Новые истории на старый лад - Дара Бояринова

с нежностью и изысканностью… завораживающе. И на фоне всего этого великолепия тонкая детская фигурка в ярко-лазурном костюмчике с альбомом в руках… как жаль, что я не могу рисовать… мы просто стояли и любовались маленькой феей этого цветочного царства.

А потом мы лакомились вкуснейшими кренделями, пили кофе и какао в маленькой уютной таверне. Не удержавшись, мы купили большой пакет малюсеньких крендельков, и совсем не культурно, передавая друг другу, ели прямо из него, прогуливаясь по дороге в гостиницу. Оказалось, это и не гостиница вовсе, Тандан снял второй этаж в уютном домике местного жителя, недалеко от того места, где стоял замок.

Замок с химерами был овеян страшными историями о приведениях. Когда-то, там даже основали монастырь, но священники не смогли выдержать и года. Каждый вечер по замку разносились пугающие звуки – вой, шорохи, которые буквально парализовывали страхом. Наиболее решительные священнослужители угрожали разнести проклятый замок по кирпичику, уничтожив таким образом и привидения, и их ужасные голоса. Но закон о сохранении и неприкосновенности всех строений эпохи ушедших не дал им этого сделать. И они вынуждены были оставить замок. С тех пор он и стоит заброшенный на краю леса в паре десятков миль от Ломара.

Решив не тратить время, мы все дружно умылись с дороги, переоделись в удобную одежду и отправились навстречу новым приключениям. Дорога была интересной, мы любовались бескрайними полями, которые напоминали волнующееся сочно-зелёное море, маленькими домиками с круглыми окошками, вдыхали звенящий тишиной чистый воздух и вслушивались в переливчатое журчание быстрых и юрких ручьёв. Нанятый кэб домчал нас до места за двадцать минут.

Он показался сразу и неожиданно. Угрюмый, тёмно-серый, местами даже черный, огромный великан на фоне ярко-зелёного леса. Леона, как обычно, замерла. С холма нам открывался прекрасный вид на старый замок. Его украшали остроконечные шпили и зубчатые стены, и везде, куда ни кинь взгляд, статуи всевозможных чудовищ. Они охраняют главный вход, смотрят с каждого балкона и следят у каждого окна. Как стражи, грозные и безмолвные.

– Я насчитал тридцать две, с какой начнём? – спросил Тандан.

– Начнём сначала…

Через три часа уставшие, грязные, как самые последние трубочисты, мы сидели на скамеечке во внутреннем дворике. Ничего. Совсем. Все фигуры осмотрели. Все с глазами.

– Может, это не то место? – спросила я, делая пас рукой, приводя нашу одежду в порядок.

– Может… только я не припомню ещё одного такого места…

– Миледи! Тут ещё одна, – раздался из глубины заброшенного садика голос Леоны.

Пробравшись в густые заросли, мы увидели огромную страшную фигуру из метала. Существо с головой льва, туловищем козы, змеиным хвостом и с жалом скорпиона на конце. Из львиной пасти торчал тонкий змеиный язык.

– Странно, все фигуры до этого были каменные, а эта железная… – нахмурился Тандан.

– Но именно у неё нет глаза, – подметила я.

Тандан со словами: «Ну, кажется, нашли», полез к голове химеры.

Глава 16.

Стоило ему только вставить шар в глазницу, как внутри железного монстра что-то щёлкнуло, и из его пасти вырвалась струя пламени. Как же хорошо, что буквально за мгновение, мы с Леоной отошли, рассматривая рельефный и мускулистый бок чудища. Тандан ругнулся сквозь зубы, а мы вскрикнули от неожиданности. На этом метаморфозы не прекратились, с глухим скрежетом монстр начал подниматься на задние лапы, и за его спиной распахнулись крылья. Они были невероятны! Они горели в лучах солнца ярко-синим пламенем! Невероятное оперение восхищало. Это было настоящее произведение искусства.

– Хм… зачарованный метал… – спрыгнув с монстра, сказал Тандан. – Очень интересно…

– Его секрет унесли с собой ушедшие, есть несколько старых записей, там говориться, что он и вовсе был принесён из другого мира…

Мы с интересом разглядывали преобразившегося монстра. Стоящий на задних лапах, он казался ещё более страшным, как будто собирался наброситься, или прыгнуть… прыгнуть… а куда прыгнуть? Оглядевшись по сторонам, пытаясь проследить траекторию прыжка, взгляд зацепился за почти незаметную в зарослях арку. Стоило шагнуть в арку, как дикий холод сковал изнутри. Он не пускал, не давал идти дальше, и только когда горячая рука Тандана прикоснулась к плечу, я смогла выдохнуть.

– Сандра, ты чего?

– Не знаю, как только я шагнула, тут же застыла, даже дышать не могла, а ты прикоснулся, и всё прошло.

– Магия? Магия ушедших?

– Может быть… А где мы?

– Во внутреннем дворе старого замка…

– Нет, смотри… – указала я на открывшийся перед нами вид.

Вокруг, куда не кинь взор, простирался город – старый, древний, забытый, покинутый город. Мертвый город… Только ветер с тихим шорохом гонял опавшую золотистую листву.

Это был очень странный город, он как будто выцвел, потерял все краски, поблёк от времени и одиночества. Он грустил, тосковал, и ждал… ждал и умирал… и уже не надеялся…

Мы шли без особой цели, просто шли мимо прекрасных зданий, фонтанов, гуляли по лабиринтам улиц, паркам, скверам, горбатым мостам, заходили в дома… Мы искали… Пятый день… Шел пятый день нашего пребывания в этом странном городе. День сменялся ночью, а выхода не было, та арка, через которую мы прошли сюда исчезла. Но даже не это было самым страшным. Нам не хотелось пить, есть, или спать, мы не уставали, но стоило только Дану отпустить мою руку, как я замирала статуей. Живой статуей. Вот это, действительно, очень страшно. Так и бродили мы целыми днями по городу, взявшись за руки. Я очень переживала за Леону, ребёнок остался совершенно один, далеко от дома, но Дан меня успокоил.

– Она умная девочка, сможет дозвониться до Сэма или Тины. Не переживай, мы выберемся отсюда, и всё будет в порядке. Слышишь? Всё будет в порядке.

Сначала мы пытались искать выход, потом, начали исследовать город, методично, от здания к зданию. Ничего. И вот сегодня я предложила просто идти. Идти куда глаза глядят. Город был чист, ни одной пылинки или соринки, не считая опавшей листвы. В домах, где мы пережидали ночи, были уютные спальни, великолепные гостиные, залы, кухни, кабинеты, убранство, мебель, а магические светильники загорались, стоило только подойти к той или иной комнате. Всё было очень чистым, посуда, камины, полки, даже простыни были свежими, но всё это было каким-то неживым. Не было милых безделушек, картин, цветов, всего того, что придаёт уют и говорит о том, что тут есть жизнь. Каждую ночь мы останавливались в разных домах, не похожих друг на друга ничем. Планировка,