Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Мы подумаем над этим, когда ты покинешь больницу, — задумчиво обещает Даниэль. — А пока могу включить на телефоне наш первый сингл с альбома.

— Включи, пожалуйста! — Кэссиди кладет подушку немного иначе и облокачивается на нее спиной, находясь в сидячем положении. — Я хочу послушать.

— Сейчас.

Даниэль достает свой мобильный телефон, снимает блокировку, находит у себя песню « Against The System » под названием « Electric x Magnetic » и на не очень громкой громкости включает ее. Кэссиди с первых же секунд влюбляется в эту песню и с легкой улыбкой начинает покачивать головой в такт музыки. Мужчина не сдерживает желания подпевать своим словам и словам парней, невольно вспоминая все выступления группы, к которым мечтает поскорее вернуться.

— Вау, это шикарно! — искренне восхищается Кэссиди. — Я уже влюблена в эту песню!

— А мой голос узнаешь? — с легкой улыбкой спрашивает Даниэль и начинает подпевать самому себе.

— Конечно, узнаю! У тебя такой красивый голос.

— Ах, знала бы ты, какое удовольствие я получаю, слушая свою собственную песню…

— Кстати, у тебя очень сильно изменился голос… Стал более низким , но приятным.

— Потому что я уже не мальчик, а взрослый мужчина.

— Да, парень, я вижу, как сильно ты возмужал.

— Кстати, вот на этом моменте я в последнее время лажал, — скромно признается Даниэль.

— Ты что, научился брать более высокие ноты? — искренне удивляется Кэссиди. — Ты же обычно пел на низких, ибо тебе было комфортно!

— Мы с парнями брали несколько уроков по вокалу и занимались с преподавателями. Правда… В последнее время я их немного подзабыл и… Мой голос дрожал на этих местах при живом исполнении песни.

— Перенервничал?

— Я всегда нервничаю перед выходом на сцену.

— Тогда почему голос дрожал?

— Были на то причины.

Оставшуюся часть песни Даниэль и Кэссиди слушают уже молча, слегка покачивая головой в такт. А когда она заканчивается, мужчина кладет телефон к себе в карман.

— Молодец, Дэн, — хвалит Кэссиди. — Думаю, мама с папой гордились бы тобой. Ведь ты добился всего своими силами и – я думаю – осуществил свои мечты.

— Да, часть моих желаний воплотилась в реальность, — задумчиво отвечает Даниэль. — Хотя есть еще много чего, что я бы хотел осуществить.

— Хочешь, чтобы твоя группа была известна по всему миру? И имела много фанатов?

— Я думаю, у нас и так достаточно поклонников. Для нас важно не количество, а качество. Мы хотим, чтобы у нас были преданные фанаты, которые будут с нами, несмотря ни на что.

— Уверена, что у вас еще все будет, — уверяет Кэссиди. — Родители не зря говорили, что ты был очень талантлив в пении и игре на гитаре.

— Приятно это слышать, — слегка улыбается Даниэль.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Даниэль отводит немного грустный взгляд в сторону.

— Знаешь, иногда я скучаю по нашим родителям… — с грустью во взгляде признается Даниэль. — Прошло уже шесть лет с тех пор, как мы потеряли их, но мне до сих не верится, что это случилось. Ты была еще совсем малышкой…

— Мне всегда их не хватало, — тяжело вздыхает Кэссиди. — Особенно мамы… Я бы так хотела, чтобы она обняла меня и сказала, что любит.

— Я тоже хочу этого… А еще хотел бы провести немного времени с папой. Куда-нибудь сходить с ним, поболтать, о многом его расспросить… Сейчас я понимаю, насколько ценными были те моменты.

— Знаю… Я и сама не ценила их… Да и вообще была плохой дочерью…

— Нет, Кэсс, не говори так. — Даниэль мягко гладит Кэссиди по плечу, пока та с грустью во взгляде рассматривает свои руки.

— Это правда, Даниэль. Я столько раз огорчала маму с папой…

— Родители все равно любили тебя, — уверенно говорит Даниэль. — К тому же, я тоже не был идеальным сыном и доставлял им проблемы. Я был тем еще бандитом.

— По крайней мере, ты не пробовал наркотики, — тяжело вздыхает Кэссиди. — И не был вынужден страдать от того, что некоторые откровенно пользуются тобой и общаются только по какой-то причине.

— Ты это серьезно? Да некоторым только бабки и были интересны! Если бы мои родители не были обеспеченными, то многие из тех людей и близко ко мне не подошли бы. Они нагло пользовались тем, что меня не ограничивали в деньгах. И я говорю не только про девчонок, но и про парней.

— Но ведь были те и, кто общался с тобой просто так. Потому что ты классный!

— Верно, но таких было немного.

— Ну вот!

— Слушай, я до сих пор не понимаю, почему ты вообще решила связаться с этой дрянью. Ты же знала , что это не кончится ничем хорошим.

— Знаю… Но я была в отчаянии! Мне было так плохо… Хотела как-то отвлечься… А наркотики… Они помогали мне забыть о той душевной боли, которую я чувствовала. Когда я впервые приняла косячок, то почувствовала себя очень счастливой. Такой счастливой, какой еще никогда не была.

— Кэссиди…

— Поверь, я очень сожалею, что связалась с этой дрянью. Я много раз хотела завязать, но у меня не получалось.

— Ты этой дрянью испортила себе всю жизнь! И да… — Даниэль берет тонкую прядь волос Кэссиди и рассматривает ее. — Скажи-ка мне, что произошло с твоими волосами? У тебя же были такие длинные! Неужели ты сама их отрезала?

— Это долгая история… Хочешь, я расскажу тебе все от начала до конца?

— Нет, Кэссиди, не надо. Врач сказал, что тебе нельзя волноваться. Мы поговорим об этом потом, когда ты окрепнешь.

— Нет, я хочу рассказать все сейчас. Ты должен знать всю правду. Правду о том, как я начала принимать наркотики.

— Ты уверена, что хочешь этого?

— Да. Мне нужно это отпустить.

—