Измена. Попаданка в положении - Елена Белильщикова

— Не бойся, Андреас. Мой отец вовсе не такое чудовище, как говорят. Только с теми, кто ведет себя слишком упрямо. Не думаю, что нам стоит быть врагами. Я… не бывал на войне, — немного смущенно признался Амир, притушив взгляд карих глаз. — Отец говорит, что кто-то должен оставаться здесь, присматривать за замком и нашими людьми. Но я вижу, что ты отнюдь не тупой северный медведь, как нам рисуют денланцев! Может, мы сумеем поладить?

Амир улыбнулся Андреасу и слегка задрал подбородок, будто надеясь выглядеть старше. Чтобы этот пленник воспринял его всерьез! Вот отец гордился бы, если бы он переманил денланца на сторону Гравидии уже к его возвращению!

Андреас собрал волю в кулак и попытался понять, какие у него шансы дотянуться до кинжала. Но когда невзначай выгнулся, как дикий кот, чтобы потянуться и наброситься на того, внезапный приступ головной боли заставил застонать и схватиться за плечо Амира. Чтобы не упасть. О, это не было нападение! А самое настоящее поражение. Андреас проиграл войну с мальчишкой, не успев в нее ввязаться.

— Амир, помоги… — выдохнул Андреас и понял, что теряет сознание.

Он упал лицом вниз на расшитые золотом простыни. Очнулся через несколько секунд. Поймав на себе сочувственный взгляд Амира. Андреас уже лежал на подушках, а тонкие сильные пальцы юноши покрывали его виски остро пахнущей мятой мазью. Снова стало легче.

— Твои люди слишком хорошо старались доставить меня к тебе. Доставить живым. Но отнюдь не целым и не невредимым. Прости за неудобства, что я тебе доставил сейчас, — со стыдом сказал Андреас, отводя глаза.

Пока побаивался шевелиться. Как всегда, после приступов головной боли, его еще и начало мутить. Но запах мяты отвлекал от этого неприятного ощущения.

Амир вздохнул. Искреннее сочувствие мелькнуло в его темных глазах.

— Воинам отца было бы полезно всыпать плетей, чтобы не махали кулаками, когда ни попадя, — Амир возвел взгляд к потолку, обреченно вздохнув. — Дыши… Это гравидская мята, она снимает боль и головокружение на время.

Амир снова зачерпнул полупрозрачной мази, аккуратно покрывая ею виски, легонько втирая. Наверно, другой человек насторожился бы. Мало ли, какое адское снадобье он решил втереть, вдруг через минуту от боли и душу будешь готов продать! Но Андреасу явно было слишком плохо для подозрений.

Они и не заметили, как приоткрылась дверь. И что в золотых лучах солнца, клонящегося к горизонту, у косяка замер еще кое-кто. Многие знали, что у Дамиля Шадида дети — близнецы. Но пока не увидишь, было невозможно представить, насколько они похожи. Что их отличало? Темно-красное, расшитое золотом платье сестры, подчеркивающее ее хрупкую, костистую, почти мальчишескую фигуру? Полупрозрачная ткань на черных завитых локонах? Легкая тень кармина на губах? Вот, пожалуй, и все. Лица одинаково кукольные, с легким капризным изгибом губ, с большими карими глазами, блестящими так любопытно и открыто. Но пока Амир не заметил сестру, занимаясь своим не то гостем, не то пленником.

— Кто это? — резко отодвинув Амира, Андреас снова сел на кровати.

Он понимал, что ведет себя чересчур дерзко для пленника. Но ничего не мог с собой поделать. Лишь смотрел, открыв рот, на удивительно прелестное создание в темно-алом, как лепестки роз, платье. Девчонка. Совсем еще девчонка. Ее брат выглядел старше, чем она сама, возможно, из-за широких плеч и высокого роста. Амир был мужественным, красивым парнем, а эта девушка казалась порхающей по гравидским цветам бабочкой. Ее экзотически тонкие черты лица притягивали взгляд. А фигура, хотя и казалась совсем еще детской, была уже оформившейся. Просто худощавой.

«Наверное, девушка — поздний цветочек. И только расцвела…» — подумал Андреас.

Он понял, что пропал. В первую же минуту, когда он увидел сестру-близнеца Амира, ему захотелось сорвать этот цветок. И оставить себе. Хорошие мысли у пленника, не правда ли? Совсем недавно Андреас размышлял о том, какие пытки или казнь ему предстоят. А сейчас смотрел, едва дыша, на девушку, забыв про головную боль, про Амира, про мир вокруг.

Амир повернулся, удивленно воззрившись на девушку в дверях.

— Тахира?! Что ты здесь делаешь? — в шоке выдохнул он, а потом покачал головой. — Это… моя сестра, ее зовут Тахира.

Амир запнулся, будто не зная, представлять этих двоих друг другу или нет. Тахира же подошла ближе. Она вдохнула аромат мяты и с тревогой коснулась изящной рукой лба Андреаса. Вот только чувствовалось, что пальцы у нее загрубевшие. Словно тайком она занималась не только вышиванием и музыкой, но и управлялась с оружием или ездила верхом. Хотя конечно, девушкам в Гравидии такое не позволялось.

— Кто ты? Ты ведь не из наших краев, я вижу… — произнесла она, безотрывно глядя на Андреаса.

Андреас попытался взять себя в руки. И снова начать дышать, глядя на эту заморскую красавицу. В голову лезли банальные мысли о том, что в Гравидии самые красивые девушки, и прочая ерунда, которую он не сказал бы и под кинжалом, прижатым к горлу.

— Я из Денлана, — гордо провозгласил Андреас, встряхнув волосами, и обернулся, неуверенно посмотрев на Амира, ведь почему-то чувствовалось, что здесь, в этом доме, он главный. — Это твоя сестра? Ходили разные слухи… что у тебя брат-близнец, но чтобы не соперничать после за наследство, младенца подменили сразу после его рождения. Но сейчас, глядя на Тахиру, я понимаю, что это и вправду слухи.

Последние слова Андреас протянул с откровенным восторгом, не сводя глаз с черноволосой куколки, подошедшей к распахнутому окну.

— Брат? Наверно, это из-за того, что в детстве она была той еще непоседой! Как мальчишка! — рассмеялся Амир.

— Вы так похожи. Как две капли воды. Такой подмены и быть не могло. Вы и вправду родная кровь.

— Значит, ты пленник? — Тахира повернулась к Андреасу, немного нахмурившись.

Амир встал и остановился, будто немного между ними. Было видно, что интерес сестры к чужестранцу ему не очень нравится! Хотя гравидцы и считались гораздо более горячими в связях, все равно они боялись, что мужчины из других земель непременно развратники, охотники за девичьей честью.

— Да, — ответил Амир вместо него. — Люди нашего отца схватили его, но я распорядился поселить Андреаса тут, в наших гостевых покоях. Он не слишком хорошо себя чувствует.

— Ты же знаешь, я хорошо понимаю в травах, лечебных маслах. А нашим лекарям доверять денланца… сам понимаешь. Так что я полечу его! — с азартом, с блеском в глазах сказала Тахира, почти подбежав к брату, и только потом