Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову - Любовь Песцова

— Я думаю, что рано или поздно вы всё равно оказались бы здесь.

— Потому что я действительно не человек, а эллара, — грустно констатировала я. — И родина моя здесь. Как так получилось? Я родилась на Земле. У меня есть папа и мама. Они мои биологические родители, я точно знаю.

— Так… бывает.

— С кем? Кроме меня, с кем-то ещё так было?

И снова он промолчал. Как удобно. Сразу становится понятно, что ответ отрицательный. Кажется, я начинаю привыкать к его стилю общения.

Но молчание в ответ на вопросы лучше, чем ложь.

— А если мои способности уже проснулись, я смогу жить на Земле? Меня не перекинет обратно?

— Можно сделать артефакт, который будет подавлять вашу магию.

Прошло не так много времени с того выброса, когда я чуть не убила девочек. Но даже этого времени хватило, чтобы понять, каково это — чувствовать землю. Словно всю жизнь я провела в темноте и, наконец, увидела солнце.

Смогу ли я отказаться от этого ради прежней спокойной жизни?

Сложный вопрос. Но логика подсказывала, что безопасность дороже. К тому же там всё ещё оставалась моя семья.

— А родители? Кто-то из них тоже принадлежит к роду эллар? У меня есть маленькая сестрёнка. Каковы шансы, что её тоже в этот мир перебросит?

— Я не могу утверждать наверняка, но мне кажется, что это крайне маловероятно. Ваш случай уникален.

— Но почему он уникален, вы мне, разумеется, не расскажете? — предположила я.

Ответом мне послужило уже привычное молчание.

Я вздохнула и поднялась, надеясь, что на этот раз меня всё же выпустят из злополучного кабинета.

Но прежде чем уйти, я всё же обернулась, обронив:

— Вы уж постарайтесь не убить Амира. Не то чтобы мне его жаль. Но совсем не хочется, чтобы семья трицератопсов мне потом вендетту объявила.

— Не объявят. Я в любом случае сделаю внушение, и, скорее всего, не только ему.

— Думаете, разговоры о том, «что такое хорошо и что такое плохо», помогут? — съязвила я.

— Лара, когда я говорю «внушение», я именно это и имею в виду, — серьёзно посмотрел на меня ректор. — Я очень сильный ментальный маг.

По коже пробежал холодок. Наверное, эта информация была общеизвестной, но я-то узнала об этом вот только что.

Я сглотнула и попыталась дышать ровнее, не показывая своего страха.

В академии не просто так не было дисциплины по ментальной магии. Тут уж либо был дар, либо не было. И дар этот был достаточно редким.

Чёрт, ну как же не повезло наткнуться именно на такого мага сразу после прибытия в этот мир!

Или это не совпадение?

— Ректор Деморт… Скажите, а вы когда-нибудь применяли свои способности ко мне?

Я ждала, что он снова промолчит. Ведь это так бы многое объяснило.

Казалось, вот он ответ. Это он внушает мне какие-то чужие мысли. Или, наоборот, когда-то стёр мои воспоминания.

И плевать мне было, что теория шита белыми нитками. Что он сам дал мне снотворное, чтобы я не видела снов с ним в главной роли… Мне казалось, что разгадка близка.

— Нет, не применял.

Вот и рассыпалась моя теория. Конечно, можно было бы предположить, что ректор соврал, но я чувствовала, что он говорит правду.

А ещё я решила, что с сегодняшнего дня не буду принимать снотворное.

Пора разобраться в том, что со мной происходит.

Глава 37

Жить без снотворного оказалось весьма утомительно.

Оказывается, я успела привыкнуть к тому, что меня не мучают кошмары и странные сны, в которых я вижу чужую жизнь.

Я то снова падала, то видела обрывки студенческой жизни, где помолодевший ректор Деморт выглядел совершенно другим человеком. Кем-то весьма весёлым и даже… счастливым.

Эти сны изматывали.

Но спасало хотя бы то, что больше стычек с недоброжелателями не было. Амир благополучно исчез сразу после инцидента, в котором пострадали сразу три дракона и одна эллара.

Саманта начала меня игнорировать, как будто не пыталась мне тёмную устроить. Нет, меня это более чем устраивало, но всё же было как-то странно. Какое-то время я ждала, что она продолжит свои нападки. Но пока она молчала.

Никто не задавался вопросом о том, куда пропал один из студентов, словно так и нужно. Даже Сайлус о своём друге словом не обмолвился.

Только однажды догнал меня на пробежке, начав очень нестандартный для него диалог.

— Ты в порядке?

Очень хотелось спросить у него то же самое. Но увидев, как резво он бежит, я решила, что вопрос будет из разряда риторических. Все конечности у тираннозавра Рекса явно на месте, ректор ни одну не оторвал.

И чего тогда ко мне лезет? Снова провоцировать будет?

— Уйди, а то не сдержусь и врежу.

— У лекаря была? — спросил Сайлус, проигнорировав мою угрозу.

Ну ещё бы! Где он, а где я? В этом мире не было Крылова и его знаменитых басен, но абсурдность ситуации, при которой Моська лает на слона, понимали интуитивно.

— Какое тебе дело?

Я остановилась и, уперев ладони в колени, пыталась отдышаться. А тираннозавр продолжил бег, правда, не вперёд, а вокруг меня.

— Слушай, я понимаю, что ты не лучшего обо мне мнения, но я не подонок и ничего такого не планировал.

— Не планировал, но получил. Приятный бонус, правда?

— Адептка Савина! Скажите, вы прибыли на курорт? Может быть, разложить вам шезлонг, чтобы вы позагорали под ласковым мартовским солнцем?

— Никак нет, магистр Вейсс! — Ответила я и тут же побежала дальше.

Удивительно, но Сайлус действительно в последнее время немного притих. Всё ещё ошивался где-то поблизости, подсаживался ко мне за ужином в столовой, но откровенно не донимал.

А может, это было связано с тем, что его главная цель — ректор Деморт — всё чаще отсутствовал. Так что смысла доставать меня, чтобы позлить его, не было.

— Да ради богов! — воскликнула я, когда он в очередной раз присел рядом со мной в столовой. — Хватит мне аппетит портить!

Поесть спокойно не дают! Я ещё даже только ложку в руки не взяла, а уже оно!

— Ты всегда так будешь на меня реагировать?

— А ты всегда будешь меня подставлять под народное линчевание?

— Никто тебя не обидит. Я учёл ошибки.

— И думаешь, тебя возьмут и послушаются все студенты академии?

— Да.

Убийственно серьёзный ответ.

Я закатила глаза, показывая всю степень своего недоверия.

— То есть от других ограждать меня будешь,