Между строк - Ирина Фуллер

— Хорошо, тогда сейчас…

— Сейчас продолжай заниматься обычными делами, — велел Илья и, забрав с собой свой кофе, сел за письменный стол. — Как только придет время, я сообщу. Это может случиться в любой момент.

Вот так погрузили ее в увлекательнейшее дело — и вытурили. Сообщит он… она могла бы быть полезна уже сейчас. Но, конечно, не стоило раздражать Илью лишними требованиями и плохим поведением. Передумает еще.

Тем более, у нее у самой было дельце: найти Валеру и выкрутить ему ухо. Констанция не смогла бы нанести серьезных увечий, но все же причинить хотя бы какую-то боль хотела. Вопрос был лишь в том, стоило ли сделать это на глазах у других или тайно, чтобы избежать неприятностей?

— Минулов временно отстранен от работы, он не в Библиотеке, — заметил вдруг Илья, отчего Констанция вздрогнула.

Разве она сказала о Валере хоть слово вслух?

Артур засмеялся, а затем пояснил:

— У вас было такое злодейское лицо. Нетрудно было догадаться, о чем вы думали.

Зазвонил сотовый Констанции. Это была Мила, не дождавшись ответа, она скинула, но тут же прислала сообщение: «ты где???»

— Ладно, — кивнула Констанция, вставая, — мне еще ловец надо сдать.

Она вышла в коридор и, прикрыв за собой дверь, внимательно посмотрела на секретаря. Та подняла голову, и во взгляде выразительных глаз мелькнуло злорадство.

Лена окинула Констанцию взглядом с ног до головы, а затем, так ничего и не сказав, ехидно улыбнулась.

Как ни странно, именно ее реакция на видео волновала мало. Ни желчная радость Леночки, ни ее ехидство не трогали Констанцию. Она больше переживала об остальных книжниках. И даже не о ком-то в частности, а о таком общем коллективном разуме.

— Что такое? — участливо спросила Констанция у Лены. — Что тебя так обрадовало? Соскучилась по мне? Неужели я пробыла у Ильи так долго?

Не успела та ответить, как раздался звук открывающейся двери: кто-то из холла вошел в коридор.

Обе, и Констанция, и Лена, уставились на темно-красный ковер, ожидая появления посетителя. Им оказался Нелидов. В своем бесформенном костюме, лысоватый, обрюзгший, с блестящими от пота щеками, он выглядел совершенно нелепо, и оттого особенно неприятен и смешон был сальный взгляд, которым он окинул две женские фигуры.

— А, Непейвода, — выдохнул он очень довольно, его влажные губы расползлись в гадкой улыбке. — Наша кинозвезда.

Констанция чуть подняла подбородок, готовая ответить, но он уже повернулся к секретарю, и глядя прямо в вырез белоснежной блузки, спросил:

— Леночка, Илья Петрович у себя?

— Да, но не знаю, готов ли он будет сейчас принять. Он та-ак до-олго утешал Констанцию… будут ли у него силы на разговоры?

Вот дура.

Нелидов с удовольствием поддержал ее многозначительный тон, уточнив у Констанции:

— Ну-ка, Пейводка, не слишком вы утомили нашего Илью Петровича?

Она считала себя интеллектуально одаренной и остроумной, но перед лицом глупости и неприкрытой, откровенной вульгарности, часто оказывалась безоружна. В этот момент она посочувствовала Чацкому, окруженному идиотами. Вместо того, чтобы ощущать собственное превосходство, начинаешь чувствовать себя таким же непроходимо тупым.

Уже потом, когда Нелидов, мерзко хихикая, скрылся в кабинете Ильи, она подумала: «как же ты ему завидуешь, мелкая душонка, унижаешь женщину и придумываешь прозвища как десятилетка, а в душе бесишься, понимая, насколько ты хуже Ильи во всем, и даже эта дура Ленка тебе бы не дала».

— Зря ты вкладываешь ему в голову дурные мысли, — бросила Констанция. — Он тебя же первую тут и нагнет над этим самым столом, потому что решит «раз Илье на работе можно, значит и мне тоже».

— О себе лучше позаботься, — фыркнула Лена и уткнулась в экран компьютера.

— А я о себе и забочусь. Я не хочу, чтобы этот тип пялил на меня свои блестящие глаза.

Лена поглядела на нее из-под опущенных ресниц:

— Поздновато спохватилась, звезда ты наша. Надо было думать до того, как позировала в кустах как последняя…

— Констанция! Вот ты где! — это была Мила, она ворвалась в коридор свежим бризом, мятным ветром, белокрылой чайкой.

Спасла Лену. Молодец.

Уже через пару минут вдвоем они спрятались в полупустом помещении на третьем этаже. Сидя на пыльных столах, обменивались мыслями о видео.

— Ты понимаешь, я в чат не заходила весь день, у меня охота сложная была, — делилась Мила.

Ее почти белое каре было непривычно взлохмаченным, будто она неслась к Констанции с другого края города.

— Что это за чат вообще? — уточнила Констанция, которую этот вопрос волновал уже некоторое время.

Оказалось, все коллеги петербургского департамента в нем состояли, и Мила удивилась, что Констанцию туда не добавили.

— А-а… я поняла. Там еще все всё время общаются? Да, я вышла из него. Мне надоели постоянные уведомления. Решила, что если будет что-то важное, я об этом узнаю…

Что ж, так и вышло.

— Когда я зашла, — продолжила рассказ Мила, — там уже ничего не было, но мне Арина написала… Прислала… Но она сказала, что никто не знает, кто его выложил, потому что пришло с неизвестного аккаунта. Ты не знаешь, кто это сделал?

— Валера.

Мила возмущенно взвизгнула. Констанция в красках рассказала, что произошло на той охоте, и добавила, что Илья временно отстранил Валеру от работы.

— Я подумала, что это был монтаж! — выдохнула Мила. — Хотя первое впечатление, конечно — что это на самом деле. А потом смотрю — ну, не похоже на тебя, там какая-то сутулая, худая совсем. А тут — вон что! Персонаж…

Констанция вздохнула. Закусила губу. Глядя на Милу, на ее озабоченное лицо, она почувствовала, что может, наконец, дать волю чувствам.

— Э-эй, ты чего, не надо из-за этого дурака слезы лить, — тут же торопливо заговорила Мила и обняла Констанцию за плечи. — Все это не стоит твоих переживаний. То есть… я понимаю, что это ужасно мерзко, неприятно и больно. Но…

Она не знала, что сказать и как утешить, но в этом как будто и не было необходимости.

— Ладно, у меня есть идея, — заявила Мила, дав Констанции пару минут, чтобы пожалеть себя. — Я знаю идеальный способ распространить по Библиотеке нужную информацию.

— Ну, и кому ты дорогу перешла, Непейводичка? — поинтересовалась Нинель Владленовна хриплым