Измены наших любимых - Лия Султан

губы, которые хотелось целовать. Столько лет в разводе, столько лет один и сам по себе, а сейчас, рядом с ней всё как-то само собой вставало на свои места. С тех пор, как она сама упала ему в руки, думал о ней, вчера попробовал и понял, что сразу подсел. Она красивая, сильная и в то же время слабая, а чувственная и ранимая, сладкая и очень желанная.

Почувствовав на себе его пристальный взгляд, она повернула голову и улыбнулась. В ее глазах он прочитал вопрос, который она не решалась задать вслух:

— Мы не торопимся? Все кажется, слишком быстро.

Да, ему тоже казалось, что они несутся вдвоем на скоростном поезде. Но ничего не мог с собой поделать, потому что внезапно осознал, что в последние два дня внутри все перевернулось и проснулось после долгой зимней спячки.

Домой выехали, когда стемнело. Лаура с сыном сидели сзади и в какой-то момент он положил голову на ее ноги и сладко засопел. На светофоре Алексей обернулся и улыбнувшись, прошептал:

— Уснул?

— Да, — Лаура ответила ему улыбкой. — Набегался, наигрался, устал. Теперь надо будет его осторожно перенести, чтоб не разбудить.

Лаура пару секунд помолчала, вглядываясь в темноте салона в лицо Чадова.

— Спасибо, Лёша. За то, что вытащил нас сегодня в парк. За эмоции и мороженное.

— Это вам спасибо, — тихо ответил он. — Я сам давно так не отдыхал.

Загорелся зеленый, машины тронулись, и Леша внимательно следил за дорогой, крепко сжимая руль и то и дело поглядывая в зеркало заднего вида на девушку, которая уже пробралась под кожу.

В квартиру Армана занес тоже он. Лаура открыла дверь, быстро разулась и не включая свет повела его в зал. Ему пришлось подождать, пока она включит свет в прихожей, разберет диван и постелет сверху простынь, и только после этого он осторожно положил малыша, а тот вздохнул, перевернулся на бок и продолжил спать.

Лаура стояла рядом и когда Чадов распрямился, то недовольно задел ее плечом.

— Прости.

— Все хорошо. Спасибо еще раз.

— У тебя замечательный мальчик.

— Ты ему понравился.

— Я старался.

Все это они говорили друг другу шепотом, а потом вышли в прихожую.

— Я поеду, уже поздно. Отдыхайте.

— Да, конечно. Завтра же понедельник. И тебе на работу.

Он прошел к входной двери, она стояла за спиной и кусала губы, потому что очень хотела, чтобы он обернулся и задержался хотя бы на пять минут. Но так стыдно было говорить об этом вслух.

— Лаура, — все-таки повернулся он.

— Лёша.

И сама не поняла, как оказалась в его объятиях, как потянулась к его губам и сначала застыла, а после впустила его, обняла за шею, царапала затылок и тихонько возрождалась от счастья.

Вскоре он отпустил ее и тяжело дыша, коснулся ее лба своим.

— Ты мне очень нравишься, — признался.

— Ты мне тоже.

— Может, попробуем?

— Давай. Только тебя не смущает, что я мать-одиночка?

— Нисколько, — усмехнулся он. — А тебя не смущает, что я разведен, воскресный папа, плачу алименты, много работаю и только недавно закрыл ипотеку за двушку?

— Абсолютно не смущает, — с уверенностью ответила, глядя ему в глаза.

Этих слов хватило, чтобы вновь притянуть ее к себе и поцеловать так сильно, что у обоих едва не сорвало предохранители.

Глава 28. Плохие новости

Лаура на время забылась, успокоилась. почувствовала, что в сердце возвращается то забытое, зыбкое чувство, которое она давно похоронила. Самой себе не решалась в этом признаться, но каждый раз, когда физически ощущала свое сердце, останавливалась, пыталась продлить этот момент и таяла от радости. Она вспоминала его.

После воскресенья Леша писал ей по утрам и звонил по вечерам. Уложив Армана, она пряталась на кухне, смотрела на темные силуэты деревьев и одинокий месяц в небе, и слушала его глубокий, приятный голос. Говорили обо всем на свете, и не видя друг друга, привыкали. Да, она забылась, и это было ее ошибкой.

Уведомление из суда пришло в среду. Она сначала подумала, что это опять мошенники просят назвать какой-то код. Но потом вчиталась и в глазах потемнело. Как и положено, текст сначала шел на казахском, потом на русском. В конце был указан день предварительного слушания и адрес гражданского суда. Он все-таки это сделал. Начал наступление.

Ладони задрожали и вспотели, она чуть не выронила телефон из рук. Потом села на диван, сложилась пополам, обхватила ноги, опустила голову и закричала от бессилия. Лаура сразу поняла, что это конец. У него сильные юристы — она помнила это по разводу. Суд явно будет на его стороне и заставит ее сделать ДНК-тест.

Резко распрямившись, она схватила телефон и начала искать номер адвоката по семейным делам, который дал Лёша. Нажав на кнопку вызова, Лаура прижала мобильный к уху и долго слушала гудки. А потом, наконец, трубку взяли.

— Слушаю?

— Здравствуйте, Мансур. Простите, я не знаю вашего отчества.

— Здравствуйте. А это кто?

— Я от Алексея Борисовича Чадова. Он дал ваш номер, сказал, вы сможете помочь

— А, — ей показалось, что он даже обрадовался. — От Алексея Борисовича. Да, он предупреждал. Конечно, я вас слушаю.

Она вкратце пересказала ему все, что случилось. Он задавал дополнительные вопросы, потом немного помолчал и ответил:

— Так, Лаура, я сейчас посмотрю свой график и включу туда ваше слушание. Но надо будет встретиться до него. На предварительном вас обяжут провести экспертизу. Но сразу скажу, что судам рекомендовано учитывать тест как одно из доказательств. О других мы поговорим с вами позже. Однако от экспертизы лучше не уклоняться, потому что чревато последствиями. Неявка и отказ от экспертизы могут быть истолкованы не в вашу пользу. Кроме того, учитывайте, что генетическая экспертиза может быть назначена повторно.

— Мансур, — дрожащим голосом произнесла Лаура. — А у меня могут отобрать сына? Я знаю возможности бывшего мужа. Я… очень боюсь.

— Нет, не волнуйтесь. Отбирают ребенка у родителя только в случае угрозы жизни или здоровью ребенка. И только если факт такой угрозы будет доказан в суде. Я потом вам подскажу, что нужно собрать: больничную карту, что ребенок здоров, если ходите в детский сад или развивашку, попросим воспитателей написать характеристику на вас и ребенка. Но…

— Боже, есть еще “но”, — всхлипнула Лаура. Она уже понимала, что выхода у нее нет. Кадыр все это время планировал нападение, выжидал. Он изучил закон и знал, что сможет надавить на нее.

— “Но” есть всегда. Будьте готовы, что суд все-таки признает отцом вашего бывшего мужа и определит часы