Мой запрет - Катерина Пелевина

совсем протек? Я не соображаю, что делаю. Мы начинаем целоваться и в это же мгновение в дверь раздается стук. Я вздрагиваю и чуть не прикусываю наши языки. Блин, как же это страшно. Никогда к этому не привыкну…

— Камилла, детка, ты встала? Пора собираться, — зовет меня мама, и я не знаю, куда себя деть. Мне кажется, моя ложь уже может затопить весь дом.

— Да, мама… Я сейчас, — отвечаю, сморщив лицо, и Мирон убирает волосы мне за уши.

— Какая же ты смешная, — шепчет он, приближаясь к моим губам. Вкусно смакует с характерным звуком. Но нежно. Не засасывая при этом…

— Не хочу от тебя уходить, — говорю, целуя его в ответ рваными поцелуями. Мы с ним похожи на двух влюбленных идиотов. Или же это только я…

— И я не хочу, малышка, но так надо… Иди, собирайся, — убеждает он, провожая меня к двери.

— А ты? — хмурюсь, но он выглядит счастливым.

— Выйду через свою персональную дверь, — он смеётся, указывая на окно. Мне нравится его смех и голос, но не нравится то, что он говорит… Однако выбора нет. Нельзя просто раскрыть им свои чувства. Вот так сразу… Они не поймут.

— Когда мы увидимся? — спрашиваю, насупившись. Так не хочу прощаться. Не хочу снова оказаться без него.

— Ночью… Наверное… Ну и вечером, мы с Владом вроде как договорились побыть у вас… Так что… — Мирон медленно подходит к окну и посылает мне воздушный поцелуй.

Эта новость меня радует. Ведь я очень хочу увидеть его… Однако, как только он уходит, я вдруг вспоминаю, что в универе мне предстоит встреча с Андреем после вчерашнего свидания.

Блиииин…

Это просто выбивает меня из колеи. Что мне ему говорить? Что я передумала? Что ночью отдалась другому парню? Я — ужасный человек. Это понятно, но я не знаю, что сказать ему. Моё иррациональное поведение делает из меня какую-то неадекватную особу. Надо бы отдать ему этот кулон и серьёзно с ним поговорить, сказать, что я не готова. Точно… Так и сделаю.

Внизу мама ждёт меня с каким-то весьма загадочным видом. Смотрит на меня странно, и я понимаю, что вчера она могла подумать что-то не то… Просто не сказать этого вслух…

— Камилла… Ты хорошо себя чувствуешь? Мне показалось… Ты ночью во сне разговаривала, — спрашивает она, делая мне тосты.

— Мам, спасибо, я реально голодная, — хватаю их, мажу маслом, кладу ломтик сыра, и начинаю есть как не в себя. Что-то меня конкретно понесло на жор. И мама смотрит с таким лицом будто не узнает меня. — Просто месячные… И какой-то голод напал. — объясняю я, краснея, на что она хохочет.

— Да, я так и поняла… А твой брат вообще куда-то пропал. Не ночевал дома, надо бы позвонить Мирону, потому что номер Влада недоступен, — говорит она, на что я чуть ли не давлюсь тостом.

Мирону точно звонить не стоит, мама, он всю ночь трахал меня и вряд ли знает, где Влад… Господи, о чем я думаю? Если бы сказала это вслух, было бы крайне феерично…

— Я не знаю, где он, но думаю, скоро явится, — отвечаю совершенно спокойно, хотя внутри меня всю колотит.

— Ну… А у вас с Андреем всё серьёзно, да? — мама спрашивает и смотрит на мою шею. Я действительно надела рубашку и застегнула на все пуговицы, но засосы всё равно видны. Я тут же беру цепочку в руки и показываю ей, чтобы отвлечь внимание. Иначе пиши пропало, Господи…

— Он подарил мне вот это. Не знаю, серьёзно ли, но как-то так… — опускаю взгляд, пока мама немного растерянно на меня смотрит. Кажется, она заметила эти красные следы.

— Эм… Да, Камилла, очень красиво… Но… Позволь, — она вздыхает. — Позволь спросить напрямую. У вас с ним ведь еще не было секса, да? Ты бы сказала мне, правда?

— Нет, ты что, конечно нет, — говорю ей в какой-то мере правду…

С ним у меня секса не было, мама… Был с другим…

— Фуууф, хорошо, — улыбается она, глядя на меня. — Я уж думала проморгала…

— Ага, — хохочу в ответ. Какой стыд!

Быстро заталкиваю в рот остатки еды и убегаю из-за стола в универ навстречу новой лжи, которую придётся выдумывать для Андрея. Я просто погрязла в этой паутине лжи! Попутно пишу Мирону смс о том не знает ли он где Влад. Потому что мама его потеряла.

«Я в универ еще не приезжал, малыш, не в курсе, телефон выключен».

«Ладно, как увидишь скажи ему про маму, пожалуйста».

«Намекну, спрошу про то был ли он дома, а то он спалит меня».

Да, действительно, об этом я не подумала… Он прав.

— А вот и она, — Андрей встречает меня возле дверей универа с распростертыми объятиями и тянется к моим губам, а я даже не могу его оттолкнуть. Поцелуй кажется чем-то предательским. Я ведь не хочу этого делать. Я влюблена в другого… Влюблена? Дьявол…

— Ты чего? — спрашивает он, нахмурившись, пока я съёживаюсь перед ним в оборонительный калачик. Как какой-нибудь дикобраз.

— Ничего, давай отойдем, — тяну его в сторону, чтобы поговорить. Рано или поздно это должно было случиться…

— Так… Слушаю, — он смотрит на меня так, будто уже о чем-то догадывается. Я снимаю с шеи цепочку и отдаю её ему.

— Я не могу. Быть с тобой… Всё вот это. Я не готова, — говорю совершенно не искренне. Сама не знаю, как можно вести себя столь нечестно, но когда дело касается сердца, у меня не остается других вариантов. Я что-то чувствую к Мирону. Что-то сильное, всепоглощающее, необъятное… То, чего никогда ранее не испытывала.

— Мне показалось, мы… Нашли точки преткновения, — он забирает кулон и рассматривает его в руке. — Ты даже не можешь оставить у себя подарок?

— Нет, это неправильно, — мотаю головой. — И ты замечательный, Андрей… Просто что-то со мной. Я не готова. Пожалуйста, пойми меня. Уверена, ты встретишь достойную девушку в ближайшем будущем.

— Ага, — он немного пятится назад, держась за лямки рюкзака. — И это никак не связано с тем парнем, чьим именем ты меня вчера называла?

— Что? Нет, — замолкаю, глядя в его глаза, но кажется, он что-то чувствует. Да и мне становится нехорошо. — Камилла… Ты кажешься умной девушкой. Пойми, что такие как он приносят только страдания. И ты поймешь, о чем я говорю в ближайшем будущем…

— Андрей, ты вообще его не знаешь. Речь не о нем сейчас, а обо мне, я не готова, вот и всё, — уверяю его и ухожу, бросая напоследок скупое «прости».