Антагонизм - Натали Ният

Когда мама вручила мне этот мешочек, она потребовала моей клятвы в том, что я положу его под подушку и ни при каких обстоятельствах не уберу его оттуда. Я всё исполнила в точности.

Бабуля вздохнула и ничего не сказала на это. Спасибо, мне не хотелось бы обманывать её.

Приближался день отъезда домой. Честно говоря, скорей бы, скучаю по маме...и по Незнайке. Мы с бабулей накупили много разных подарков для наших родственников, не забыли и маленькую Лилечку.

Снова аэропорт, самолёт, перелёт и здравствуй, дом. В аэропорту нас встречал Вадим. Мы с ним обнялись, и он покружил меня немного вокруг себя.

— Линда, а я думал, ты в Москве останешься.

— Ха, не дождёшься! Я вот взяла и вернулась.

— Скажу тебе по секрету, я этому очень рад.

Умеет он рассмешить.

В машине я рассказывала Вадиму про Москву, про Красную площадь, про магазины и, в общем, обо всём.

— Хорошо вам, а мы тут ничего не видели. Нет у нас ни Красной площади, ни Синей, даже Жёлтой нет.

— Вадим, как нет? — задаю ему вопрос. — Осенью у нас много площадей жёлтых.

Так как мы все устали, было решено, что меня просто завезут домой, а завтра будут ждать всех в гости. Да и время уже было поздноватое. Вот я и дома.

— Мамочка, я соскучилась, — растянув губы в улыбку, крепко обнимаю ее.

— Линда, задушишь.

— Мамочка, мы столько всего вам купили! Смотри, это конфеты, разные. Зефир, — выкладываю сладости на стол из сумки. — А вот это тебе, — протягиваю маме бумажный сверток. — Свитер и жакет. Очень красивые!

— Спасибо, Линдочка.

— А это тебе, — протягиваю братику упаковку жвачек. — А еще тебе завтра бабуля кое-что подарит.

Мы решили не вытаскивать из багажника новый грузовик братика, а подарить ему его уже завтра.

— А что твоя бабуля Тасе купила? — интересуется мама.

— То же, что и тебе, только у нее свитер голубой.

Мама хмыкнула, но ничего не сказала.

— Могла бы для дочери и раскошелиться, — вмешался папа.

Он сидел на табуретке и пил кефир с ватрушкой.

— Рая, твоя мать тебя ни во что не ставит. Могла бы и тебя в Москву тоже взять с сыном. Ладно я, ты ей все-таки дочь.

Не так я представляла себе нашу встречу.

— Мам, она Вадиму почти ничего не купила. Только две майки и все.

— Ты что, дурочка? — возмутился папа. — Прям так она тебе все и покажет. Ты что, проверяла ее чемоданы?

Я растерялась.

— Нет.

— Нет, — передразнил папа. — Линда же у нас простофиля.

От этих слов я расстраивалась все больше и больше. Попыталась спасти положение.

— В Москве у нас из квартиры такой красивый вид был! Там рядом пруд, а летом на нем живут лебеди. Я их домик видала.

Но родители никак не отреагировали на мое восхищение. Папа вышел в другую комнату, а мама читала журнал.

Спустя несколько минут она подняла голову и спросила:

— А где мой мешочек?

— Вот, у меня. Я все сделала, как ты сказала.

— Я уверена, говна ты нацепила там прорву. Надо опять к тете Любе ехать очищаться.

Глава 39

Глава 39

— Скажи своему отцу: если эта блядь ещё раз здесь появится, я вызову милицию!

— Отстань, — сказал папа недовольным голосом.

Сегодня утром мы узнали, что у Сачка ночевала какая-то женщина. Она выходила утром из ворот, когда её заметила мама, но не успела рассмотреть как следует.

Мама от злости ударила ладонью по столу.

— Не потерплю суку! Здесь не бордель!

Конечно же, сразу после этого инцидента мамочка направилась к Сачку.

— Вы что здесь устроили? Тут дети живут!

Сачок по своему обыкновению лишь молча слушал.

— Вы меня слышите? Блядей сюда водить не надо!

И вот тут-то Сачок неожиданно произнёс:

— Это мой дом вообще-то.

Сачок смело глянул маме в глаза.

— Что это значит? Это и наш дом тоже. В общем, я вас предупредила.

Мне показалось, что мамочка немного опешила. Не добившись нужного эффекта, она стала просить папу повлиять на него.

Папа и сам был неприятно удивлён и расстроен. Возможно, он уже догадывался о чём-то таком, потому что в последнее время они очень мало общались с Сачком. Наверное, и папе не удалось повлиять на него.

— Где это видано? — мама ходила по кухне, размахивая руками. — Я ему покажу! Он ещё пожалеет, так пожалеет! А эту суку я ещё встречу!

— Мамочка, что теперь будет? — переживала я.

Мамино волнение передавалось и мне, хотя я не могла объяснить, чего именно я опасаюсь.

— Уничтожу гадину!

А вечером, когда мама только положила трубку телефона, поговорив с Эллой, на пороге появился Сачок. Настроен он был решительно.

— Я пришёл потому, что буду встречаться с ней. И она будет здесь жить. Хочу вас предупредить: не лезьте к ней.

Вот это да! Это было так непохоже на Сачка: его поведение, признание, требование в конце концов!

— Мы поженимся, — сказав это, он повернулся к нам спиной и вышел.

Только большим удивлением мамы можно было объяснить то, что она не набросилась на Сачка без промедления. Я тут же подумала, что сейчас она пулей вылетит из дома, догонит Сачка и выскажет всё, что о нём думает. О нём и о его новоиспечённой невесте. Но она этого не сделала. Только когда с работы пришёл папа, она дала волю сдерживаемым ею чувствам и ярости!

— Рая, ты думаешь, мне это нравится? После мамы-то. Я его хотел разорвать на части, когда он мне сказал, что это его дом и он будет делать в нём что хочет. Это дом матери. Это он к ней пришёл!

— Так что ж не разорвал, Витя?

— Как ты себе это представляешь?

— Очень хорошо представляю. Иди и набей ему морду.

— И что дальше? Морда заживёт, морда не помеха.

— Тогда отбей ему яйца! Сученышу.

— Иди и отбей. Раз такая умная. Ты что думаешь, эта женщина на его яйца польстилась?

— Как ты её назвал? Эта женщина? — наигранно засмеялась мама. — Эта блядь! Эта сука! Вот кто она.

Папа вздохнул.

— Рая, я не знаю, что делать. Честно.

— Тряпка! Тряпкой был, тряпкой и останешься!

— Хорошо, я тряпка, — согласился с ней папа. — Раз я тряпка, иди и разбирайся с ним сама.

— Разберусь, не беспокойся. Что ты, что твой отец — блядуны!

— Хорошо, мы блядуны, — отмахнулся папа. Ему, видимо, уже надоел этот разговор.

— Может быть, ты тоже сюда свою блядь приведёшь?

— Закрой рот!

— Ты мне рот не затыкай! Ты бы лучше