Отданная черному дракону - Оксана Рассветная

— Почему вы так решили?

— У нее довольно сильный дар иллюзий. Она не только видит сокрытое, но и может создавать иллюзию и накладывать ее на реальность. Душа у ребенка светлая, очень.

— Это же очень хорошо!

— Помните те темные всполохи?

Я киваю и застываю в ожидании ответа.

— Это тьма! Маленькая часть, но все же. И это не дар предков, иначе бы она проявилась по другому. Именно поэтому я спросила, было бы потрясение, может смерть близкого?

— Сестры, — говорю я тихо. Чувство вины сдавливает меня изнутри. Это я! Моя вина! — Как это влияет на малышку?

— Трудно сказать! Одно знаю точно, побольше счастливых или хотя бы просто хороших моментов…

— Спасибо…

Разворачиваюсь и, с трудом передвигаяноги, иду к Кейти.

44

Кэсси

— Милая, я думаю пора навестить Талгара, чтобы он заново познакомился с тобой, — Шейн приходит после работы и просит меня снова надеть длинный плащ с капюшоном. Снова идем какими-то тайными коридорами, которые в прошлый раз меня заинтриговали.

Я все хотела изучить тайные ходы нашего замка, но Шейн попросил не ходить туда одной. Потеряться можно, тем более в некоторых местах есть ловушки.

Снова маг в черной маске, Тарий.

— Ваши Сиятельства? Чем-то могу помочь?

— Это ко мне Тарий, — из глубины  лаборатории Его Величество, отец Кассандры.

«Мой отец», — поправляю себя.

— Да, Ваше Величество, — поклонился маг, отступив назад, давая нам проход. — Я оставлю вас.

Несколько секунд смотрим друг на друга, а затем владыка делает пару шагов, что разделяют нас и обнимает меня.

— Кэсси, девочка моя, — приглушенно с дрожью в голосе говорит отец. — Сними, пожалуйста, амулет.

Внутри все сжимается от боли, что исходит сейчас от могучего дракона. Я стояла неподвижно, ощущая тяжесть рук отца, крепко прижимающих меня к себе. От него исходили мощные волны тепла и силы, смешанные с чувством глубокой утраты и вины. Сердце сжалось, слезы невольно выступили на глазах.

— Прости меня, Кэсси, — пробормотал он, нежно гладя мою спину. — Прости, что не смог защитить тебя раньше...

Его дыхание участилось, плечи мелко задрожали. Чувствуя его боль, я тоже начала плакать. Все годы одиночества, страха и сомнений разом нахлынули на меня, растворились в теплых объятиях отца.

— Отец... — выдыхаю я, прижавшись щекой к его груди.

Мы долго стояли так, держась друг за друга, позволяя слезам смыть накопившуюся горечь и разочарование. Потом отец бережно отпустил меня, вытер слезы своим рукавом и пристально посмотрел в глаза.

— Так, пойдемте вместе поужинаем…

— Тал, прости, но лучше не привлекать внимание к твоей дочери.

— Я все подготовил Шейн. Нас не увидит ни одна живая душа, кроме Тария. Поужинаем…

— Ты прекрасно знаешь Тал, даже у стен есть уши. Ты же не сам приготовил ужин и накрыл стол? Не будем искушать судьбу. Вот когда все закончится…

— Ты прав, Шейн. Но как же хочется подольше пообщаться с Кассандрой.

Король говорит, а я кошусь на Шейна, потому что понимаю, что прошлого Кассандры я не знаю. О чём я буду говорить?

— У нас вся жизнь впереди, — тем не менее обнимаю я Его Величество.

Отец прощается со мной, пожимает руку Шейну со словами, чтобы берег меня как зеницу ока. И мы покидаем лабораторию мага.

— Домой? — спрашиваю я.

— Давай прогуляемся? Знаю, что ты устала сидеть почти безвылазно в замке. Как только все закончится, я обязательно приглашу тебя в театр, в ресторан. Съездим отдохнуть куда-нибудь на море. Ты любишь море?

— Люблю, — Шейн прижимает меня к себе, натягивает капюшон на голову и утягивает меня в тень, проходим какими тропками и оказываемся в красивом саду. — Это королевский сад?

— Да. В это время здесь пусто.

Шейн осторожно ведет меня вперед, обходя освещенные аллеи, опасаясь неожиданных встреч. Мы медленно идём вдоль аккуратно постриженных кустов роз, аромат которых наполняет воздух нежностью и спокойствием.

— Твоя рука дрожит, — тихо замечает Шейн, перехватывая мою ладонь своей сильной рукой. — Тебе страшно?

— Нет. Просто хочется, чтобы поскорее все закончилось, чтобы ты нашел преступников и мы просто жили. Спокойно, без маски иллюзий.

Мы останавливаемся около фонтана, тихое журчание воды успокаивает нервы. Вода переливается в лунном свете, создавая иллюзию серебристого покрывала.

— Посмотри вверх, — шепчет Шейн, мягко поворачивая мое лицо к небу. Я поднимаю взгляд и вижу звезды, яркие и близкие, словно приглашающие нас туда, далеко за пределы всех проблем и тревог.

— Они кажутся такими близкими...

— Через две недели будет ритуал обновления печати. Думаю к этому времени наши недоброжелатели активируются и мы обязательно всех уничтожим?

Вздрагиваю от этого слова «уничтожим», но понимаю, что тут или они нас, или Шейн их.

45

Все время оглядываясь и ругая на чем свет стоит свою будущую сообщницу, Изабелла все время озиралась осторожно ступая в темном переулке.

— Не понимаю, — шепчет она сама себе под нос, — неужели нельзя встретиться в другом месте?

Здесь все кричало о том, что находиться здесь небезопасно.

Наконец, Изабелла остановилась перед стареньким домом, почти скрытым тенями ночи. От дома веяло сыростью и запахом плесени, окна были затянуты паутиной, дверь слегка скрипнула, едва открывшись. Внутри царил полумрак, лишь тусклый луч света пробивался сквозь пыльные шторы.

— Наконец-то, — раздался голос откуда-то сверху лестницы. Голос принадлежал той самой незнакомке, с которой они встречались несколько дней назад. Она стояла на самом верху наблюдая за реакцией Изабеллы.

— Ты же понимаешь, что встреча здесь выглядит подозрительно? Я рискую своей репутацией!

— Ах, дорогая Изабелла, — усмехнулась Бетти, а это была именно она. — Здесь ты в полной безопасности и можно не опасаться чужих ушей. Зато ты сможешь отомстить той коварной девице, что разрушила твои мечты!

Изабелла молча вздохнула, подумала об Евангелине, как она напугала и унизила ее и решительно