Бывшие. Мы встретимся вновь - Марьяна Громова

— Дааа, — поощрительно стонет он, подталкивая под ягодицы.

Ловит губами мои соски.

Толкается снизу.

Чувствую, как от сильных его толчков бьюсь затылком в крышу.

Но мне уже всё равно.

Удовольствие подступает волнами. То откатит немного, то снова заставляет задыхаться.

— Люблю... тебя..., Алинка, — вдруг сорвано шепчет он.

В темноте салона вижу его глаза. Они такие... проникновенные, такие честные. В них столько чувств, столько эмоций, что я ему верю... верю..

И сжимаюсь на его члене, теряя понимание, где я и что происходит. Чувствую только как меня передёргивает на нём. А потом расслабляюсь, ощущая, как со сдавленными стонами он сам бьётся снизу-вверх в меня.

Я понимаю, что мы снова без резинки.

Но... Ловлю его остекленевший взгляд, вижу его напряжённо сжатые челюсти... Боже, как же я его люблю. Пусть будет ребёночек. Я и его любить буду.

— Алиночка моя, — гладит по волосам, уложив себе на плечо.

По моим бёдрам течёт. Между нами мокро.

Он всё ещё внутри. По ощущениям, как будто и не уменьшился совсем.

— Громов, — не узнаю своего голоса, такой он хриплый. — Поехали к нам?

— Я уж думал никогда не позовешь, — смеётся он. — Ну, вставай тогда.... Аааа.... Тишшшше... Хотя нет-нет, постой-ка. Ещё разочек хочу. Что значит "нет". Мы быстренько...

Эпилог

— И чего ты ходишь, как заведённый туда-сюда! — ворчит отец, сидящий на лавке возле Алинкиного дома и комкает в руке свой носовой платок. — Мужик ты или нет? Наберись терпения.

— Бать, отстань, а! Сам, когда женился, спокойный был?

— Конечно! А чего мне волноваться? Мы с Лидочкой тогда заранее всё продумали. Ресторан сняли. Гостей позвали. Фотограф даже свой был! Во как! А тут — безобразие какое-то. Ни ресторана, ни фотографа, ни на машинах покататься.

— Покатаешься, пока до ЗАГСа доедем.

— Так, а ленточку на берёзе повязать? Традиция такая!

— Да что даёт твоя ленточка? Бред!

— Что-что? Вот тебе синюю повязать надо. Дочка у вас уже есть, а синюю повяжешь, будет сын.

— Ох, батя, взрослый ты мужик уже. Если не сказать, старый. А в такие сказки веришь. Какая ленточка? Алинка уже беременна.

— Правда? — ахает он, расплываясь в довольной улыбке. — Вот ты хитрец, Тимка! Молодец! Уважаю! Батя твой внучка успеет понянчить! Уважил отца. Лидочка тоже бы порадовалась за тебя.

Хмыкаю в сторону.

Дааа. Вот ты, Громов, наконец, и добился похвалы от собственного отца. Правда, не потому, что открыл свой магазин в городе. И даже не потому, что купил участок и начинаешь строить собственный дом. А потому, что заделал ребёнка своей невесте. Мир сошёл с ума....

Дверь подъезда открывается и выглядывает отец Алинки.

— Сват, — зовёт он батю. — Пошли, по глотку коньячка — пропьем невесту.

— Я с вами, — нервничаю, чувствую, что глоток коньяка мне не помешает.

— Нееет, ты за рулём, — в один голос отмахиваются они.

Батя вскакивает со скамейки, как будто не он ещё месяц назад ползал на ходунках и еле передвигался. А рядом с тем местом, где он сидел, остаётся лежать его телефон.

И нет, поначалу у меня не возникает никаких нехороших мыслей. Но потом я вдруг вспоминаю, как когда-то хотел посмотреть, с кем он там переписывается постоянно.

Беру телефон, кручу в руках, посматривая в алинкины окна.

Ну, скоро ты там, невеста? Мы так скоро в ЗАГС опоздаем!

На одном из окон в сторону отодвигается штора и выглядывает любопытная Асина мордашка. Машет мне.

Отвечаю ей. Показываю пальцем на часы. Скоро вы там?

Растопыривает пальцы на одной руке. Потом, оглянувшись, добавляет вторую руку. Десять минут? Ладно.

И чего мне-то подняться нельзя? Что за глупые традиции какие-то? Всё равно платье сейчас увижу!

Не понимаю.

Что мне тут ещё 10 минут делать?

Вспоминаю про телефон у себя в руках.

Сажусь на лавку, включая когда-то подаренный мною же отцу уже устаревший андроид.

Тааак. В ватсапе переписывался?

Открываю.

Хмммм. У него открытых чатов всего штук пять. Из них три — спам. Ещё один — Асин. И чаще всего он переписывается с Алинкой.

И почему я не удивился, скажите мне?

Оглянувшись и убедившись, что на меня никто не смотрит, открываю и читаю.

В конце ничего не значащие вопросы про здоровье и самочувствие, от него ей советы по цветам какие-то, а от неё ему по таблеткам и диете. Листаю вверх. Ничего интересного.

И вдруг... Ёлки!

Провернув ленту сообщений далеко вверх, вижу кое-что интересное.

Пошла жара! Там обо мне.

"Позвоню ему и скажу, что умираю. Он приедет. Никуда не денется. Поживёт немного, освоится. А потом мы устроим так, что вы с Асей с ним случайно встретитесь"

"Сергей Васильевич, хорошо. Давайте попробуем".

Увлекшись, читаю, как ловко меня прибирали к Алинкиным рукам. Всё продуманно было. И что мне тут скучно станет. И что я к Асе привяжусь.

Ох, хитрецы!

Все мои проколы обсуждали. Ругали меня. Вдвоём.

Ну, что, друзья мои, устроить вам Армагеддон?

Сейчас я...

Дверь подъезда открывается и оттуда высыпаются два деда в одинаковых костюмах. Ася в красивом принцессином платье. Несколько соседей с какой-то едой на подносах. Проклятый Макс, весь в наколках, чернеющих под белыми рукавами сорочки. Я до последнего был против того, чтобы его приглашать, но Алинка очень убедительно просила.

Алинка.

Застываю столбом, роняя телефон на скамейку и не замечая этого.

Словами не передать, какая она красивая! И причёска, и лицо, и платье... Зачарованно смотрю, умирая от восторга, потому что МОЯ! Моя!

И вот буквально через час это будет оформлено по всем правилам. И никуда она уже от меня не денется...

Иду к ней, не сводя глаз, напрочь забыв о телефоне и переписке. Хотя нет. Где-то в глубине сознания бьётся мысль, что если бы они не придумали это вот всё... У меня и не было бы сейчас этого бесконечного счастья.