Сдайся мне - Анастасия Сова

— Значит, больше ни шагу без охраны! Значит, кто-то из моих ребят будет стоять прямо в кабинете! Каждый, сука, день!

Смотрю на разъяренного мужчину и все пытаюсь понять. Силюсь, но не понимаю:

— Марат, тебе не кажется, что ради обычной временной подстилки ты слишком много напрягаешься? — поджимаю губы, готовясь услышать его ответ.

Характер наших отношений ведь хорошо известен, и я не жду чуда. Пусть отвечает, как есть. Я готова.

— А тебе не кажется, что все это, — он прокручивает в воздухе пальцем, — уже вышло за пределы товарно-денежных отношений?

— О чем ты… — не успеваю продолжить свой вопрос, потому что Марат нагло прижимает меня к себе за талию. Его губы впиваются в мои, лишая возможности не только говорить, но и в принципе сопротивляться.

Я почему-то отдаюсь этому поцелую, принимая его как нечто правильное. Естественное. То, что происходит между нами именно так, как должно быть.

Мужские руки все крепче стискивают меня, а поцелуй становится невообразимо горячим. Возбуждающим.

Я впервые позволяю себе прочувствовать все без страха. Устала сражаться. Бороться с собой и с тем, чего действительно хочу.

И сейчас я таю в руках мужчины, позволяю терзать мои губы, ласкать их и посасывать без ограничений.

Марат набрасывается на меня точно голодный. Одичавший без женской ласки самец. Я понимаю, что еще немного, и мы не устоим, а я не могу себе позволить делать это при Ване.

— Марат, — спешу сказать об этом, ловя передышку от его напора. — Марат, постой!

Мужчина нехотя отстраняется.

— Ваня за стенкой, — качаю головой. — Нужно хотя бы дождаться вечера.

Закусываю нижнюю губу. Смотрю на Марата с какой-то новой стороны. После его слов, о том, что все давно потеряло границы, я позволяю себе поверить в чудо.

— Ты ведь не убил Сережу? — спрашиваю зачем-то, руша волшебство момента.

— Нет. Нормально все с твоим Сережей, — выплевывает он недовольно. — Завтра подпишет все бумаги. Мальчишка будет твоим.

— Спасибо… — не могу поверить. Чувствую ощутимое внутреннее облегчение. — Спасибо тебе, Марат.

И я говорю это искренне, потому что… потому что теперь моя жизнь навсегда изменится. И я уверена, что в лучшую сторону.

Глава 50

Маша

Остаток для мы проводим, как семья. Марат занимается делами, я готовлю ужин, а Ваня пытается совладать с велосипедом в широком коридоре.

У него даже начинает получаться, а после к мальчишке и вовсе присоединяется хозяин квартиры. С видом знатока он объясняет, куда поставить ногу, как оттолкнуться и прочие премудрости катания на велосипеде.

Мне с трудом удается узнать в этом человеке Марата, но, похоже, он мастер перевоплощения. Или мне все же стоит поверить в то, что этот человек имеет положительные стороны, и у нас вполне может стать по-настоящему.

После мы садимся за стол, накрытый мной.

Марат будто находится в глубокой задумчивости, Ванюша делится впечатлениями о велике и уверяет нас всех, что завтра он точно поедет как профессионал, только бы на улицу выйти.

А ночью… ночью я отдаюсь Марату полностью. Больше нет смысла сопротивляться. Да и кого я обманываю?! Близость с ним — лучшее, что у меня было. Стыдно признаться, что до встречи с ним я толком и не знала, что такое оргазм.

— Мне из дома нужно забрать кое-какие вещи, — сообщаю я, отдышавшись после очередного захода взбушевавшейся страсти. Не знаю, почему именно сейчас это приходит в голову. — Просто, не смогу же я ходить теперь все время в одной юбке и блузке. А еще мне нужно сменное белье. Да и Ваня сегодня запачкал единственную. Пришлось постирать, но на замену все равно нужно что-то другое.

Марат почему-то молчит, потому я продолжаю:

— Если не хочешь, чтобы я туда ехала, можешь попросить кого-то. У меня не так много вещей, все в один шкаф помещается, я объясню.

— Нет, — отрезает мужчина.

— Нет?! — не совсем понимаю.

— Завтра после работы я отвезу вас в магазин. Купим все новое.

— Марат, не стоит… — хочу возразить, но он и слушать не хочет, перебивает:

— Не спорь. Лучше составь список необходимого, чтобы долго не возиться.

— Ладно, хорошо, — решаю последовать его просьбе. Вступать в полемику нет никакого желания. Да и Марат не из тех, кто отступит от своей убежденности. Знаю. Плавала.

На следующее утро мы с Ваней собираемся в школу, а хозяин квартиры еще спит.

Вопрос с Ванюшей тоже нужно решать. Не могу постоянно таскать его на работу. Начальство в курсе нашей болезни, но все же это неправильно. А если проверка какая? Но пока возможности оставить ребенка дома у меня нет, приходится снова тащить с собой.

А малыш и рад. В первый же день он подружился с ребятами из моего класса и, кажется, сейчас кушает так быстро только ради того, чтобы быстрее вновь с ними встретиться.

К школе нас привозит водитель. На этот раз мужчина провожает нас, опасаясь повторения вчерашней ситуации.

Но не успеваем мы сделать и несколько шагов, как припаркованная рядом машина сигналит, привлекая наше внимание.

Останавливаюсь зачем-то, замечаю, как из нее выходит знакомый мужчина — отец Марата. Уже понимаю, что ничего хорошего не будет, но, по крайней мере, за спиной довольно крупный водитель, который, по идее, должен за меня постоять.

— Малой, привет! — к Ване тянет пятерню Харитонов.

— Саш, здравствуй, — обращаюсь к нему я. — Забери, пожалуйста, Ваню в школу, я сейчас.

— Хорошо, Мария Сергеевна. Малой, за мной!

Ребенок довольный хватает за руку старшеклассника и чуть ли не вприпрыжку направляется с ним к воротам школы.

— Что вам нужно? — спрашиваю у отца Марата даже без приветствия.

— Я дал четко это понять еще в первую встречу.

— В первую встречу вы на меня напали, — напоминаю я.

— Тимур Константинович, — довольно дружелюбно, но с нажимом обращается к мужчине мой провожатый. — Марат Тимурович будет недоволен.

— Все в порядке, — зачем-то отвечаю я. — Мы ведь просто поговорим, верно?

— Верно, — соглашается старик. — Но характер этого разговора будет зависеть от тебя.

Хмурю брови. Да что ему нужно вообще?

— Я уже понял, что ты, дрянь, охмурила моего сына. Мне это не нравится.

— Но, по-моему, это никак не должно вас касаться. Марат уже взрослый и вправе сам принимать решения, — напоминаю я простые истины.

Ну не убьет же он меня здесь! При куче учеников и водителе.

Или может?

Мужик звереет на глазах. Мои слова ему не нравятся.

— Послушай сюда, — он чуть склоняется, наверное, для того, чтобы я смогла во всей красе