Правила игры - Джесса Уайлдер

и шорты. Я приподняла футболку, позволяя выцветшей черной ткани скользнуть по моим пальцам. Она была одной из моих любимых. Я натянула ее через голову и позволила запаху сандалового дерева и корицы окутать меня. Я забралась под одеяло и зарылась лицом в футболку. Как бы я ни жалела об этом позже, его запах был похож на зависимость, в которой я слишком долго нуждалась. Завтра я найду другое место, где смогу переночевать. Я завернулась в одеяло и уткнулась носом в его подушку. Завтра.

Я стояла у окна своей спальни, когда пламя охватило комнату. Дым клубящимся черным облаком окутал потолок, и загорелись обои. Было почти приятно наблюдать за тем, как комната медленно погружается в ад. Я наклонилась ближе, следя за быстро растущим пламенем, когда оно охватило край моего одеяла и быстро перебралось через кровать. Поразительные голубые глаза смотрели на меня через окно, и Маркус улыбнулся мне, пока дым завивался вокруг его волос. Нет. Я закричала и дернула за ручку окна, зовя на помощь. Я была взаперти, и неважно, сколько раз я кричала ему, чтобы он открыл окно, он не двигался, просто улыбался мне, когда языки пламени подобрались к его ногам…

Рядом со мной завибрировал телефон, вырывая меня из кошмара, и я сделала несколько судорожных вдохов, чтобы успокоиться. Этот сон снился мне в разных вариациях раз в неделю с тех пор, как умер мой брат. После него я всегда испытывала непреодолимое чувство беспомощности. Что бы я ни делала, я не могла остановить это. Я всегда теряла его.

Я не открывала глаза и прокручивала в голове слова моего психотерапевта.

Это был просто сон. Это было не по-настоящему. Глубокий вдох. Это был просто сон. Это было не по-настоящему. Глубокий вдох. Это был просто сон. Это было не по-настоящему. Но я обманывала себя. Может, пожара и не было, но Маркус умер. Я с трудом сглотнула, чтобы сдержать рвущийся наружу крик.

Мой телефон снова запищал, и я перевернулась, хватая его с прикроватной тумбочки.

Я рассмеялась, и напряжение в моей груди немного спало. Он обладал невероятной способностью отправлять мне сообщения в самый нужный момент.

Я рассказала ему все о своих снах, когда мы только начали общаться. Он всегда разбирал каждый из них по полочкам, пока они не перестали мучить меня так сильно, как раньше. Я всегда знала, что могу написать ему, если нужно. Но сегодня я просто хотела забыть обо всем этом.

Я вздохнула и сменила тему.

Улыбка появилась в уголках моих губ.

Я поморщилась, когда прошло какое-то время, прежде чем он ответил. Я знала, что он будет беспокоиться обо мне, поэтому не сказала ему сразу.

У меня ужасно пересохло во рту, и я мучилась от жажды, словно это был мой последний вздох. Я поднялась с постели, собрала мокрые от пота волосы в высокий неряшливый пучок и направилась на кухню.

Горел тусклый свет, и Лукас стоял, прислонившись к кухонной стойке с прихваткой для духовки. Его глаза потемнели, когда он поднял взгляд от моих ног и бедер к груди и лицу. На его челюсти дернулся мускул, и мы несколько мгновений стояли молча, прежде чем он прокашлялся.

– Почему не спишь?

– Воды, – прохрипела я, не уверенная, было ли это из-за того, что у меня пересохло в горле, или из-за того, что он был без рубашки, в одних баскетбольных шортах с низкой посадкой. Я с трудом сглотнула и осторожно приблизилась к нему, стараясь не задеть его, когда потянулась за стаканом.

Я налила воды из-под крана и сделала несколько жадных глотков.

– Я ответила тебе. А почему ты не спишь?

На духовке звякнул таймер, и его губы приподнялись в улыбке.

– Проголодался.

Конечно, проголодался. Ему, наверное, приходилось есть раз двенадцать в день. Он открыл дверцу духовки, и сладкий запах черничных маффинов завладел мной. Он переложил их с подноса на тарелку, и у меня заурчало в животе. Я пропустила ужин, потому что после ярмарки у меня было неспокойно в желудке. Улыбка Лукаса стала шире, и он протянул их мне.

– Возьми один.

Я потянулась за маффином, но он отдернул руку.

– Осторожно, они горячие.

– Да, я поняла, раз ты только что достал их из духовки.

Я снова потянулась за одним, и на этот раз он позволил мне его взять. Я аккуратно держала его и дула сверху.

– Значит, ты часто готовишь в полночь? – спросила я, не отрываясь от маффина.

Он выдохнул.

– В первый раз.

– Мне повезло.

Я откусила кусочек и почувствовала сладкий вкус ягод во рту, от которого издала довольный стон.

Он внимательно проследил за движением моих губ и наклонился ближе, пока я не почувствовала тепло, исходившее от его груди. Он опустил голову к моему уху.

– Что-то вроде этого.

Я подавилась кусочком маффина, и Лукас наполнил мой стакан, передав его мне.

– Спокойной ночи, Убивашка.

Он ушел в свою комнату, закрыв за собой дверь. От жажды я сделала глоток и ощутила сладкий вкус ванильно-миндального молока. Открытая упаковка стояла рядом с противнем для выпечки. Я прикусила нижнюю губу, пытаясь побороть тепло, растущее в моей груди. Только когда я доела свой маффин, я поняла, что он не взял ни одного.

Глава 18

Пайпер

Я выбралась из постели и направилась на кухню, уже предвкушая, как налью себе кофе, но чуть не споткнулась о сумку, стоявшую прямо у моей двери. Я подняла ее и заметила свои кроссовки, которые были спрятаны за ней. Хм, мне бы не помешала пробежка после всего случившегося.

В сумке лежала аккуратно сложенная стопками одежда. Я вытащила одну из них, ожидая, что она будет пахнуть дымом, но от нее исходил отчетливый запах стирального порошка. Тепло наполнило мою грудь от понимания того, что тот, кто оставил ее здесь, допоздна стирал мои вещи.

Вдруг завибрировал телефон,