Кровопийца - Анна Денира

нервно ответил профессор, подходя ближе. Пока в задних рядах занимались звонком, Марвин положил мне на плечо руку. Я обернулась и увидела, как сильно Джанет сжимает ручку чемодана. Её колени тряслись, и даже Брис так сильно кусал губы, что нижняя попросту лопнула, показав полоску крови.

Я понимала, что хочет предложить Марвин, понимала, что Арчи и Джанет поддержат его, понимала, что Элиза не отстала. Понимала, но…

– Мы не можем уйти сами, – тихо и даже умоляюще шепнула я, чтобы никто другой ничего не услышал.

– Предлагаешь стоять здесь?

– Нужно как-то уговорить их идти дальше…не ждать…

– Трис, половина из них и части правды не знает. Я тут сдыхать не хочу. Не смотри так на меня…Эй…Ладно, я кое-что придумал. Но, кто со мной не согласится, того убеждать не буду, – почти рявкнул Марвин, но я согласно кивнула. Всё лучше, чем эгоистично бежать впятером…– Профессор! Время идет, мы так можем не успеть.

– И что теперь? – огрызнулся мужчина. – У нас тут оказывается ещё одна пропажа. Видимо, Элиза и Стэн где-то застряли. Телефон не берут, черт бы их побрал…

– Давайте так, – в голосе Марвина я услышала дрожь, которую он быстро поборол, – часть всё же отправится на вокзал, чтобы в случае чего попытаться задержать поезд, если вы опоздаете. Отсюда не так много людей уезжает на поезде, поэтому это вполне возможно. Не идти же нам целой толпой на поиски этих двоих?

Профессор странно выпятил вперед нижнюю челюсть, и мне показалось, что сейчас он вот-вот возразит вполне разумному заключению Марвина, однако Бенджамин вдруг кивнул.

– Да, это верное решение. Разделитесь по семь человек, раз вас теперь четырнадцать.

К нашей стоящей поодаль группе быстро примкнули Лаура и другая незнакомая мне девушка. Один из психологов, посовещавшись с другими, также подошел ближе.

Всего восемь? С этим немым вопросом я посмотрела на Марвина. Тот и сам выглядел обеспокоенно, явно ожидая увести отсюда как можно больше людей. Я попыталась было обратиться к профессору, но тот грубо отмахнулся от меня, направившись в другую сторону. И всё же я догнала его.

– Простите, что говорю подобное, но нам ВСЕМ нужно немедленно идти к вокзалу!

– Знаешь, Беатрис, если бы ты была в числе отставших, ты бы навряд ли позволила себе подобную грубость.

– Профессор, но ведь они…

– Довольно! – закричал он, и я даже сделала шаг назад. – И так проблем достаточно! Сказали иди, значит, иди!

Джанет взяла меня за руку. Мы быстро пошли к вокзалу.

Обернувшись, я в страхе посмотрела на других ребят, что уже выкрикивали имена «отставших». Смогут ли они спасти себя? Сможем ли мы спасти себя…

 

Я не могла позволить себе такой роскоши, как осматривание очередного готического здания с большими круглыми часами, на которые я бросила мимолетный взгляд, чтобы убедиться в том, что мы не опаздываем. Едва ступени, ведущие в зал ожидания с кассами, закончились, как на наши ноги обрушилась усталость, и мы обессилено рухнули на лавки, жадно глотая воду из пластмассовых бутылок. До конца квеста дома ужасов оставалось двадцать минут…

– Нам нужно в уборную, – смущенно произнесла подруга Лауры. Психолог согласно кивнула и уже было отложила сумку в сторону, как Арчибальд вскочил на ноги, преграждая собой им дорогу.

– Нет.

– Что ты такое говоришь, – опешила Лаура, даже раскрасневшись от возмущения, – почему мы не можем сходить в туалет?

– Сходите в поезде!

– Нам нужно сейчас!

– Вы в туалете подохнуть хотите? Вас под плиткой хоронить или в унитаз по частям смыть?

Все трое лишь приоткрыли рты, замерев с гневными взглядами. От подобной резкости опешила даже я.

– Арчибальд, ты угрожаешь нам?

– Ещё чего не хватало. Нам нельзя расходиться! Вы думаете, почему мы так быстро убегали…Считайте, что тут бродит убийца.

– Послушай, Арчи, мы все сейчас слишком возбуждены, – начала психолог, явно войдя в роль, – вот, смотри. Толпы девушек идут в уборную и выходят оттуда целыми и невредимыми. Мы зайдем с ними. Там много людей. Никто не сможет на нас там напасть.

С этими словами женщина взяла обеих девушек за руки, уводя их в стороны. Арчи со злости пнул свою же сумку.

На большом электронном экране, что так не вязался со старинным стилем здания, появилось объявление о посадке на наш поезд. Бросив быстрый взгляд на вещи ушедших девушек, Марвин поднялся с места и направился в сторону больших дверей, за которыми, очевидно, находился перрон. Брис последовал за ним, однако, я, Джанет и Арчи синхронно и намеренно медлили. Мы надеялись. Мы хотели верить. И, когда со стороны входа показалась Моника и ещё трое ребят, из нас вырвался облегченный выдох. Они идут, всё будет хорошо.

– Нашли? – тут же спросил Арчи у одного паренька, что был весь в грязи.

– Мы нет. Мы затем разделились вот, четверками, и наша группа свалилась в яму. Мы решили, что с нас хватит и пошли сюда.

– А остальные?

– Не знаю. Мы им смс написали, что ушли. Это проблемы Элизы и Стэна, не наши. Я из-за них не хочу пропустить поезд.

Никогда прежде я так не радовалась чужому эгоизму. В таком случае есть надежда, что и с остальными всё в порядке. Я посмотрела на Монику. Она сглотнула и отвела взгляд.

– Эм, Моника, прости, что прошу, – неуверенно начала Джанет, – но не могла бы ты заглянуть в уборную? Туда ушли наши…подруги минут пятнадцать назад и что-то не возвращаются.

– Ладно, – неожиданно покорно согласилась она, тут же исчезнув в толпе. Мы одновременно круто развернулись и под удивленные взгляды новоприбывших пошли в сторону перрона.

Большая деревянная дверь.

Черный гудящий поезд.

Доедающие на перроне брошенный хлеб птицы.

Я в волнении смотрела на красные занавески за прямоугольными окнами, в которых видела рассаживающихся пассажиров. Скоро там будем и мы. Мне хочется растолкать всех столпившихся здесь людей и пролезть первой, но я терпеливо жду. Жду, чтобы через пять минут исчезнуть из этой страны навсегда. Жду, воображая, как задерну эти красные занавески, как прикрою глаза, облегченно выдохну и услышу звук стучащих колес, что будет приятней самой любимой музыки.

Телефон завибрировал. Потянувшись за ним в карман, я поняла, что мои пальцы дрожат. Будто бы то имя, что я увижу на экране, станет решающей моё будущее деталью. Помедлив, я