За маской - Алёна Шахнина

Падаю на кровать и не могу сдержать слезы. Это бесполезно. Поможет только чудо, но я в него не верю. Почему я не остановила? Почему не смогла сказать ни слова? Как мне теперь дальше жить с мыслью, что я все испортила!

Провожу весь день в кровати и слезах. Я в полном отчаянии, потому что не знаю, что мне делать.

Утром собираюсь в школу под молчаливый взгляд матери. Она видит мой поникший вид, опухшее от слез лицо, но не лезет. И я благодарна ей. Именно сейчас мне не хочется ни с кем разговаривать, я не готова к этому.

Тщательно скрываю следы слез под макияжем, чтобы Артем не подумал, что я страдаю из-за него. Конечно, исправить грустный взгляд не получается, но хотя бы частично спрятала тоску.

Снова прохожу мимо компании Артема, и уже плевать, что они смотрят на меня. Снова сталкиваюсь с Игорем, но его тоже игнорирую. Уроки проходят, как в трубе, я не слышу и не понимаю, что говорят учителя. Рисую какие-то фигурки на последнем листе тетради и вся в мыслях.

После уроков меня оставляет классный руководитель и я жду, что она начнет говорить про мое мысленное отсутствие на занятиях.

— Вика, у нас олимпиада скоро по литературе, я тебя включаю в список участников. Будешь представлять наш класс.

— Хорошо, — безразлично говорю я.

— Заявки уже поданы, но мы успеваем запрыгнуть в последний вагон. Там будет что-то интересное, творческое.

— Ладно, — киваю я.

Киваю и отключаюсь. В ушах звенят слова учителя «олимпиада», «творческое». Быстро прощаюсь с учителем и выбегаю в коридор в надежде, что Игорь снова караулит меня. Бегу по коридору и нахожу его возле окна. Впервые я так рада видеть Игоря, впервые рада его приставучести.

— Игорь, ты предлагал помощь, помнишь? — быстро говорю я.

— Да, — кивает он.

— У тебя же есть доступ к разным там заявкам и прочему? Мне нужен список участников олимпиады по литературе.

— Пойдем, — говорит Игорь и кивает в сторону кабинета завуча.

В приятном предвкушении я иду за Игорем с надеждой, что Егора тоже привлекли к участию в олимпиаде.

— А зачем тебе? — спрашивает Игорь и садится за компьютер.

— Человека одного найти нужно, — не вру я и впиваюсь взглядом в экран.

Игорь что-то нажимает, листает и, наконец, открывает список участников. Дрожащим пальцем я веду по монитору, читаю имена участников.

Палец резко замирает рядом с участником под номером восемнадцать. Шаров Егор, 11 а, 12 школа.

Быстро смотрю на время — скоро закончится шестой урок, и я должна успеть.

— Спасибо, Игорек, — говорю я и обнимаю его за голову. — Ты и правда настоящий друг!

Не жду от него ответ и убегаю. У меня есть минут десять, чтобы добраться до нужной мне школы. На ходу вызываю такси, с трудом попадая пальцами по экрану, и выбегаю на улицу. Нервно жду такси, и быстро прыгаю в приехавшую машину.

Это он, я чувствую, что это он. И теперь я знаю, где он учится. Теперь я найду его, и если не сегодня, то завтра. Внутри все подпрыгивает в предвкушении, в ожидании, в мыслях о том, что я увижу его.

Приезжаю в школу уже после звонка. Двери распахиваются, и вываливается толпа школьников. Я остаюсь возле ворот и жду. Сердце громыхает так сильно, что я не слышу ничего вокруг. Оно бьется в ребрах, в висках, в коленях и везде. Руки дрожат от напряжения, и я прячу их в карманы. Пальцы теребят тонкую подкладку, и я не могу успокоиться. Я так хочу его увидеть, так хочу сказать ему все. Но эти минуты ожидания кажутся вечностью. Минутная стрелка не движется, даже школьники бегают, как в замедленной съемке.

И он выходит.

На ходу застегивает черную куртку, подтягивает рюкзак и смотрит себе под ноги. Почти задыхаясь от волнения, я иду к нему на встречу. Медленно, на дрожащих ногах я выхожу на дорожку. Он идет быстро, разглядывая что-то на асфальте. А потом поднимает взгляд.

Наступает узнавание, судя по распахнутым глазам. Он замедляет шаг и останавливается. Я подхожу сама и замираю напротив него. Сквозь пелену слез смотрю в его грустные глаза, и меня трясет ещё сильнее.

— Мне не важно, кто ты, — тихо говорю я.

И не могу больше ничего сказать. Слезы душат меня, и трудно выговаривать слова.

Вместо слов я протягиваю дрожащую руку и кладу ладонь на его щеку. От моего прикосновения Егор на миг закрывает глаза и делает глубокий вдох.

— Не отталкивай меня, пожалуйста, — прошу я.

Подтягиваюсь к его лицу и целую губы, по которым я безумно скучала. Целую не Джони, а Егора. Без масок, без игры. По-настоящему.

Он скидывает рюкзак на землю, обхватывает меня руками и прижимает так крепко, как никогда раньше. И я растворяюсь в этих объятиях, в этом поцелуе. Их у нас было много, но этот — особенный. Полный тоски, боли и любви.

— Давай уйдем отсюда, — тихо говорит Егор, отстраняя лицо от меня на сантиметр.

Я согласно киваю, хотя так трудно оторваться от него, так тяжело впускать ветер между нами. Он смотрит по сторонам, видя обращенные на нас взгляды, хватает рюкзак и мы уходим со школьного двора.

Идем в сторону небольшого парка, и как только нога ступает на тропинку, позади нас слышу голоса. Резко останавливаюсь, оборачиваюсь и замираю на месте. Артем. Со своим друзьями. Но взгляд упирается не в него, а в Игоря.

Глава № 24 Егор

Вика замирает на месте, и я тоже оборачиваюсь. Компания парней, и судя по взглядам, бегающим то к ней, то ко мне, ничем хорошим эта встреча не обернется. Они пришли за ней.

— Ты привел его, — говорит Вика и делает шаг вперед. — Говорил, что друг, рвался помогать, а на самом деле следил за мной по его указке!

— Вик, я… — пытается оправдаться парень со светлыми волосами, и я узнаю его. Это он был тогда в парке. Это с ним разговаривала Вика в школе.

— А ты чего ожидала? — вступает другой, и, судя по виду, главарь. — Что мои друзья будут помогать тебе наставлять мне рога?

— Мы расстались, Артем! — рычит Вика.

— Это ты так решила, — говорит он.

Так вот чего она боялась. Вот от чего пряталась за маской.

— Но, Вика, я не ожидал, — говорит Артем