Порочный сексуальный полицейский - Эрика Уайлд

Он бережно обхватил ее руки на своей груди, поднял их у нее над головой и легко прижал к стене одной рукой. Затем втиснул колено между ее ног, раздвинув их на несколько дюймов.

Ее глаза расширились, а пульс участился, в панике и возбуждении, когда она поняла его намерение.

— Ты не посмеешь! — тихо прошипела она.

— Еще как посмею, — беззастенчиво ответил он и выполнил свое обещание, скользнув пальцами за пояс ее трусиков. — Считай это еще одной из моих фантазий, о которой я даже не подозревал до этого момента. Мысль о том, чтобы довести тебя до оргазма в общественном месте, меня чертовски заводит.

Его пальцы скользнули в ее киску, заставив Сару ахнуть, когда он сосредоточил свое внимание на клиторе, пробудив его несколькими умелыми движениями. Она сразу поняла, что это не будет медленно и неторопливо. Нет, все произойдет быстро, безрассудно и дико.

Она сдержала стон, когда два пальца глубоко проникли в нее, а большой палец обвел комочек нервов, заставляя ее сильно намокнуть. Его коварная ухмылка говорила сама за себя: он знал, насколько она уже возбудилась, и полностью наслаждался этим, несмотря на то, что все удовольствие доставалось только ей.

Сара попыталась опустить руки, обхватить его за голову и поцеловать, заглушить звуки, которые она отчаянно пыталась не издавать, чтобы не привлекать внимание к ним в кабинке и к тому, что он здесь с ней делал. Но Леви лишь сильнее сжал ее запястья, напоминая, кто здесь главный. Он. Всегда. И ей это нравилось.

Он наблюдал за выражением ее лица, лаская кончиками пальцев чувствительное место ее внутренних стенок, и ее ноги начали дрожать. Давление и трение на клиторе усилились, и от сочетания этих ощущений Сара разлетелась на части.

Ей хотелось кричать от нахлынувшего волнами удовольствия, но она не могла. Вместо этого она закрыла глаза и молча содрогалась от действий его умелых пальцев, наслаждаясь стихающим блаженством.

Глава 12

Следующие пять дней Леви сопровождал Сару на работу и обратно, и никогда не оставлял ее одну. Если по какой-то причине он сам не мог присматривать за ней, это делал один из его братьев. Так и должно быть до тех пор, пока он не убедится наверняка, что Дилан больше не представляет угрозы. Вот только неизвестно, как долго это продлится.

Дома у Леви и Сары сложился определенный образ жизни. Раньше он никогда не жил с женщиной, но обнаружил, что ему очень нравится, когда Сара рядом, и он быстро привык к ее каждодневному присутствию в своей жизни. Ложиться с ней спать каждый вечер, вместе просыпаться по утрам, делиться едой и непринужденно беседовать стало для него комфортной рутиной, которой он с нетерпением ждал.

Поскольку он был в отпуске как минимум еще на неделю, они проводили дни вне дома — в кино, в кафе, на прогулке по пирсу или вдоль берега озера — все, что угодно, лишь бы отвлечь ее мысли до начала вечерней смены в «Кинкейде». Он даже угостил ее мороженым в городском ресторане «Гирарделли», куда она всегда хотела попасть в детстве, но у нее не было возможности.

Видеть ее расслабленной, смеющейся, улыбающейся и смотрящей на него с такой любовью, только укрепило его растущие чувства к ней и придало большую решимость показать, насколько идеально она вписывается в его жизнь во многих отношениях. Леви никогда не верил, что сможет остепениться, что когда-нибудь найдет себе женщину, которая поймет не только его личные причуды, но и его болезненное прошлое. Но Сара приняла его сложное прошлое, его недостатки и все прочее.

Поработав несколько смен официанткой, она перешла в бар. Она выполняла свои обязанности эффективно и компетентно, прекрасно ладила с клиентами и каждый вечер возвращалась домой с приличной суммой чаевых — намного больше, чем она зарабатывала в «Сёркл Кей». Леви знал, что она откладывала эти деньги, и пока что позволял ей это, потому что не было смысла спорить о том, что она останется с ним в Чикаго, пока угроза со стороны Дилана не исчезнет. Несомненно, такой разговор только оттолкнет ее и больше насторожит. Он лишь мог демонстрировать ей, как много она для него значит и как сильно он заботится о ней.

Пока что Нику особо нечего было сообщить о Дилане. Для доставки почты парень использовал почтовый ящик, а его последним известным адресом была квартира, в которой он больше не жил. Это означало, что он, вероятно, проживал исключительно на территории комплекса Сообщества.

Леви сам звонил и связывался с отделом полиции Восемнадцатого округа, под юрисдикцией которого находится Фэрдейл, чтобы узнать, что им известно о Сообществе. Выяснилось, что оно уже фигурировало в длительном и продолжающемся расследовании ФБР и АТФ по подозрению в незаконном обороте оружия. Они уже выдавали ордер на обыск, тщательно осмотрели территорию и поговорили с участниками. Оба агентства даже приглашали Рика, лидера группы, для дачи показаний, но не нашли ничего, что можно было бы использовать для закрытия Сообщества.

Если и происходили какие-то нарушения, члены Сообщества тщательно это скрывали.

Но ни одна из этих новостей не означала, что Сара в безопасности, и каждый прошедший день вызывал у Леви все большую напряженность из-за сложившейся ситуации.

Сегодня вечером он сидел в «Кинкейде» на своем обычном месте в дальнем конце барной стойки. Тара предложила ему сменить его обычный стакан апельсинового сока на «Спрайт» с лаймом, так сказать, для разнообразия. Конечно, она его дразнила. Потягивая напиток, он не сводил взгляда с воскресной толпы. Это был самый незагруженный день недели, но в зоне обслуживания Сары клиентов все равно было предостаточно.

— По-прежнему никаких новостей?

Леви оторвал взгляд от столиков и танцпола, и взглянул на Мейсона, усевшегося на соседний табурет. Последние пару вечеров именно Клэй составлял компанию Леви, и не то чтобы ему нужна была поддержка, поскольку его братьев дома ждали женщины, с которыми им было чем заняться. Но было приятно осознавать, что они настолько переживают за Сару и ее ситуацию, что делают все возможное, даже если это просто дружеское общение на час или два, пока он ждет окончания ее смены.

— Ничего, — подтвердил Леви, делая еще один глоток «Спрайта».

Брат криво ухмыльнулся и толкнул Леви в локоть, который лежал на стойке.

— Это ведь хорошо, да?

— Ага. Но также и расстраивает, — признался он, и когда Мейсон с любопытством посмотрел на него, уточнил: — Это дурацкое