Измена. Обманчивое превосходство - Дина Павлова

– Да, Аркаша, – слышу недовольный голос. Ни «здравствуй», ни «привет». Будто мы посторонние друг другу люди.

– Папа, говорить можешь?

– Недолго, – но я-то знаю, что может. Мой отец любит делать вид, что страшно занят, если ему не нравится собеседник или предмет разговора, – Если ты о наследстве, то я ничего менять не собираюсь. Ты получил все, чтобы в дальнейшем жить достойно.

– Я сейчас не про материальное, – отвечаю с видом оскорбленной невинности. Хотя тема с наследством бесит, что аж зубы скрипят. Это же надо быть таким равнодушным человеком? Равнодушным к единственному сыну. Вот если инсульт его разобьет, посмотрю как отец будет ползать и просить меня организовать хороший уход. А я подумаю еще. Вообще запру его с двумя сиделками в квартире, и буду переводить деньги.

– Даже так. И что же нематериальное могло тебя так озаботить, что ты решил мне позвонить? – в тоне издевка. Ну-ну.

– Ты свою жену возвращать обратно как, не собираешься?

– Жену свою? – в трубке раздается хохот, – А ты что, не хочешь жить с мамой? Она же сейчас у тебя, да?

– Представь да! И живет со мной и Лерой. И если ты ее не заберешь обратно, то моя личная жизнь отправится ко всем чертям!

Тут я не вру. Помимо того что мать и Лера не могут каждое утро поделить ванную и туалет, предметом спора становится еще и кухня. И что самое прекрасное, что как только одна идет готовить, туда же несется и вторая! И начинается спор! Вопли, крики! Я уже боюсь что либо Лерка выкинет раньше срока, либо мать крякнет.

– Так она ради тебя старается, – и такое искреннее удивление в голосе. Чересчур искреннее.

– А можно не надо? Я не просил за меня стараться!

– Так и сообщи это матери. Мне-то ты что звонишь?

– Потому что с матерью я разговаривал! – как же отец сейчас меня бесит! Делает вид будто бы не понимает причем тут он! – И моя мать ждет, что ты ее позовешь обратно! Что ты извинишься, и тогда она переедет!

– Да вы сказочники…

– Папа! Забери ее! Это твоя жена! И я не могу с ней жить, она меня задолбала! – я уже перехожу на крик. Но отец ржет в голос.

– А я с ней развожусь. Ты же с Маргошей развелся, а чем я хуже?

– Тем что это моя мама! И ты не имеешь права с ней разводиться! Это твой крест!

– Э нет, – ухмыляется в трубку, – я кресты носить не собираюсь. В жизни здорового мужчины может быть сколько угодно женщин. А вот мама… Мама она одна. Так что, сынок, решай свои проблемы сам.

Я аж захлебываюсь от возмущения. И тут же, следом, мне приходит в голову очевидная мысль:

– Погоди… Ты сейчас про женщин говорить начал… У тебя что, любовница появилась?

– Ну зачем так грубо? Это не любовница. Это милая женщина, с которой нас связывают романтические отношения. Она давно мне нравилась. Но так как она очень скромная, приличная, я не хотел втягивать ее в грязную историю, – пока отец это говорит, мне приходит в голову, что про «грязную историю» – это намек на мои отношения с Лерой. Что я с ней встречался за спиной Риты. А вот отец… Отец приличный. Ага.

– Ты… Ты сейчас серьезно? То есть тебе хватило недели размолвки с мамой, и ты уже закрутил роман с какой-то женщиной? Тебе должно быть стыдно! – я изо всех сил стараюсь воззвать к совести… Но куда там!

– Почему? Мать сама от меня отказалась!

– Это была попытка манипуляции! Она не всерьез! – я готов разрыдаться. Черт побери! Так мне что, до конца жизни с Лерой и матерью жить в одной квартире?

– Я в таких тонкостях не разбираюсь…

– Допустим. И кто же она? Кто эта женщина?! Я ее знаю? Это Рита?! – внезапно меня осеняет догадка. От меня избавился, от собственной жены избавился, вот же старый кобель, и помчал развлекаться с собственной невесткой. От внезапной догадки я даже забываю зачем звонил. – Так вот почему ты так себя ведешь! А я-то дурак думал, чего это ты к ней такой ласковый и Темку себе в приемники наметил, ты вот как оказывается, у меня под носом, мою жену… У матери на глазах…

– Ты совсем дурак? Нет, – голос отца становится совсем мягким, словно он разговаривает с умственно отсталым. – Это моя знакомая… Она мой парикмахер. Очень достойная женщина пятидесяти лет. Красивая, к сожалению у нее нет детей, но это ничего. Будем жить друг для друга.

Я кидаю трубку. Парикмахер, мать его! А что не уборщица? Голова трещит. Вот это отец учудил, вот это номер!

Глава 43. Рита

Всю следующую неделю мы с Виталиком видимся каждый вечер: ходим в рестораны, на выставки и… Много общаемся. Он постепенно раскрывается как человек, и я понимаю, что мне он нравится все больше. Я влюбилась.

В один из вечеров, сидя в ресторане, сбоку от меня, он впервые не просто берет меня за руку… Он тянет меня к себе и я, едва дыша, подставляю свои губы…

Вечер заканчивается у него дома. Мы до глубокой ночи познаем и упиваемся друг другом, пока я наконец не вспоминаю, что дома меня ждет Танечка. Хоть я и предупредила, что буду поздно, но совсем не вернуться я не могу. Вряд ли она спит, скорее играет и ждет, когда я нагуляюсь. Я никогда не ночевала вне дома, кроме пары-тройки случаев, когда в больнице происходило ЧП, но в таком случае я всегда объясняла что и как. И мое отсутствие без уважительной причины может напугать ее и зародить неприятные подозрения.

Виталик отвозит меня домой около трех ночи. Пока мы подъезжаем, я смотрю на окна: дома горит свет во всех комнатах. Нежно поцеловавшись и договорившись о следующей встрече, я поднимаюсь в квартиру.

С порога я слышу как Таня громко разговаривает, понятно, что она действительно до сих пор играет, хотя завтра в школу. Поднять будет невозможно. Идти ругаться и объяснять что уже три ночи – это спалить, что и я сама задержалась. Придется просто сказать чтоб закруглялась. Чтоб не терять и ее и свое время на выяснения кто виноват в том, что спать осталось всего четыре часа.

– Танюша, хватит играть, давай-ка на боковую, завтра в школу. – она растрепанная сидит в одеялах, с телефоном в руках, и