Флористка (не модистка) для огненного дракона - Лена Мурман

Мы как-то слишком быстро очутились на заснеженном крыльце.

У меня в голове эхом звучали слова Рэйдара про его невесту. Сколько бы я ни пыталась сегодня увильнуть от этого статуса, он меня нагнал. И теперь я действительно почувствовала себя вправе его примерить.

Всего одно свидание… а сколько внутри меня изменений!

Горячее дыхание Рэйдара зашевелило пряди волос у моего лица. Он склонился… для поцелуя? А я растерялась, выныривая из задумчивости.

– Милолсердной вьюги, Майя, – прошептал он мне на ушко и поцеловал в висок, поверх завившихся от влажности прядей. – Увидимся завтра.

Нежно и мучительно медленно он расцепил объятия и быстро скрылся за углом дома. А я ввалилась в прихожую, прислонилась спиной к двери и никак не могла отдышаться, будто мы самозабвенно целовались на прощание.

Нет. Но сердце колотилось так, что я не сразу услышала, как кто-то барабанил в дверь. Я развернулась, подозревая, что меня догнала Аделия, решившая оставить последнее слово за собой. Приоткрыла щелочку, чтобы если что, сразу отправить ее восвояси.

На пороге возникла соседка Лада, раскрасневшаяся, чуть встрепанная, кутающаяся в вязаную шаль:

– Майя, я возвращалась от дома Коннери и по пути увидела такое! Идем скорее к особняку Ривзов!

– Мне нет дела до Ривзов, – отмахнулась я. – Ним Ривз обидел моих «деточек», не хочу ничего знать про этого душегуба.

А у самой по сердцу неприятно царапнуло.

– Тебе точно стоит это увидеть, – взволнованно заверила Лада. – Идем!

Глава 35. Чайный дом Ривзов

Я мчалась за Ладой по заснеженным улочкам Чоктау, не разбирая дороги. Кто меня на прогулку позвал, тот пускай домой и возвращает.

А она привела меня к крупному двухэтажному зданию со стеклянной купольной крышей и каменными башенками по углам. Снизу был гигантский торговый зал, где милые продавщицы в форменных белых шляпках и кружевных передниках развешивали по бумажным кулькам различные сорта чая.

На втором этаже располагалась чайная кондитерская. Вероятно, в ясные дни столики золотило солнце. Теперь же в вечерних сумерках сквозь стеклянный потолок посетителям подмигивали звезды.

Смотрелось красиво и дорого. Правда, было одно «но».

Мостовую перед чайным домом вспарывали крупные корни. Через широкие окна было видно, как внутри здания колосилось дерево с вытянутыми зелеными листочками. Оно взобралось по белой мраморной лестнице на второй этаж и грозило пробить макушкой стеклянную крышу.

Ним Ривз возмущался, увидев мои милые заросли фиалок, а сам не лучше – раскурочил своим деревом мостовую?

– За торговым домом особняк Ривзов, – рассказала Лада. – Народ судачит, что на заднем дворе уже возводят оранжереи. Дерево перенесут туда. И высадят еще десяток.

– Но в Чоктау вечная зима и цветочная магия не работает... – протянула я, припоминая разговор с мэром. – Ним Коннери разозлится.

– Это, конечно, да. Ним Коннери точно удивится, – задумчиво улыбнулась Лада. – Он уверен, что только демонстрируя силу на полную мощь можно защитить свои земли, свой народ и своих… детей.

Она вздохнула.

– Но при чем здесь я?

– Да, ты! Я не волнуюсь сейчас  о ниме Коннери. Меня удивляет другое: род Ривзов не владеет растительной магией. Это моя соседка Майя принесла в Чоктау необыкновенное чудо. И я уверена, что Ривз…

– Он заходил накануне, – добавила я. – И разорил мои волшебные фиалки.

– Умыкнул себе образец вместе с особой магией, – назвала Лада вещи своими именами. – И собирается устроить чайную плантацию прямо тут! Ему не придется завозить сырье из южных провинций!

– Придумал он здорово, – похвалила я.

– Отзови свою магию, Майя, – в отчаянии произнесла Лада. – Он же тянет твою силу!

Ох, вот она о чем!

– Но я совершенно не чувствую ничего особенного, – призналась я. – Мне помогает Зара, фамильяр рода Гроу. Если честно, то я сама не очень понимаю, как все это работает. Магия во мне действует самостоятельно. Или я использую ее неосознанно, интуитивно.

– Чая будет больше, и он станет дешевле, – полушепотом поделилась Лада. – Мой «Горячий као» не выдержит конкуренции. Люди в городке и так с осторожностью относятся к непривычному напитку. – Она встрепенулась, поправила шаль и тут же добавила: – Ты не подумай, что я переживаю только за себя! Твоя чудесная растительная магия не должна сочиться к Ривзу обманом! Тем более, если замешана и сила драконов Гроу.

– Не должна, – согласилась я. – Что мне сделать?

– Ну попробуй… втянуть ее обратно.

Я понятия не имела, как «втянуть» магию, но присела возле корня, ласково погладила его по шершавой коре и вдруг уловила смутный образ. Дерево показывало свой день – как оно радовалось утреннему солнышку, грело листочки о теплое дыхание стен чайной, шелестело в такт разговоров гостей и очень-очень хотело остаться…

Чувство отозвалось в моей собственной душе очень знакомыми нотками. Ведь я тоже не желала покидать Чоктау.

Образ точно был настоящим. Мне и раньше, в родном мире, чудилось, будто фиалки отвечали на мои любовь и заботу если не мысленно, то пышным цветом и здоровьем. А тут, в магическом мире, все выходило ярче и понятнее.

– Я не могу нарочно загубить живое дерево, – призналась я, отнимая ладонь от корешка. – Думаю, моей любви… в смысле магии хватит и на него. Но не хотелось бы, чтобы ним Ривз использовал меня и моих «деточек», которых он стащил из моего дома.

– Я поговорю с мэром Коннери, – участливо улыбнулась Лада. – Я подрабатываю у него няней четыре раза в седмицу.

– А я попрошу Зару, чтобы не направляла сюда магии больше, чем нужно одному дереву, – кивнула я.

– Думаю, ним Гроу тоже должен узнать, – заметила Лада, снова подхватывая меня под локоть.

Мы, не сговариваясь, развернулись, чтобы отправиться по домам, но наткнулись на недовольную Аделию. Девица упирала руки в бока и по очереди стреляла холодным высокомерным взглядом то в меня, то в Ладу.

– Не знаю, как вам