Царская гавань, или Складские истории - Екатерина Леснова

– Мы с Глебом с удовольствием бы посетили Царскую гавань.

– Конечно, вас я тоже жду после открытия. Правда, там и смотреть-то не на что, это же склады, а не театр.

– Ничего, ничего, мы с Глебом Лексеечем разносторонние люди.

Мне показалось, или сводный брат сейчас пнул под столом моего потенциального жениха.

Глеб ойкнул, вилка случайно звякнула о край тарелки, он неловко кашлянул и сказал:

– Анна Аркадьевна, мне было бы интересно все, чем вы занимаетесь.

И так это было произнесено, что не то что я не поверила в это, а вообще никто.

Я случайно увидела, как Кларисса закатила глаза, у Гриши улыбка стала какая-то резиновая, остальные гости почувствовали неловкость, которая, слава Спасительнице, была развеяна слугами, подавшими основные блюда.

Гости отобедали, после чего мачеха пригласила всех в другой зал для отдыха. Играла музыка, но лёгкая, не для танцев. Этот прием не предполагал танцев. Гости устроились на диванах и в креслах, некоторые стояли. Разбились на группки, обсуждая последние новости, светские сплетни и прочие лёгкие темы. Я же оказалась рядом с мачехой, Гришей и Глебом, который осторожно пристроился в кресле, словно боялся, что рассыплется.

Непонятно, кто из нас чувствовал себя более неловко: я или Глеб.

– Чем же вы занимаетесь, Глеб Лексеич? – Я решила развеять хоть немного то напряжение, что создалось вокруг нас.

Мачеха и сводный брат притаились, словно два гепарда для прыжка.

– Да-а-а… я… да-а-а, в общем-то, ничем особенным, – забормотал смущенный мужчина.

Вот я действительно не понимаю, моя сводная семейка действительно считает, что я такая дура? Анна же образованная, красивая, умная, из хорошей семьи – разве пошла бы она за такого мужчину? Не спорю, может у него душа красивая, может он действительно хороший человек. Но сейчас это все выглядело балаганом с плохой постановкой. Робкий мужичок, два хищника и я, у которой здесь какая-то неопределенная роль! Театр абсурда, честное слово.

– Может, у вас есть какие-то увлечения?

Мне стало искренне жаль этого человека. Зачем он здесь? По бросаемым взглядам на Гришу ясно как день, что не по своей воле.

– Ну, это, гулять вот люблю, – внезапно загорелся Глеб. – Вот с Григорием мы часто гуляем.

И обрадованный, что удалось отвлечь мое внимание на сводного брата, украдкой стер пот со лба платком.

– Это да, – степенно продолжил брат, – мы часто гуляем с Глебом, он прекрасный собеседник, очень внимательный и умный. Всегда есть о чем поговорить.

Он так красноречиво закончил, что у бедного Глеба Лексееча забегали лихорадочно глаза, он явно запаниковал, обдумывая, что бы еще сказать.

– А знаете, я бы хотела Андрию Яковлечу сказать еще пару слов. Я совсем ненадолго.

И, мило улыбнувшись, поскорее вскочила, отправилась к гостям, что стояли в противоположной стороне.

Остаток вечера я мастерски умудрялась избегать общения со всеми троими.

Это был очень странный вечер.

Дома же все было спокойно, поэтому после утомительного вечера я убрала письма, наказав завтра обязательно перебрать все документы и перечитать всю хранившуюся переписку. Вдруг найдется что-то важное.

Официальные письма о неудачном первом свидании составлю также завтра. Одно светское для мачехи, а второе в царскую канцелярию с уведомление властей. По мне, так это глупость несусветная, но таковы традиции. Хорошо, что следующие два месяца я вполне спокойно могу заниматься делами.

Составив в голове план, я спокойно приняла ванну и отправилась спать.

Глава 15

Наконец этот день настал! Волнение будоражило кровь, словно я не склад открываю, а по меньшей мере ресторан в центре Москвы. Ощущения были похожи.

Вывеска, украшавшая теперь одну из стен, была видна от самого здания вокзала. На ней прекрасно читалась надпись: «Складское хозяйство баронессы Лисерской. Разместим любой груз! Быстрая разгрузка и погрузка кораблей! С нами торговля движется быстрее!».

Яркие краски удачно выделяли шрифт, так что теперь о моих складах не знал только ленивый.

Внутри тоже все готово, кроме стеллажей, которые пока ещё не смонтировали, но уже привезли материалы. Считай, половина дела сделана!

Изобретатели тоже успели полностью приготовить один рабочий прототип. И в эти дни мы вместе с магами будем его обкатывать, удивляя не только рабочих, но и всех прохожих.

– Анна Аркадьевна, все готово. – Таисия ко мне подскочила, держа в руках подушечку с небольшими ножницами.

Не знаю, принято ли в этом мире такое, но я решила организовать торжественное открытие. Мы купили красную ленту и натянули ее у входных ворот. Для рабочих по совету Борина была куплена бочка пива и пироги от нашей пекарши. Пиво некрепкое, так что от одной кружки не должно ничего случиться. Борин ручался за это. Мне, Гаяне, художнице Настасье, господам магам и пекарше Арине с дочкой предназначалась бутылочка шампанского для такого торжественного случая. Все они были мной приглашены на открытие. Всех их я посчитала так или иначе причастными к этому делу. Со всеми планировала сотрудничать дальше.

– Я хотела бы сказать огромное спасибо всем, кто помогал мне эти две недели. Мы проделали много работы! Все вы большие молодцы! Я верю, что склады баронессы Лисерской в Царской гавани станут прибыльным делом. И мы все вместе будем улучшать наши жизни! В свою очередь я постараюсь, чтобы мои сотрудники чувствовали себя уверенно, получали достойную плату и гордились местом своей работы.

Знаю, что пафосно, но почему-то я верила, что люди, которые сейчас вместе со мной начинают такое пока ещё небольшое дело, закладывают основу для чего-то масштабного. Мой дух пришел из другого мира, где мыслят куда большими категориями, чем здесь. И у меня есть идеи, как расширить свое предприятие. Останавливаться на этом я не планировала.

Торжественно перерезала ленту, кусочек оставила на память. Хлопнула пробка от шампанского. А Таисия подала бокалы. Борин откупорил небольшую бочку.

Девушка тоже было собралась пригубить вина, однако я перехватила бокал.

– Рановато тебе, юная барышня. – Я с улыбкой погрозила пальцем.

– Ну, Анна Аркадьевна, я ж на улице выросла, думаете, я не пробовала и похуже?

Таисия быстро оправилась. Теперь ее островатое лицо больше не пестрело синяками, а вполне себе мило улыбалось. Вьющиеся чистые волосы красивым облачком обрамляли худое лицо и подчеркивали тонкую, изящную шею. Совсем уж дикой она тоже не была, все было поправимо. Даже тех нескольких дней под надзором Гаяны и мне хватило, чтобы вытащить на свет общительную, умную, но немного