С топором на неприятности - Дафни Эллиот

равно лучше, чем тыкать одним пальцем. Разбирать эти финансовые документы — адский труд, но дьявол, как известно, кроется в деталях. А особенно — в таблицах Excel.

Я как раз снова погрузилась в дело, когда громкий звук заставил меня вздрогнуть. Я выпрямилась, оглянулась, выискивая, что бы это могло упасть. И тут снова — шмяк!

Я встала, подошла к окну. Лес выглядел как всегда — спокойный, зелёный. Тогда я направилась через дом, чтобы выяснить, что за шум.

В гостиной Рипли растянулась у печки, наслаждаясь теплом. Уже почти октябрь, становилось прохладно.

Ещё один глухой удар — ещё ближе. Я пошла на кухню и заглянула в окно над раковиной.

То, что я увидела, чуть не сбило меня с ног.

Джуд. Рубит дрова у гаража.

Грудь ходит ходуном, волосы падают на лицо. А этот взгляд? Сосредоточенный, резкий. Дьявол. Я невольно сжала бёдра. Что, чёрт возьми, происходит? Это сон?

Он поставил очередное полено, обошёл его кругом, будто сканируя трещины и сучки. Повернулся. Размял плечи. И все мои мысли улетели к его спине — мышцы перекатывались одна за другой.

И… это что, подтяжки?

Нет. Нет-нет-нет.

Господи, возьми меня за руку. Я бы никогда не подумала, что подтяжки могут быть сексуальными. Но, блин, белая обтягивающая футболка, джинсы и подтяжки? Мой мозг просто переформатировался.

Он взял металлический клин, вставил его в трещину на полене. Затем отступил назад и поднял топор.

И одним движением расколол эту махину надвое.

У меня отвисла челюсть.

А трусы сгорели к чёртовой матери.

Я подалась вперёд, чтобы получше рассмотреть.

Футболка была испачкана, но плотно облегала грудь. Его тело, если память не изменяет, было просто абсурдно совершенным. Я-то думала, он типичный парень из спортзала с банкой протеина.

Но за всё это время он ни разу не упомянул тренировки. Значит, всё это — настоящая сила. Наработанная.

И она была завораживающей.

Он скатил на деревянную платформу новое полено — не меньше шестидесяти сантиметров в диаметре. Выставил топор. Взмах и всё выглядело почти как танец: точное, плавное, мощное движение.

На этот раз дерево не раскололось полностью. Тогда он поставил ногу на полено, выдернул топор и бросил его на землю.

Обошёл кругом. Осмотрел трещину.

Я затаила дыхание. Что он теперь сделает?

Я никак не могла предугадать, что он, чёрт побери, просто возьмёт это полено, засунет пальцы в щель и потянет.

Но именно это он и сделал. Каждый мускул напрягся, бицепсы вздулись и он разорвал это чёртово дерево голыми руками, как Халк. Только в очках и подтяжках.

Я отшатнулась и прислонилась к стене. Что это сейчас было?

Мягкий, книжный Джуд Эберт только что разнёс бревно пополам, будто супергерой из лесной сказки?

По вискам покатился пот. Сердце колотилось как сумасшедшее. Ноги подкашивались.

Чёрт бы побрал его и его моральные принципы, и его навязчивую заботу.

Да, я ранена. Да, за мной охотятся убийцы с фургонами наркотиков. Но, блин, у меня тоже есть потребности! Я — живой человек! Женщина с нормальной кровью, запертая в домике с самым горячим лесорубом в истории человечества!

Но он ясно дал понять — через черту не переступит.

Что ж… если я не могу это трогать, то хотя бы могу на это смотреть.

Сделав глубокий вдох, я повернулась обратно к окну, чтобы полюбоваться зрелищем.

Но когда я снова сфокусировалась на нём, сердце подпрыгнуло к самому горлу.

Он стоял. Ноги на ширине плеч. Руки скрещены. Бицепсы перетягивает белая тонкая ткань, тёмные подтяжки подчёркивают ширину плеч.

И он смотрел прямо на меня.

Дерьмо.

Я и представить себе не могла, что смогу опозориться ещё больше. Но ошибалась. Потому что едва по мне прокатилась волна раскалённого стыда — за ней пришло кое-что другое.

Злость.

С какого чёрта он издевается надо мной? Это он меня отшил.

А теперь устраивает шоу с дровами прямо под окнами?

Наглость зашкаливает.

Он машет красной тряпкой перед возбуждённой, обделённой вниманием коровой.

Так что вместо того, чтобы спрятаться, я влезла в ботинки, накинула одну из его огромных курток и вышла во двор.

— И что по-твоему ты делаешь?! — рявкнула я.

Он обернулся, весь вспотевший и до невозможности сексуальный, и расплылся в улыбке.

— Рублю дрова.

— Зачем?

— Потому что зима близко. Нужно будет чем-то топить дом.

— Серьёзно? — Я фыркнула и упёрлась здоровой рукой в бедро. — Тебе сегодня это нужно?

Он кивнул, голубые глаза сияют, как у мальчишки, поймавшего меня на глупости.

— А вот это, — я ткнула пальцем в сторону дровяного сарая у гаража, — что по-твоему? Там всё под завязку! Думаешь, мы всё это сожжём за ночь и замёрзнем насмерть?

Улыбка на его лице слегка дрогнула.

— Мало того, что ты ходишь тут, весь такой привлекательный и бесконечно добрый, — процедила я, — так теперь, когда у меня уже нет сил защищаться, ты выходишь во двор, надеваешь, мать твою, подтяжки и начинаешь крошить деревья?!

Тишина.

Я сжала переносицу.

— Это просто нечестно.

Глаза за его очками распахнулись от изумления.

— Знаешь, я ждала от тебя большего. — Я покачала головой.

— Я не совсем понимаю…

— Ты же знаешь, что я сохну по тебе, Джуд. — Я опустила руку и тяжело выдохнула. — Ну дай мне хоть немного спокойно пожить. Я уже поняла, что тебе больше не интересно. Но, ради всего святого, прикройся, а? Спрячь вот это всё, — я обвела его с головы до ног, — эту… мужественную прелесть.

Он скрестил руки на груди и только подчеркнул рельеф бицепсов, а потом приподнял бровь.

— Мужественную прелесть?

— Да, — простонала я. — У девочки не бесконечный запас самоконтроля.

Я круто развернулась и направилась обратно к дому, собираясь эффектно хлопнуть дверью.

Но его смешок остановил меня.

— Ты, конечно, огонь, Беда.

Я закатила глаза, резко обернувшись.

— И раз уж мы тут выясняем отношения, у меня тоже есть претензия. Ты, между прочим, тоже не даёшь мне покоя.

— Я? — Я приложила руку к груди.

— Я пришёл домой и увидел тебя в лифчике, скачущую по моей гостиной. В лифчике, который тебе мал, между прочим.

У меня закипело в висках.

— Ты сам его купил!

— О, я знаю, — усмехнулся он. — И теперь этот обра, как грудь вываливается из чашек, будет преследовать меня в кошмарах. До конца жизни.

Я раскрыла рот, чтобы парировать, но, услышав его слова, захлопнула обратно. Ладно… Признание было чертовски приятно.

Он бросил топор на землю и решительно зашагал ко мне.

— С того самого момента, как ты переступила порог, я схожу с ума. Но я