Янтарный господин - Елена Ахметова

Я вздрогнула и недоверчиво уставилась ему в глаза.

— Ты хочешь, чтобы я осталась?..

Тоддрик устало заломил брови.

— Ты послана мне в испытание, — пробормотал он. — Я хочу, чтобы ты была моей...

Он осекся. В холле послышались чьи-то торопливые шаги, и не прошло и момента, как кто-то загрохотал в дверь:

— Господин! Господин, просыпайтесь! Виконт...

Я нс сдержала смешок.

— Кажется, у твоей прислуги весьма искаженные представления о господском сне, — невинно заметила я и попыталась ускользнуть за своей одеждой, как обычно, но Тоддрик не позволил.

— Оставайся за дверью! — рявкнул он, разом оборвав все причитания в холле. — Что там еще с виконтом?!

— Виконт Фрейский занемог! — испуганно пискнул кто-то снаружи, наконец-то перестав ломиться в комнату. — Отказывается выходить из покоев и даже служанку с завтраком не пустил!

Я бросила взгляд за окно и нахмурилась.

Луны на дневном небе видно не было, но рисковать не стоило в любом случае.

— Вели оставить завтрак в коридоре и уйти, — шепотом попросила я.

— Что, и здесь тоже какой-то подвох? — безошибочно угадал Тоддрик, но приказ повторил. А поскольку удаляющихся шагов не послышалось, до крайности убедительно добавил: — А если кто-то ещё начнет скрестись в эту дверь до вечера, то занеможет похлеще Лагота Фрейского. Со всеми вопросами — к Риману!

На этот раз снаружи кто-то испуганно икнул, и все стихло.

Тоддрик подобрал с постели отрезанную прядь волос и бережно переложил на сундук, прежде чем с приглушенным стоном рухнуть на кровать и вытянуться во весь рост, запрокинув руки за голову. Я скользнула взглядом по нежной коже на внутренней стороне плеч и вспыхнула, а рыцарь, от которого не ускользнула моя реакция, самодовольно усмехнулся.

— Иди сюда и договаривай. Что не так с Лаготом Фрейским?

Я юркнула под бок к Тоддрику и уютно устроила голову у него на плече, и он лениво набросил на нас край простыни.

— Все с ним так, — невнятно пробормотала я и положила раскрытую ладонь рыцарю на грудь, стоически там и остановившись. — Вполне нормальный волколак, большой и сильный. Роскошная шкура, острейшие клыки и никакого уважения к леди Сибилле — можешь гордиться своим чутьем, но лучше молчи о том, что знаешь. Пока волколак чувствует себя в безопасности, он не обернется зверем.

— Этот... — вырвавшееся у Тоддрика ругательство отозвалось у меня в голове странным звоном, а рыцарская рука на моей спине на мгновение так накалилась, что я вскрикнула и рывком села, спасаясь от прикосновения. Тоддрик сжал кулак, гася янтарное сияние на кончиках пальцев, и виновато погладил меня между лопаток. — Почему ты молчала? Впрочем, нет, это я как раз понимаю, глупый вопрос... это его ты выслеживала в лесах, пока мы травили волков?

Я кивнула — тоже виновато — и поддела пальцем простенький оберег из сельского храма, который Тоддрик носил на груди вместе с орденским амулетом из цельного куска темного янтаря, не делая разницы между тем и другим.

— Я оставила на тебе свою метку, — призналась я, — потому что не была уверена, что волколак не нападет из мести. Любой, кто отмечен Серым Владыкой, видит, что ты — мой.

Тоддрик повертел в пальцах оберег, всматриваясь в сероватые тени под шнурком, и дернул уголком рта.

— Значит, он это видел — и все равно пытался сосватать мне леди Эмму? А она?..

Я покачала головой.

— Его сестра — такой же человек, как и леди Сибилла. Он — первый волколак в своей семье и имеет все шансы остаться последним, если женится на обычной женщине, которая не попадет в поле зрения Серого Владыки. Лагот Фрейский высоко оценил выгоду от союза с тобой и намерен сделать все возможное, чтобы этот союз был крепким.

— Например, отказаться от покровительства Серого Владыки? — вкрадчиво поинтересовался Тоддрик и потянул меня назад, поближе к себе.

Но я уперлась ладонями ему в грудь и осталась сидеть. У этого вопроса тоже было второе дно.

— От покровительства Серого Владыки не отказываются, — твердо сказала я. — Он дает больше, чем может предложить любой другой человек — или Орден, но если разгневать его, то и отберет он куда больше, чем ты можешь представить. Заставь виконта Фрейского выбирать — и леди Сибилле придется подыскивать другого жениха.

— Хорошо, — со странным удовлетворением сказал Тоддрик, и я поняла, что в его вопросе имелось и третье дно.

— Не вздумай говорить ему, что узнал об этом от меня, — предупредила я. — С Орденом Лагот связываться не рискнет, а вот мне — отомстит.

Тоддрик неопределенно дернул плечом и перевел тему:

— О ком еще в моем окружении мне следует знать?

— Что бы ты о нас ни думал, отмеченные Серым Владыкой обычно не стремятся оказаться поближе к Янтарному ордену, — проворчала я и снова устроилась рядом, противореча собственным словам.

— Я и Лагот — вот и все.

— Как ловко ты опустила Лиру и Морри, — заметил Тоддрик и плавно перекатился, подмяв меня под себя. — Ведьма... ты даже не представляешь, как я зол! — вопреки сказанному, он бережно приподнялся на локтях, чтобы мне не было слишком тяжело. — Так зол, что готов забыть обо всякой осторожности и взять тебя прямо сейчас. Наверное, потому, что сейчас это вообще единственное, о чем я способен думать... — Тоддрик протянул руку и взялся за мою ленту, так и валявшуюся на постели.

Тонкая ткань смялась под его пальцами, и я, ошалев от собственной смелости, вытянула вверх скрещенные запястья.

Тоддрик не заставил просить дважды и крепко, отнюдь не в шутку связал мне руки, набросив петлю из ленты на столбик балдахина. Я мигом растеряла всю свою храбрость и напряглась, ожидая какой-нибудь пренеприятнейшей выходки — причем со странным оттенком предвкушения, будто все разом могло стать проще и понятнее, стоило только рыцарю отомстить мне за обман.

Но Тоддрик не спешил облегчать мне задачу и брать в спешке, не оглядываясь на осторожность. Он просто касался — оглаживал изгиб талии, спускался к бедрам, пробегал пальцами по нежной коже под коленями и чуть щекотал выпирающие косточки на щиколотках; снова возвращался к животу — вел горячей ладонью от пупка вверх, между грудей к шее, ловил меня за подбородок и целовал так жадно, что у меня плыло перед глазами и звенело в голове, но к решительным действиям все никак не переходил — даже когда я попыталась обнять его ногами за талию и наконец притянуть к себе.

— Да ты же мстишь мне за самый первый раз! — догадалась я с некоторым внутренним трепетом.