Проповедник - Мила-Ха

Задыхаясь и в ужасе, я пытаюсь скрыть своё смятение, хотя уверена, что оно не ускользает от него. Мои мышцы работают против меня и подчёркивают мой страх, но также под всеми этими эмоциями скрывается вожделение.

Непредсказуемый, неконтролируемый порыв.

— Ты дрожишь, — констатирует он. — Как так? — подозрительно спрашивает он, продлевая свою божественную пытку.

— Мне холодно, — задыхаюсь я, как дурочка, хотя атмосфера тяжёлая и удушающая.

Он издаёт недовольный звук в ответ на мою смехотворную отговорку.

— Хватит мне лгать, — упрекает он меня мрачным тоном, в то время как его пальцы прекращают меня мучить и находят изгиб моей челюсти.

Его ладонь обхватывает моё горло с собственническим жестом, вызывая смесь горечи и вожделения. В обычное время у меня, вероятно, была бы инстинктивная реакция. Вместо этого я ощущаю его прикосновение расплывчато, что порочно смущает меня в самых глубинах.

— Да, — дразнит он, наклоняясь и медленно приближая своё лицо к моему. — Ты напугана. Я это чувствую, — обнюхивает он меня.

Мы всего в нескольких сантиметрах друг от друга, и моя кожа всё ещё жаждет более тесного сближения. Напряжение ощутимо — напряжение двух тел, которые жаждут смешаться, прикоснуться, слиться.

Это восхитительно чувственно и восхитительно жарко.

Мои импульсы захлёстывают меня.

***

Фентон

Она не притворяется: она в ужасе. Из-за чего? От того, что промокла? От того, что подглядывала за мной? Или она просто невинна? Или просто отличная лгунья?

Эта хитрая сучка насмехается над тобой.

Мой внутренний монстр жаждет наказать её за это. Вид возбуждает. Эта перспектива, её тяжёлые веки и дьявольский вид заставляют мою мужественность болезненно пульсировать. Мои чувства насыщены опиумом и теплом её кожи. В отключке, я размазываю её влагу по её челюсти. Её киска сочилась соком. Её губы дрожат о мои, пока она глубоко вдыхает её сладко-горький запах, кажется, наслаждаясь моментом не меньше меня. Под покровом ночи, в тени, мы не скрываем ничего от нашей развратности. Она хочет мой член. И — чёрт возьми! — я хочу вогнать его изо всех сил, трахнуть как можно жёстче.

До этого дойдём достаточно быстро.

При этой мысли моя рука вокруг её талии сжимает хватку, и мои костяшки сминают тощую кость на её бедре.

— Потанцуй со мной, Мэри.

Её веки моргают от изумления.

— Что... Здесь?

— Предпочитаешь присоединиться к девчонкам? — предлагаю я, зарываясь носом в ложбинку её шеи.

Они отпустили тормоза, трутся друг о друга, толпа сливаясь в одно целое. Безразличный, в данный момент я жажду создать связь с Мэри.

— Нет! Нет! Э-э... здесь очень хорошо, — бормочет она, полная решимости остаться в стороне от массы.

Взяв её за бока, моя промежность прижимается к её ягодицам. Моё тело следует ритму "From Dusk Till Dawn". Она начинает извиваться и лениво вращать бёдрами, подчёркивая изгибы своего тела. М-м... вот так. Её движения поднимают температуру. Лёгкая ткань, которую она носит, обрисовывает её силуэт в слабом мерцающем свете пламени, освещающем луг. Она пробуждает мои низменные инстинкты. Подгоняемый неистовым желанием, я обнажаю одно её плечо резким движением, обнажая её шею и верх спины. Лёгкий вздох вырывается у неё. Я намеренно прерываю своё действие. Она содрогается. Следующей секундой я пожираю её шею, пока мы медленно и сладострастно покачиваемся. Интимный ритм наших умов и тел, идеально синхронизированных. Мой язык и укусы смакуют её, а мои руки жадно исследуют её формы: её стройную талию, её красивые круглые груди и её суперсексуальную задницу. Плавным жестом она поднимает руку, чтобы вцепиться в мои волосы. Каждая частичка её движется чувственно.

— Ты пытаешься вывести меня из себя?

— Получается? — шепчет мне эта бесстыдница, усиливая свои колебания.

Очень красноречивая выпуклость натягивает переднюю часть моих джинсов. Её глаза ласкают меня, в то время как её задница движется в тактичном, чувственном приглашении. Я не ожидал, что она перевернёт ситуацию в свою пользу. Теперь она ведёт танец, и её очевидное наслаждение возбуждает меня ещё больше.

— Ты околдовываешь меня, — шепчу я ей опасно низким тоном. — Ты даже не представляешь как.

Она вздрагивает, затем, не отрывая от меня взгляда, медленно поворачивается на цыпочках и прижимает свою грудь к моей груди. Провокационно, она флиртует с моими губами.

— Покажи мне, до какой степени, — бросает она мне вызов, захватывая мой рот.

Застигнутый врасплох, гортанный звук вырывается из моих голосовых связок. Её опытный язык лениво исследует меня, в то время как её пальцы царапают мой череп и цепляются за мои волосы. Грубо ухватившись за её ягодицы, незнакомые ощущения захлёстывают меня, бурлят, изливаются и сжигают меня.

Она пытается обмануть тебя. Так нельзя продолжать. Останови это!

Зверь во мне облизывается и рычит, не любя случайные эффекты, которые она вызывает во мне. И всё же я ничего не делаю, чтобы это прекратилось. Напротив, я яростно целую её, вдыхая её сладкий, женственный запах, отныне выжженный в моей памяти. Если бы я был честен, то признался бы, что глубоко взволнован. Она испускает тихий стон, обмякнув против меня. Смелее, чем когда-либо, она просовывает одну руку вдоль моего торса, затем скользит ею по внушительной эрекции, раздувающей мои джинсы.

— Фентон, — задыхается она, зачарованная.

Слышать, как она произносит моё имя таким образом, — это как царапина на моих внутренностях. Мне следует остановить эту игру соблазнения, лучше контролировать свои порывы, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля. Я думал, она остановит меня задолго до этой критической точки. Но нет. Чёртова матерь божья! Я желаю обладать ею с такой силой, что это сводит с ума.

— Чувствуешь, как ты заводишь меня, Мэри? — упрекаю я её, хватая её запястье, чтобы она усилила давление. — Это то, чего ты хочешь?

— О да...

Слова вырываются у неё, прежде чем она успевает обдумать последствия. Я проверяю её слова, проникая под её платье, затем до её маленькой киски, и заставляю её выгнуться под моей хваткой. Грубая жажда пронизывает её лицо. Она кусает губу до крови, в то время как её клитор набухает под моими пальцами, которые издеваются над ним. Музыка продолжает литься, и девчонки, поглощённые своими оргазмами, стонут всё громче. Тем временем другой рукой я исследую живот Мэриссы и направляюсь к началу её груди, которую щиплю. Её соски твердеют. Опьянённый, я горю желанием залить её своей спермой.

Пора, окрести её, — шепчет мне зверь.

Я касаюсь и раздвигаю её нежные складки, затем ввожу в неё палец, одновременно надавливая большим пальцем на её бугорок. Она необыкновенна, тёплая и скользкая внутри. Её интимные стенки так сильно сжимаются вокруг моего