с собой, чем произвела… впечатление.

– На мэра Коннери? – хихикнула я.

– На него, – улыбнулся Рэйдар и объявил: – Мы пришли.

Надо сказать, путь был недолгим. Улица, на которой стояли и салон модного платья, и дом шоколада, плавно переходила в сквер с аккуратными заснеженными деревьями, коваными скамейками и фонарями на изогнутых ножках. В стеклянных колбах круглые сутки теплились магические светляки, заливая мощеные дорожки рыжеватым светом.

К скверу примыкал круглый, словно блюдце, пруд, застывший ровным ледяным зеркалом. Вокруг пруда были организованы настилы, лавочки с уличной едой и напитками, небольшая площадка с музыкантами и удобные сходни. Развеселые ребятишки резвились на коньках.

– Здесь очень мило, – оценила я. – Вы правы, ним Гроу, нет ничего романтичнее прогулки и разговоров по душам.

Уф, как хорошо, что дракон попался приличный и не стал хвастаться своим… курортом!

– Тогда думаю, вы не откажете