Отданная черному дракону - Оксана Рассветная

и наконец, она засыпает. Бегу к ней, зову ее, но при этом ни на сантиметр не могу приблизиться, как будто бегу на месте, расстояние между нами не уменьшается. Плачу, снова зову, у меня у самой силы заканчиваются, и я падаю! Падаю в бездну, которая появилась непонятно откуда, и кричу! И когда кажется, что все, разобьюсь, большие горячие руки подхватывают меня, прижимают к себе, делясь своим теплом. Вдыхаю запах кедра и прелой травы и успокаиваюсь.

А утром просыпаюсь разбитой, как будто это вовсе и не сон был.

— Шейн?

— Что с тобой случилось, Кэсси? — мой дракон нежно убирает прилипшие пряди с моего лица.

— Просто плохо спала…

— Не просто плохо спала, девочка моя. Твоя драконица снова заснула, — муж подтягивает меня чуть выше, укладывает себе на грудь. И я слышу как бешено бьется его сердце.

— Что? Но как такое возможно? — заглядываю Шейну в глаза, чтобы что… чтобы убедиться, что не шутит? Но с таким не шутят. Вспоминаю свой сон, который был вовсе не сном.

— Как ты себя чувствуешь? — целует в лоб, словно температуру проверяет.

— Нормально, только устала. А покажи своего дракона, может, моя Катя отреагирует? — с надеждой смотрю на мужа, словно он сейчас скажет: «Точно, и как я сам не догадался!»

А потом, когда Катя посверкает своими глазками любимому дракоше, вместе посмеемся.

Но я смотрю в глаза дракона Шейна, и ничего не происходит! Меня накрывает легкая паника. Я и она мы как будто две части одного гармоничного целого. Без нее я уже не вижу себя.

— Ты же знаешь, любовь моя, что связь между нашими драконами особенная, — тихо произносит Шейн, поглаживая мои волосы. Его голос звучит спокойно, но я чувствую напряжение в каждом его движении. — Она еще совсем маленькая, возможно, ей нужен отдых, потому что проявиться ей пришлось в экстремальных условиях, а не традиционным способом, израсходовав почти весь свой резерв.

— Может, дело в моем сне? Или... что-то другое мешает?

Дракон встревоженно шевелится, аккуратно положив меня обратно на кровать.

— Расскажи про свой сон. А еще Салтон говорил, что вчера вы пили чай с Изабеллой и Бриджиной. Потом ты сразу почувствовала усталость и ушла спать, и твой сон! Постарайся вспомнить малейшую деталь вашего чаепития. Ты оставляла этих…твоих родственников без присмотра? Может, тебе что-то опять подсыпали? До встречи с ними, как ты себя чувствовала?

Задумываюсь о словах Шейна по поводу родственничков. Вроде ничего такого не было. Начинаю рассказывать, анализируя каждую деталь. Из-за стола я не отходила, только к Кейти, когда разлился чай прямо на платье девочки. Изабелла сразу захотела уйти, а вот ее мать не дала, аргументировав тем, что я и она еще не допили свой чай. — Могла ли Бриджина что-то подсыпать мне?

Сердце мое сжимается от страха перед неизвестностью. Мне хочется верить, что это временное явление, что она просто уснула, не погибла.

— Эта женщина, хоть и жадная, но осмотрительная. Сомневаюсь, что она бы стала рисковать. Она прекрасно понимает, что ее действия могут иметь серьезные последствия.

— Шейн? А моя Катя, вдруг она не уснула, вдруг ее как-то убили? — задаю я мучивший меня вопрос.

— Нет, детка, дракона убить можно, конечно. Но тогда бы ты сегодня не проснулась, а боролась бы сейчас за свою жизнь. Долго и мучительно!

Я глубоко вздыхаю, стараясь успокоиться и осмыслить услышанное. Сердце бьётся как сумасшедшее, мысли хаотично мечутся, словно стая диких лошадей. Мой взгляд устремлён на Шейна, надеясь найти понимание происходящего в его глазах.

— Я им обоим, как кость поперек горла. Они бы с удовольствием избавились от меня. Я думаю, у Изабеллы, да и Бриджины еще тлеет надежда, что ты обратишь на ее дочь внимание. Зачем-то же они пришли и вытребовали разрешения навещать Кейти по выходным? Но зачем усыплять мою драконицу? Какова цель? — пытаюсь понять я.

Некоторое время мы молчим, каждый думая о своем. Муж поглаживает меня по спине, зарывается носом в волосы, в шею. Теперь он успокаивается, улыбаюсь я грустно.

— Нужно срочно поговорить с Кейти. Узнать, помнит ли она что-то необычное. Эх, проверить бы еду и напитки, которые были на столе. Но слуги уже помыли посуду. Возможно, там оставались следы зелья или яда.

Как выяснилось, Кейти ничего не заметила. Не удивительно, девочка пила чай и не понимала, чего это Изабелла вдруг решила ее проведать.

Мы с Шейном решаем, что сейчас посетим королевского лекаря, а на следующие выходные он сам примет моих родственниц под предлогом того, что я плохо себя чувствую. Хотя на данный момент и никакого предлога не надо — это правда!

— Талгар убьет меня! — шепчет муж, помогая накинуть сверху плащ и мы шагаем в портальную арку.

Выходим мы в кабинете у Его Величества, и тот сразу вскакивает с кресла и устремляется к нам.

— Шейн, Кассандра? Что случилось? — глаза моего “отца” с беспокойством скользят по моей фигуру, а после впиваются в Шейна.

— Тал, нам нужен твой лекарь! Тризар! — сразу сообщает муж.

— Что с моей дочерью? — хватает за руки меня Талгар и с удвоенным беспокойством заглядывает в глаза.

— Со мной все в порядке, только вот с драконицей… — пытаюсь я выдавить улыбку.

— Что с твоей драконицей?

— Мы пока не знаем, похоже она уснула, — приходит на помощь Шейн.

— Садитесь и расскажите что у вас опять произошло, — дергает за шнурок король и уже спокойнее указывает на два кресла напротив стола.

На звук колокольчика тут же вбегает камердинер, которому Талгар передает поручение разыскать лекаря и немедленно привести сюда.

Расположившись напротив Его Величества, я еще раз подробно рассказываю всё, что предшествовало нашему появлению здесь. Он внимательно слушает, лишь задавая уточняющие вопросы и переглядываясь с Шейном, что меня очень пугало. Похоже, всё очень серьезно, просто мужчины не хотят меня напугать еще больше.

Наконец дверь кабинета распахнулась, и на пороге возник запыхавшийся лекарь.

— Ваше величество, вы в порядке? — с порога вскричал бедняга.

— Тризар! Мой верный, Тризар! Я в полном порядке,