Спасая Грейс - Александра Бэнкс

Я делаю первый надрез, и нож упирается в дно.

— По-моему, это дно, — бормочет Рид, кивая на Мака с широко раскрытыми глазами.

— Абсолютно точно дно, — говорит Мак и наклоняется, берёт моё лицо в ладони и приникает к моим губам.

За столом взрываются радостные крики.

Медленный, нежный поцелуй Мака затягивает меня в себя, и я не хочу, чтобы он заканчивался. Я приоткрываю губы, и он углубляет поцелуй.

Наконец, оба запыхавшиеся, мы отстраняемся.

Удивлённые и счастливые лица за столом перехватывают мне горло.

Я не знала, как отреагирует его семья, если узнает про нас с Маком. Радость была последним, чего я ожидала. Но именно это я и вижу.

— Хочешь, я разрежу торт, милая? — спрашивает Луиза, сияя.

— Конечно. Я всё равно испорчу его, если попробую сама.

Она придвигает торт к себе, и нож с лёгкостью погружается в башню шоколадных слоёв — снова и снова, пока у каждого не оказывается десерт на тарелке.

Я подношу кусочек ко рту.

Ох…

Клянусь богом.

Это как шоколадный бархат. Насыщенный и божественный.

— Луиза! Это невероятно! — бормочу я с полным ртом, прикрывая губы рукой.

Лоусон смеётся.

— Всё, Грейси. Обратной дороги нет.

Я глотаю.

— Точно. После этого кусочка любой другой торт будет испорчен.

— Я рада, что тебе понравился. Это мой подарок тебе, солнышко.

— Спасибо.

Слёзы снова подступают. Я же говорила — будет длинный вечер.

— О! Раз уж о подарках… Пора! — Рид вскакивает и протискивается мимо Руби.

Мы доедаем торт, и один за другим члены семьи Роулинс исчезают, пока не остаются только Луиза и я. Я провожу вилкой по тарелке. Это лучший день рождения за долгое время.

— Мы все приготовили кое-что для твоего особого дня, милая. Надеюсь, ты не против?

— Не стоило. Это всё уже слишком.

Она придвигается ближе.

— Самое то. — И улыбается с такой любовью, что у меня перехватывает дыхание.

Позади меня кто-то прочищает горло. Я оборачиваюсь на стуле и вижу Рида с конвертом в руке. Он протягивает его мне, и я встаю, чтобы взять.

— Рид, спасибо.

— Ещё передумаешь, когда увидишь, что там, — смеётся он.

— Эм... ладно?

К нему подходит Руби, за ней — остальные. Я вскрываю конверт. Внутри — чек. Из магазина товаров для творчества в городе.

599 долларов. Что? Нет, Рид!

— Ну, когда я заказывал тебе материалы, Дорис немного переборщила с нулями. Так что теперь ты — гордая обладательница палеты холстов. Не той, что держат в руке, а настоящей, деревянной, грузовой. Примерно сто пятьдесят прямоугольников, натянутых на подрамник. — Он смотрит на меня с виноватой, комичной улыбкой. — Твори от души, Грейси.

— Господи!

— Пустяки. С днём рождения.

Я обнимаю его, и он отступает, пропуская свою жену. Я кладу чек обратно в конверт и оставляю его на столе. Руби вручает мне голубую коробку с серебряной лентой — примерно размером с коробку для обуви. Я развязываю ленту, снимаю крышку. Внутри — голубая папиросная бумага. Я поднимаю её и нахожу ещё одну, меньшую коробочку. Парфюм и... набор кистей с деревянными ручками и розово-золотыми зажимами, держащими роскошную щетину.

— О, Руби...

— Парфюм — Versace. Птичка на хвосте принесла, что твой любимый цвет — синий.

Она целует меня в щёку и отходит в сторону, пропуская Лоусона.

Он вручает мне длинный свёрток в синей обёртке с горошком. Похоже, все сговорились насчёт синего. Он обнимает меня.

— С днём рождения, Грейс.

Я разрываю бумагу — новый коврик для йоги и блок. Тоже синие.

— Лоусон, спасибо, — смеюсь я, сияя от радости.

Он взъерошивает мне волосы и возвращается к столу.

Следующим идёт Хадсон. И по размеру почти не упакованного подарка, который он тащит ко мне, я понимаю — это мольберт. Я приподпрыгиваю от нетерпения. Он вручает его с широкой улыбкой.

— С днём рождения. Если с ним что-то случится — отправляй обратно к мастеру.

У меня глаза округляются.

— Ты его сделал?

— Да, мэм.

Я обнимаю его неловко, стараясь не уронить мольберт.

— Открой, Грейс.

Я снимаю обёртку и провожу рукой по гладкому дереву. Он идеален.

— Дуб. Думаю, прослужит тебе долго.

Я сдерживаю слёзы. Чёрт, я просто разваливаюсь. Размазня и нытик. Как уничтожить Грейс Уэстон: просто добавьте доброты.

— Спасибо! — я целую его в щёку. Он кивает с улыбкой и садится рядом с Лоусоном.

Гарри подходит, крепко обнимает меня, потом отходит на шаг.

— Ты сильная душа, Грейс. Ты на своём месте.

Он вручает мне конверт.

— Так что убедись, что воспользуешься обратным билетом.

Я ошеломлённо смотрю на него, затем вскрываю конверт. Билеты в Пенсильванию. Домой. К родителям.

У меня дрожат руки. Грудь сжимается.

— И это ещё не всё, — говорит Гарри и разворачивает меня за плечи к боковой части дома.

Из темноты доносится стук копыт. Сначала едва различимый, потом всё ближе.

Нет…

Адди появляется с гнедым мерином. С седлом, шагом, голова покачивается — спокойный и расслабленный.

Он касается своей мордой моей ладони. Я перевожу взгляд на Адди. Она светится.

— Он твой, пока ты здесь. Грейс, познакомься — Сержант.

Он фыркает, когда я провожу рукой по его морде и зарываюсь в его чёлку.

Чья-то рука обвивает мои плечи.

— Я знаю, у тебя с Тригом свои отношения. Но попробуй дать шанс старине Сержанту. Он его старший брат, — шепчет Мак и целует меня в щёку, подмигивая.

— Я не могу… — захлёбываюсь я. — Это всё слишком.

Я оборачиваюсь к семье, сидящей за столом, качаю головой.

— Я... не...

Слёзы текут по моим щекам — горячие, быстрые. Я не могу их сдержать. Прижимаю руку ко рту. Луиза подходит ко мне, берёт мои руки в свои.

— Самое то, — говорит она, кивая, в её глазах стоят слёзы.

Я смотрю на Мака. Он стиснул челюсть, будто тоже сдерживает рыдания. Как и я.

Гарри становится по другую сторону и склоняет голову.

— Если ты ещё выдержишь один удар, милая... у нас остался последний сюрприз.

Фары освещают двор, машина останавливается у белых ворот. Хадсон поднимается и идёт навстречу.

— Держи мои руки, красавица. Этот от меня, — шепчет Мак, обнимая меня сзади, прижимая к себе, и скрещивает наши руки на моей груди.

Я крепко зажмуриваюсь. Готовлюсь.

Трава шуршит под шагами.

— Дыши, Грейси, — шепчет Мак. — Просто дыши, хорошо?..

Со стороны машины доносится всхлип.

— Грейс?

Я узнаю этот голос из тысячи.

Глава 19

Мак

Женщина, как две капли воды похожая на свою дочь, рушится на месте. Её муж стоит с рукой за спиной, лицо ничего не выражает. Грейс