Злодейка для генерала драконов, или Развод (не) гарантирован - Любовь Песцова

При этом язвительность у них была на одном уровне.

Почему в этот раз я обратил внимание на еще более недоступную женщину?

Мало того, что она принадлежала к вражескому государству, являлась графиней с кучей обязанностей. Она еще и замужем была! Правда, личная жизнь у нее не сложилась, если судить по ее просьбам относительно мужа.

Но все равно. Мне стоило относиться к ней как к приятной знакомой. Как и было вначале.

Я ведь даже не воспринял всерьез свой интерес. Да, своеобразная женщина, которую интересно разгадать. Но я не думал, что это перерастет в нечто большее.

Вот только при каждой нашей встрече я подмечал то, насколько у нее острый ум. Видел, как остальные подчиняются ей даже без слов. Ей стоило лишь пошевелить пальцами, и люди уже бежали исполнять ее приказы. Ловили любое ее слово, каждый поворот головы.

И я сам не заметил, как тоже попал в эту ловушку.

Оливия обладала необычайной внутренней силой. Она пробивалась наружу и светила так ярко, что хотелось зажмуриться.

В своих мыслях я уже давно называл ее Оливией. Кто бы меня осудил? Она была слишком прекрасна.

— Вы внезапно утратили слух?

Леди Корбетт остановилась и приподняла свою черную, изящную бровь.

— Я прекрасно расслышал вас с первого раза, — улыбнулся я. — Но на тот момент еще не придумал причину, по которой мне стоило бы пойти за вами.

— А сейчас? Уже придумали?

— Вполне. Но не придумал, а вспомнил. Признаться, некая догадка сбила меня с толка, и я ненадолго забыл о многом. Но мне действительно нужно с вами поговорить.

— Вот как… Что ж, тогда прошу.

В гостевом крыле для аристократии имелись комнаты общего пользования, имеющие назначение гостиной, но не относящиеся к конкретным покоям. В таких мужчина и женщина могли разговорить без риска попасть в предосудительную ситуацию.

— О чем вы хотели поговорить?

— Ваш супруг, — сказал я, предпочитая не ходить вокруг да около. — Боюсь, его все сложнее удерживать в графстве Корбетт.

— Понимаю, — величественно кивнула она. — Но вы ведь помните про наше соглашение?

Я скрипнул зубами. Нового шпиона в свите Алиеноры можно было найти. Но мне очень хотелось, чтобы эта женщина осталась рядом со мной.

Хотя стоило бы ее отпустить, конечно.

— Меня немного беспокоит его рвение, — сказал я. — Насколько я понимаю, граф Корбетт не из тех людей, которые стремятся что-то делать на благо общества?

Оливия кивнула.

Я так и думал. И почему тогда граф решил оставить свою новую любовницу, которую я ему так заботливо подсунул? Ради чего рвется в столицу?

Вот и еще одно очень интересное дело.

— Я думаю, это неспроста.

— Можете выяснить мотивы моего супруга, если вам так хочется. Что же касается меня, то стимул оставаться в столице исчез.

— Вы могли бы остаться ради меня.

Клянусь, это вырвалось против моей воли. Я много раз приказывал себе перестать провоцировать, подшучивать, выводить на эмоции эту женщину.

Но каждый раз проигрывал в этой борьбе. Мне очень хотелось, чтобы она что-то ответила мне.

Желательно, чтобы этот ответ содержал уверения в том, что она, разумеется, останется рядом со мной.

— Вам когда-нибудь говорили, что у вас скверное чувство юмора?

— О, поверьте, вам просто не с чем сравнивать. На фоне одной герцогини я очень скучный человек.

— Напомните мне избегать знакомства с ней.

— Я настолько вам неприятен?

Оливия обожгла меня взглядом своих темных, всегда как будто слегка грустных глаз.

Но ничего не ответила.

— Выясните, почему мой супруг так рвется в столицу. И помните о нашем соглашении. Я уеду, как только почувствую, что так лучше и безопаснее для меня.

Она ушла, а я продолжал сидеть и думать о том, что ее безопасность волнует меня слишком сильно. Мне самому хотелось отправить ее подальше от столицы, где постоянно вспыхивают то бунты, то погромы.

В идеале — в графство, которое не так давно вверили в мое личное пользование.

Но она все еще была графиней Корбетт. Мне стоило смириться с тем, что эта женщина не для меня и перестать тешить себя напрасными иллюзиями.

Но я не мог.

Глава 34

Получив финансирование, я приступила к работе быстро и с огромным рвением.

Прикинула что куда нужно, распределила бюджет и начала вертеться как белка в центрифуге.

Газеты в этом мире были. Но не государственные. Впрочем, все они достаточно хорошо контролировались правительством. Собственно, периодические издания в любых мирах сначала появляются как средство агитации, а потом уже превращаются в развлечение.

Вот только политические сводки в местных газетах были настолько скупы, поданы сухо, да и в целом не освещали ничего важного. Налоги, сборы, указы. На этом все.

Конечно, если бы кто-то вздумал что-то плохое про правительство написать, этого смельчака быстро отправили бы на плаху. Так что ничего оппозиционного в газетах не было.

Но все же здесь еще не доросли до уровня пропаганды XXI века. И я собиралась этим воспользоваться.

В целом, газеты делились на две категории — новостные сводки и объявления, а еще нишевые издания вроде журналов мод для дам.

И все они были платными. То есть хочешь узнать новости, заплати несколько медяков.

Именно на этой плате и зарабатывали газетчики.

Я решила действовать другим образом. Слова «демпинг» в этом мире не знали, но это не мешало мне им пользоваться. Тем более с госфинансированием грех не попытаться полностью захватить рынок.

Один из газетчиков, внезапно вызванный во дворец, был осчастливлен заданием собрать мне команду, которая сможет адекватно провести верстку. Оборудование я и без него заказала.

Параллельно я разрабатывала свой замечательный литературный конкурс. Но он должен был стартовать уже после запуска газеты. Собственно, узнать о нем юные дарования должны были именно из прессы.

Вот только откуда столько женщин писательниц взять, если образование здесь только аристократки получают? И то, если отец семейства не самодур. Ладно, это дела будущего. Пока можно отложить.

А вот приют нельзя. В здании, что выделил мне Эйнар, спешно переоборудовались комнаты.

Супруг подобрал мне неплохой городской особняк из конфискованных в пользу государства. Раньше он принадлежал безземельному дворянину, который занимал какой-то важный пост в судебной системе и жил на широкую ногу благодаря взяткам.

В этом, с позволения сказать, доме, было больше двадцати