Антагонизм - Натали Ният

Девять часов вечера, папа уже вернулся домой, но мы остаемся у бабули. Разговариваю с ним по телефону.

— Мама не пришла? — спрашиваю, хорошо зная ответ. И прислушиваюсь в трубку, вдруг в этот самый миг скрипнут ворота.

— Нет, эта сука совсем оборзела! Детей бросила, тварь!

— Папочка, прошу, не говори так, — меня снова начинает трясти, но в этот момент бабуля забирает у меня телефонную трубку.

— Витя, если что, сразу звони. Ты как?.. Может, придешь к нам?.. Ну, смотри сам. Хорошо, — бабуля кладет трубку на место.

Сижу в кресле, не знаю, что и предпринять. Вскакиваю с него, начинаю ходить по комнате.

— Линда, успокойся, — говорит бабуля.

— Почему никто не беспокоится о моей маме? — мои нервы на взводе. — Почему всем всё равно? Всем безразлично, что с ней.

— Линда, успокойся. С твоей мамой всё хорошо, — утешает меня бабуля.

— Я не хочу успокаиваться! Вы что, не понимаете? С мамой что-то случилось.

Кажется, бабуля обескуражена, не знает, что и ответить.

Снова сажусь в кресло.

В этот момент раздается тихий стук в дверь, это пришла бабулина соседка. Слышу ее голос.

— Ой, прошу прощения, но не могли бы вы мне одолжить немного... — дальше я уже не слушаю.

Соседка заметила меня в проеме двери.

— Линдочка, — тут она видит мое заплаканное лицо.

Вопросительно смотрит на бабулю, мол, что это с ней.

Что со мной? Вы разве не видите, что я умираю? Без мамы.

Бабуля незаметно показывает ей взглядом, что не надо сейчас разговаривать со мной. Они разговаривают шепотом, но я всё равно почти всё слышу.

— Ой, жалко как девочку, — сокрушается по моему поводу соседка. — Может, ей успокоительного попить чего-нибудь, валерианки, например.

"Заткнись!" — беззвучно кричу соседке. Хотя в глубине души понимаю, что она ни в чем не виновата. Наверное, она хочет как лучше. Но всё равно пусть она заткнется!

Соседка уходит.

Дорогая мамочка, пожалуйста, приди, приди, приди. Я не могу без тебя больше. Где ты, мамочка? В моем воображении рисуются картины одна страшнее другой.

Дождались?! Дождались, сволочи? Все вы, кто желал плохого моей маме! Ненавижу вас! Господи, пусть мамочка вернется. Как же я буду без тебя? Я не смогу жить без тебя. Вернись, пожалуйста.

Зазвонил телефон, с надеждой смотрю на него, затаив дыхание.

— Алло, — бабуля смотрит на меня. — Это твой папа. Возьми трубку.

— Да.

— Линда, ты оставайся у бабушки. Мне нужно срочно на работу. Вернусь не знаю когда, не буду вас беспокоить. Будьте у бабушки.

— Хорошо. — Хочу спросить про маму, но понимаю, что бесполезно. Да и сил не осталось, плохо соображаю.

Снова сажусь в кресло. «Приди, приди, приди!» Не знаю, сколько прошло еще времени, снова слышу телефонный звонок. Бабуля вышла во двор, хватаю трубку.

— Алло.

— Линда. — Боже мой, это же мама!

— Мамочка, родная. Мамуля.

— Линда, вы где? У бабули?

— Да, — теперь я плохо соображаю от счастья. — Да.

— Быстро идите домой!

— Мамочка, ты дома? Ты вернулась?

— Да. Ты слышишь, что я говорю? Быстро домой! Какого хрена вы вообще ушли?

— Да, мы сейчас, мы идем. Мамочка, ты дома, — не могу поверить. — Ты дома. Как хорошо, мы идем.

— Быстрее! — Мама повесила трубку.

— Бабуля! — кричу я. — Бабуля, мы домой! Еще пару минут пришлось объяснять бабуле, почему мы с братиком собрались уходить, ведь уже совсем поздно и темно на улице. Она звонит маме, уговаривает ее разрешить нам остаться, мама против. Я тоже! Я хочу домой. Вдруг мама опять исчезнет?

Мы с братиком уже дома, мама встречает нас возле ворот.

— Где вы шляетесь?

— Мам, мы у бабули были, она нас позвала. Мы тебя ждали.

— Плохо ждали! Линда, какого хрена ты ушла? Дура!

Понимаю, что провинилась перед мамочкой, но не понимаю, в чем.

— Мам, я так рада, что ты дома. Я очень испугалась за тебя.

— Если бы испугалась, не шлялась по чужим домам! Где твой отец?

— На работе, его вызвали. — Хоть мамочка зла, на меня, я все равно счастлива. Мне все равно, она дома, она рядом.

— А где ты была? Ты что, не могла ему позвонить, заставить его приехать, когда я ушла?

— Мам, я говорила ему, я всем сказала: Наде, папе, бабуле.

— Какого черта ты всем вечно треплешься обо всем? Ты не могла молча сидеть и ждать меня? Ты не могла заставить приехать своего отца домой? Идиотка!

Мама еще долго ругалась и кричала на меня. Через час приехал папа с работы, кажется, он был пьян. Я мало что уже соображала в тот момент и очень хотела спать. Хорошо, что завтра выходной.

Мама так и не сказала мне, где она была, она никому об этом не сказала. Я не настаивала. Правда, спустя два дня она не выдержала и в разговоре со мной призналась, что никуда она не уходила.

— Как же так, мамочка? Я везде посмотрела в доме, тебя нигде не было.

— Иди сюда, — позвала меня мама в спальню. — Посмотри под кроватью.

Я заглянула под кровать и увидела на полу, возле самой стены, расстеленное вдвойне байковое одеяло.

— Видишь? Я тут все время лежала.

Да, я не догадалась поискать маму под кроватью в тот день.

— Мам, зачем?

— Как зачем, Линда? Чтобы наконец-то убедиться, что твой отец мне изменяет, чтобы посмотреть, как он будет себя вести. Чтобы послушать, кому он будет звонить, когда будет думать, что меня нет дома.

— Мам, но мы же переживали за тебя, — я вспомнила, как несколько часов проплакала здесь, дома, вспомнила, как я жалобно скулила от страха за мамочку.

А она, оказывается, все это время была здесь.

— Я слышала, Линда. Меня это раздражало. Ты же уже совсем взрослая. На хрена ты все это устроила? Надо было папе звонить и звонить и убедить его приехать домой. А я бы за ним понаблюдала здесь.

— Мам, но он же потом приехал домой. Он бабуле звонил отсюда.

— И что? — видимо, папа не позвонил отсюда любовнице, это и огорчило маму. — Все из-за тебя. Надо было дома его ждать. Вы бы были дома, он остался с вами, а вас нет.

Честно говоря, я не знала, что на это ответить. Совсем. Что я чувствую? Мне стыдно и обидно за себя одновременно.

Глава 41

Глава 41

Девочки некоторых классов скидываются на подарки для мальчиков на двадцать третье февраля. Мы решили этого не делать. Одна морока. Потом на восьмое марта вроде как они