Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Юджин Уэйнрайт умер. Мы только что узнали об этом.

— Что? Этот тип умер?

— Два часа назад. От несовместимых с жизнью травм и огромной дозы наркотиков в крови.

— А откуда ты знаешь это? — удивляется Фредерик.

— Мистер Джонсон сказал, — спокойно говорит Даниэль. — А еще я сам видел, как мертвого Уэйнрайта увозили врачи. С ними было несколько сотрудников полиции.

— Господи Иисусе… — с ужасом в глазах прикрывает рот рукой Алисия.

— Значит, поплатился гад за свои делишки… — задумчиво произносит Фредерик.

— Это справедливо, — тихо говорит Хелен. — Да, мертвых не судят и не говорят о них плохо, но Уэйнрайт заслужил такой конец.

— Уэйнрайт сам себя наказал, — уверенно отвечает Фредерик. — Смерть – справедливый конец истории этого типа.

— По крайней мере, больше ни одна девушка не пострадает от его грязных лап, — отмечает Эдвард, скрестив руки на груди.

— И теперь можно гулять по улицам, не оглядываясь по сторонам, — задумчиво говорит Наталия. — Без страха, что Уэйнрайт может быть рядом…

— Нет, Наталия, больше ты его не встретишь, — уверяет Фредерик. — Так же, как и твои подружки.

— И отныне ты можешь полностью забыть о том, что с тобой произошло, — уверенно добавляет Алисия. — Это ужасно , не отрицаю, но надо оставлять эти вещи в прошлом.

— Легко сказать – трудно сделать, — тяжело вздыхает Наталия. — Но я попробую.

— Не попробуешь, а забудешь , — приобняв Наталию за плечи, уверенно говорит Эдвард. — Я лично позабочусь об этом.

Наталия ничего не говорит, хотя слегка улыбается и кладет голову Эдварду на плечо. В воздухе на несколько секунд наступает тишина, во время которой Фредерик и Алисия получше присматривается к Ракель, пока она жмется к ним с надеждой, что они ее утешат.

— Ох, Ракель… — с ужасом в глазах качает головой Фредерик и берет Ракель за руку. — Какая же ты измученная… Что ты с собой делаешь, девочка моя?

— Да, милая, твой дедушка прав, — добавляет Алисия и мягко гладит Ракель по щеке. — Нельзя же так сильно изводить себя. Вдруг ты не дай бог заболеешь!

— Она уже второй день ночует в палате Терренса, — с грустью во взгляде признается Эдвард.

— Что? — ужасается Фредерик. — Ночует в палате?

— Мы пытались уговорить ее вернуться домой, но она отказывается .

Глава 22.6

— Это правда, мистер Кэмерон… — с грустью во взгляде подтверждает Наталия, крепко сцепив пальцы рук. — Никакие уговоры не работают. Ракель отказывается покидать палату до тех пор, пока Терренс не придет в себя.

Алисия и Фредерик качают головой и с ужасом во взгляде смотрят на бледную Ракель.

— Ракель, да как же так! — приобняв Ракель за плечи, недоумевает Фредерик. — Это неправильно! Мы понимаем, что ты переживаешь за Терренса, но должны же быть какие-то границы разумного.

— Я должна быть с ним, дедушка, — тихим, дрожащим голосом отвечает Ракель. — Не могу бросить его! Терренс столько раз жертвовал ради меня и заботился обо мне. Так что я тоже должна заботиться о нем и быть рядом с ним. Это мой долг… Я знаю , что нужна ему в такой тяжелый момент.

— Милая, это, конечно, очень похвально, — с грустью во взгляде качает головой Алисия. — Но ради бога, подумай немного и о себе.

— Терренсу не понравится, что ты так изводишь себя, — уверенно добавляет Фредерик.

— Мы говорим ей то же самое, мистер Кэмерон, — с грустью во взгляде уверенно говорит Питер. — Но Ракель все равно хочет быть с Терренсом до тех пор, пока он не придет в себя.

— И самое грустное то, что мы не знаем, когда это случится, — тихо добавляет Наталия. — Может, сейчас… Может, завтра… Может, гораздо позже…

— Обещаю, как только он даст нам понять, что живой, то я поеду домой, — с жалостью во взгляде обещает Ракель.

— Ты поедешь домой сегодня же, Ракель, — строго говорит Фредерик. — Мы с твоей тетей сами отвезем тебя домой. И будем ночевать с тобой, если оно понадобится. А в крайнем случае будешь жить в моей квартире.

— Нет, дедушка, я никуда не пойду! — отчаянно возражает Ракель.

— Сначала приведешь себя в порядок, поешь нормально и отдохнешь как следует, а потом будешь сидеть с Терренсом, — уверенно отвечает Алисия.

— Пожалуйста, тетя…

— Прости, Ракель, но они правы , — уверенно говорит Эдвард. — Не дай бог ты окажешься в больнице! Мы все точно сойдем с ума от переживаний!

— Я не могу бросить своего жениха, не могу !

— Если ты не думаешь о нас и себе, то хотя бы пожалей Терренса. Вдруг переживания за тебя усложнят и замедлят его выздоровление?

— Я нужна ему, поймите это… — со слезами на глазах отчаянно отвечает Ракель.

— Значит так, дорогая моя Ракель… — начинает строго говорить Алисия. — Домой ты поедешь сегодня же вечером. Твои друзья тоже ужасно переживают за Терренса, однако они и о своем здоровье не забывают. Так же, как и его родители. А мистер МакКлайф еще и на работу ездит. Так что, моя милая племянница, будь добра слушаться нас с мистером Кэмероном и делать то, что мы говорим.

— Нет, прошу вас! — издает громкий всхлип Ракель. — Позвольте мне остаться с Терренсом!

— Ты хочешь, чтобы мы и за тебя переживали? Чтобы твоего деда удар хватил? Хочешь свести нас всех с ума?

— Пожалуйста, тетушка… Я и так чувствую себя виноватой из-за того, что уделяю ему недостаточно внимания.

— Господи, Ракель, какая же ты упрямая… — устало стонет Алисия. — Уж твоя мать была той еще ослицей, но ты уже давно превзошла ее…

— Вспомните себя, когда вы сидели со своим мужем, когда он умирал от рака. Вы сами сказали, что проводили с ним все