Мой запрет - Катерина Пелевина

Он уже начинает замечать какие-то мои внутренние изменения и это хреново. Я не хочу, чтобы он это видел. Потому что так всё станет только сложнее. Ведь уже спрашивал меня, куда я свалил с той самой тусы, и мне пришлось лгать, что звонила мать. Теперь я просто вынужден сделать так, чтобы пустить пыль ему в глаза... Чтобы он даже думать не смел о том, что что-то во мне изменилось, иначе это неизбежно приведет к новым расспросам и проблемам. Не только для меня, но и для Камиллы…

А это слишком рано для того, чтобы раскрыться…

Осталось только придумать, что сказать ей…

Ведь она-то явно этой херни не поймёт…

Однако я не представляю, как мне всё это срастить и не сделать никому больно…

Глава 27

Камилла Садовская

Вечером на семейном ужине за столом все обсуждают планы на выходные. Только я сижу, замолкнув, и искоса изучаю Мирона, который даже внимания на меня не обращает, активно слушает Влада и не бросает в мой адрес ни единого лишнего взгляда… Я понимаю, что это правильно, но всё время боюсь. Я ведь сама хотела, чтобы всё было в тайне, а теперь мечтаю, чтобы у нас с ним было что-то нормальное. Только вот зная нас… Ничего нормального у нас быть, к сожалению, не может.

— Камилла, дочка, передай пожалуйста, перец, — просит мама, и я протягиваю ей перечницу. — Мальчики, вы сегодня такие шумные… Голова кругом…

За столом творится настоящий балаган, потому что Влад с Мироном обсуждают футбольный матч, который был вчера вечером. Хотела бы я чтобы Мирон жил у нас… И все всё знали. Тогда и я бы не казалась себе такой жалкой… И лишней, к слову, тоже…

Неожиданно Влад смотрит в нашу с мамой сторону.

— Мам, насчёт следующих выходных, можно мы съездим на озеро с одногруппниками? Ты не против? — задает он вопрос слащавым голосом. Он всегда так делает, когда подмазывается. И ещё строит такое лицо, словно он чёртов ангел во плоти.

— О… Конечно дерзайте. Возьмите с собой Камиллу, — улыбается мама, и я смотрю на Мирона. Сердце начинает колотиться быстрее, когда наши взгляды встречаются. Почему ничего не написал об этом? Вообще ничего…

— Ну, неееет, — ноет Влад. — За ней глаз да глаз нужен. Я не могу всё время отвлекаться на неё. Плюс мы с Мироном будем заняты. С нами ведь девчонки поедут, — говорит брат, и я просто проваливаюсь куда-то, перестав дышать. Девчонки? Девчонки, блин… Серьёзно?!

— Оу, у вас появились девушки, как мило, — подмечает мама, пока Влад ржёт, словно придурок. А у Мирона вот прям непробиваемый взгляд.

— Не то, чтобы прям девушки... Мы вчера с ними познакомились, они с «журналистики». Классные, — добавляет он, окончательно уничтожая внутри меня всё живое. Я в мгновение чувствую, как боль разрастается по всему телу.

Он уже успел вчера с кем-то там познакомиться… А я… А как же я, блин… Я тут что вообще никто?!

— Извините меня, — задвигаю стул и ухожу оттуда, даже не взглянув на Мирона, который, кажется, и не собирался мне ничего рассказывать. Его глаза за столом говорили мне о том, что он вообще не понимает, что творится между нами. Тогда зачем нужны такие отношения? Тем более мне? Мне недавно исполнилось восемнадцать… А я влюблена в лучшего друга своего брата. И эта любовь больна. Она невозможно мучительна… Да она во мне уже все нервные окончания выжгла, блин…

— Что это с ней? — слышится сзади голос мамы, но я не задерживаюсь. Лишь молча иду наверх в свою комнату, чтобы побыть одной.

Поверить не могу…

Лёжа на кровати и глядя в потолок, я прекрасно осознаю, что испортила себе жизнь, подпустив его к себе. Выходит, он ощущает себя свободным? Он собрался ехать на озеро с какой-то девушкой, с которой познакомился на днях? А что бы он сказал мне…? Если бы Влад не проговорился… Типа что был дома с матерью или просто отдыхал с Владом… Как часто он уже так лгал мне?!

Неожиданно слышу стук в дверь, но не собираюсь открывать.

— Всё нормально, мам, я не голодна, — отвечаю, но дальше неожиданно звучит голос брата.

— Это я, Мила. Открой, пожалуйста, — просит он, заставив меня нахмуриться.

Я подхожу к двери и открываю ему, запуская внутрь, и не знаю, что он еще собирается мне сказать.

— Слушай, извини, что я так сказал… Просто не хочу, чтобы кто-то трогал тебя и всё такое. Я знаю, что тебе восемнадцать… Знаю, что ты выросла, но… Ты моя младшая сестра, и я знаю, какими уродами бывают парни, — твердит он, плюхнувшись на кровать, пока я смотрю на него в недоумении.

— Здорово, Влад... Такими уродами, как ты, что ли? Надеюсь, это всё?

— Нет, я не уйду, пока ты не скажешь, что не злишься, — добавляет он, встав с кровати и улыбаясь во все свои зубы, а мне хочется дать ему в морду. Ему важно только услышать это, вроде как отмазка, что он хороший брат. А то, что он реально меня уже достал со своими предрассудками ему по болту! Как будто у меня никогда не должно быть второй половины, блин! Или та обязательно должна пройти проверку у него! Щаз-з-з ага!

— Надеюсь, ты хоть осознаешь какой козел. Спокойной ночи, — выталкиваю его из своей комнаты и закрываю дверь на щеколду. Странно слышать от того, кто использует девушек подобные слова. Хотя возможно и логично. Он знает о чём говорит. И о своем друге в том числе.

Ложусь на кровать вновь и не хочу просыпаться. Никогда.

Долго не могу уснуть… Всё время думаю о том, что случилось… Потеря девственности и такое тупое послевкусие…

«Ты всё не так поняла. Открой и поговорим», — приходит в районе часа ночи, но я игнорирую телефон, пока он не начинает без устали вибрировать.

«Пожалуйста, Каля».

Громко вздыхаю, глядя на себя в зеркало при свете ночника. За эти три часа я то засыпала, то просыпалась. И всему виной он. Я не могу даже нормально спать, с тех пор как у нас с ним началось то, что и отношениями-то назвать нельзя… Молча открываю дверь и впускаю его, скрестив на груди руки. Мирон смотрит на меня до боли измотанным взглядом.

— Понимаю, как это выглядит… Но я объясню. Они подкатили, познакомились.