Развод. Осколки идеальной жизни - Лея Вестова

— Продолжайте, — сказала я, вновь обхватив руками уже остывшую кружку.

— Когда он нашёл вас — а это было неизбежно, учитывая его ресурсы, — то сразу разработал план. Двойную стратегию, если быть точной, — Дарья постепенно входила в роль аналитика, и это явно давалось ей лучше, чем эмоциональное вступление. — Первая стратегия — убедить вас вернуться добровольно. Пряник, так сказать. Вы уже знаете, как это прошло, — она бросила на меня быстрый взгляд, полный понимания. — Вторая стратегия — кнут. Использовать все имеющиеся у него рычаги, чтобы отнять у вас сына через суд. И не только сына.

— Что это значит? — мой голос дрогнул, выдавая страх, который я так старательно пыталась скрыть.

— Он хочет уничтожить вас, Алиса, — просто сказала Дарья, и эта простота была страшнее любых витиеватых угроз. — Полностью. Лишить средств к существованию, репутации, возможности видеться с сыном. Он воспринял ваш уход как личное оскорбление, как вызов его мужскому самолюбию, его статусу. А Олег… Олег не прощает такого. Никогда. Никому.

С каждым её словом я чувствовала, как внутри нарастает холодный ужас. Я знала Олега достаточно хорошо, чтобы понимать: Дарья не преувеличивает.

— Конкретнее, — потребовала Екатерина. — Какие юридические шаги, документы, свидетельства он подготовил?

— Он подготовил целый пакет обвинений в нестабильности психики, в неспособности Алисы заботиться о ребёнке должным образом. У него есть поддельные справки от психиатра — очень убедительные, я видела их, — свидетельства якобы «соседей» о вашем неадекватном поведении. О том, что вы якобы оставляли Сашу одного на долгие часы, кричали на него, не кормили вовремя. Есть даже… видеозаписи, где кто-то, очень похожий на вас, грубо обращается с ребенком. Подделки, разумеется, но очень качественные.

Я почувствовала, как земля буквально уходит из-под ног, как комната начинает вращаться, а к горлу подступает тошнота:

— Это чудовищная ложь. — просипела я не своим голосом. — Все, кто хоть немного знает меня, все, кто видел нас с Сашей…

— Не имеет значения, — покачала головой Дарья. — Его команда юристов всё подготовила до мельчайших деталей. Одна из самых дорогих и беспринципных юридических фирм в городе. Они знают, как подать материал, как давить на нужные точки, как манипулировать общественным мнением. Поверьте, я видела их в действии — это страшные люди.

— Мы будем бороться, — сказала Екатерина, искривив губы в презрительной усмешке, хотя я заметила, как побелели костяшки её пальцев, вцепившихся в край стола. — Фальшивки можно разоблачить, экспертизу подделок провести. Есть методы и возможности.

— Можно, — согласилась Дарья без особого энтузиазма. — Но есть ещё кое-что, и это гораздо хуже.

— Говорите, — потребовала я, чувствуя, как внутри нарастает не только страх, но и гнев. Гнев на Олега, на ситуацию, на весь мир, который позволяет таким, как он, манипулировать жизнями других людей.

— Олег планирует использовать ваши отношения с Владимиром Астаховым, — наконец произнесла Дарья, наблюдая за моей реакцией. — Сфабрикованы компрометирующие фотографии, свидетельства о вашей… близости ещё во время брака. Есть даже поддельная переписка, якобы доказывающая, что вы планировали уход от мужа вместе с любовником.

— Это абсурд! — я вскочила, не в силах больше сдерживать эмоции. — Полнейший бред! У нас с Владимиром не было никаких отношений, кроме профессиональных и дружеских! Никогда! Ни до, ни после моего ухода от Олега!

— Это не имеет значения, — повторила Дарья с тем же безжизненным смирением. — Он всё подготовил. «Свидетели», «доказательства», «экспертизы». Олег купил нужных людей, запугал других. И да, есть ещё нечто более серьёзное. Владимир.

— Что с ним? — я почувствовала, как сердце сжимается от леденящего страха, который был сильнее, чем страх за себя. — Что он собирается делать?

— Олег собирается уничтожить его бизнес, — равнодушно ответила Дарья. — У него есть связи в налоговой, в администрации города, в пожарной инспекции, в строительном надзоре. Одно слово — и у архитектурного бюро Владимира начнутся проблемы. Серьёзные проблемы. Проверки, штрафы, отзыв лицензий, потеря заказов. Полный крах всего, что он строил годами.

Я опустилась на скамью, чувствуя, как внутри всё холодеет. Одно дело — удары по мне, совсем другое — разрушение жизни человека, который просто протянул руку помощи в трудную минуту. Это было… непростительно.

— Зачем вы мне это рассказываете? — я подняла глаза на Дарью, пытаясь разгадать её истинные мотивы. — Почему предаёте Олега? Что изменилось с нашей прошлой встречи?

— Потому что я больше не с ним. Нашим отношениям пришёл конец.

— Допустим, мы верим вам. Что вы предлагаете? Какой выход видите из ситуации? — проговорила Екатерина, пристально посмотрев на женщину, неожиданно пришедшую нам на помощь.

— У меня есть доказательства, — Дарья достала из элегантной кожаной сумочки небольшой серебристый флэш-накопитель. — Здесь копии документов с рабочего компьютеров Олега. Планы против Алисы, поддельные справки и свидетельства, схемы атаки на бизнес Владимира.

— Здесь все? — спросила адвокат, принимая флешку с осторожностью человека, привыкшего не доверять неожиданным подаркам судьбы.

— Да, — Дарья улыбнулась, и в этой улыбке проступило что-то от той уверенной бизнес-леди, которую я встретила в первый раз. — Я имела доступ ко многим документам, и… собирала информацию с первого дня наших отношений. На всякий случай.

— Зачем вы это делали? — я недоверчиво смотрела на неё, не зная, восхищаться её предусмотрительностью или ужасаться такому расчёту.

— Страховка, — ответила она, смахнув с лица упавшую прядь волос, элегантным, почти небрежным жестом. — Никогда не знаешь, когда влиятельный любовник решит, что ты больше не нужна. Или когда увидишь его истинное лицо и захочешь сбежать. Теперь эта страховка пригодится вам.

— Если здесь действительно то, о чём вы говорите, это может кардинально изменить ситуацию. Дать нам настоящий рычаг давления. Но как мы узнаем, что это не ловушка? Не фальшивка, подготовленная Олегом, чтобы заманить нас еще глубже? — Екатерина держала флешку, словно взвешивая её, оценивая потенциальные риски и выгоды.

— Никак, — Дарья пожала плечами с обезоруживающей прямотой. — Придётся рискнуть. Или продолжать бегать и прятаться, пока Олег не добьётся своего. А он добьётся, поверьте.

— Почему именно сейчас? — спросила я, взирая на женщину, которую считала своим врагом, средоточием всех своих бед, и не могла понять, верить ей или нет. — Почему вы решили помочь мне?

— Потому что есть границы, Алиса, — произнесла она неожиданно мягким голосом. — Границы того, что я готова принять и с чем могу жить дальше. Я многое видела в бизнесе, многое позволяла себе и другим. Закрывала глаза на сомнительные схемы, мирилась с жесткими методами конкуренции, даже… — она сделала паузу, словно решая, насколько откровенной может быть, — даже принимала участие в делах, которыми не горжусь. Но использовать невинного ребёнка как орудие мести, сознательно лишать мать права видеть сына, разрушать психику маленького человека ради удовлетворения