Измены наших любимых - Лия Султан

— Ты был хорошим учителем. Я выучила твой урок на отлично. Той Лауры больше нет. Она умерла.

Кадыр был вне себя от гнева. Желваки на скулах вздулись. Он сжал пальцы правой руки в кулак и накрыл их левой ладонью. Весь натянутый, как струна, которая вот-вот лопнет. И это неизбежно.

Лаура больше не слушалась его. Она не была влюбленной женщиной, чьи глаза загорались, когда смотрели на него. И Кадыру только сейчас стало ясно, что у него нет над ней власти. Но как это будоражило его, как заводило. Непокорная. Непримиримая. Женщина, родившая ему сына. Ставшая еще красивее, чем прежде.

— Любой суд обяжет тебя сделать тест, — его слова расходились с тем, что он чувствовал сейчас . — И тебе лучше пойти мне навстречу, если не хочешь войны.

— Значит, будет война, — прошипела она и встала.

Лаура взяла со стола ноутбук, положила его в сумку и прошла мимо него. На выходе из ресторана ее нагнал официант. Только тут она поняла, что не расплатилась, полезла за кошельком и вытащила купюру.

— Сдачи не надо, — бросила она на ходу и покинула заведение.

Она чувствовала, что он смотрит ей вслед. В ушах все еще звенели его слова и угрозы. Дойдя быстрым шагом до конца улицы, она повернула направо и прислонилась к кирпичной стене старого дома. Слёз не было. Но тело по рукам и ногам сковал страх, хотя она и знала, что правда на ее стороне.

Внезапно в сумке зазвонил телефон…

Глава 25. Доктора

— Да, Лёша, — сказала она резко и тут же ударила себя по лбу. Это неправильно, так нельзя.

— Я не вовремя? — опешил Чадов. — Мне перезвонить?

— Нет, простите, Лёша. Вы ни при чем.

— У вас что-то случилось? — спросил он тише.

— Всё хорошо. Не берите в голову.

Она удивилась тому, как его приятный голос на нее действует. Успокаивает, обволакивает, заземляет. За четыре года по работе она много общалась с разными мужчинами: продюсерами, сценаристами, операторами, режиссерами, актерами. Но оставалась подчеркнуто отстраненной, хоть и дружелюбной.

С доктором всё с самого начала пошло по-другому с того момента, как он поймал ее на лестнице. Контакт, интерес, притяжение, необъяснимое желание поймать на себе взгляд его добрых глаз. Она ведь дала себе слово больше не делать этого! Не открываться мужчинам, не показывать им своих чувств, не быть уязвимой.

Но еще вчера, после его звонка, она поняла, что согласилась на встречу, потому что он ей понравился. Потому что неосознанно она хотела, чтобы Лёша ей позвонил.

— Я что звоню? Мы с вами вчера не договорились о времени и месте. Я хотел предложить, как на счет трех часов. И я могу за вами заехать.

Лаура улыбнулась, подняла голову к безоблачному синему небу и прикусила губу.

— Давайте в три. Я буду у подруги, скину вам адрес.

— Отлично, — он сделал паузу и добавил также тихо, будто скрывался от кого того:

— Лаура?

— Да?

— Берегите себя.

— Спасибо, Лёша.

Когда звонок прервался она еще несколько секунд стояла, прислонившись к стене и прижав телефон к плечу. Дыхание выровнялось, стало намного легче, но тревога все еще никуда не ушла. И Лаура понимала, что теперь, после появления в ее жизни Кадыра, она будет с ней всегда. По крайней мере пока она не решит, что делать.

* * *

Махаббат в субботу была дома. Она специально взяла небольшой отпуск, чтобы побыть с сыном после операции. Умка уже спокойно ходил, только в футбол пока не играл. В субботу Лаура приехала к подруге с тортом в знак благодарности за то, что та согласилась посидеть с Арманом.

— Подгончик, — похлопала Маха в ладоши. — Пойдем пить чай и расскажешь мне про нашего милого доктора.

— А ты мне ничего не хочешь рассказать про своего милого доктора? — сказала Лаура, проходя за ней на кухню.

Мальчики уже убежали в зал, где распаковали новую машину, привезенную Лаурой для Умки.

— А? — наигранно переспросила Махаббат.

— Бэ. Колись, Маха, нравится тебе Дамир.

Махаббат стояла лицом к кафельной плитке и спиной к Лауре. Она вытащила нож из полки не спешила поворачиваться.

— Это было так заметно?

— Мне — да, я подмечаю такие вещи. Это профдеформация.

— Чёрт! — захныкала она и повернулась, сжимая в руках черную рукоятку. — Я так боролась с этим чувством. Я дурочка, да?

Лаура встала перед ней и осторожно забрала нож.

— Почему?

— Потому что мы были у него на осмотре вчера. Дамир Хамитович сказал нам показаться в конце недели. И мы…

— И вы…

— Мы друг на друга посмотрели. Я не знаю, как так вышло, — она виновато прижала ладони к щекам. — Но он начал мне говорить о рекомендациях и при этом смотрел мне в глаза. А у меня вот здесь, — она прижала руку к сердцу, — что-то шелохнулась. Ты же писатель, как ты красиво это называешь?

— Сердце учащенно забилось. Ёкнуло. Едва не вылетело из груди.

— Именно так. Я такое чувствовала, но очень давно. К своему мужу.

— Но это же прекрасно, Маха. Это очень хорошо. Значит, ты живая. Ты снова чувствуешь.

— Это еще не всё, — отчаянно вздохнула она. — Дамир Хамитович позвонил вчера вечером и предложил встретиться.

Лаура удивленно вскинула брови. Дамир всегда был для нее очень серьезным, хмурым и немногословным. Она-то улыбку его впервые увидела только несколько дней назад и именно тогда, когда рядом стояла Махаббат.

— И?

— И я согласилась. У нас завтра свидание, Умку я оставлю у мамы с папой.

— Так это же здорово, Маха! Он же тебе нравится, я видела.

— В том-то и и проблема, что он мне нравится. И я видимо тоже ему нравлюсь, но…

— Ну вот опять, — всплеснула руками Лаура. — Что еще за “но”?

— Алдик… Он ведь был единственным мужчиной в моей жизни. Первым и единственным. Самым лучшим, — Махаббат посмотрела в сторону и поджала губы. — Всё это время я ни на кого не смотрела, у меня даже мысли такой не было, я жила только сыном, потому что у меня уже была любовь и я думала, это навсегда.

— То есть ты даже не допускала мысли, что можешь еще раз полюбить?

— Да! Я думала, думаю, — девушка пригладила ладонями волосы, собранные хвост, — я думаю, что предаю память об Алдике.

Лаура несколько секунд удрученно посмотрела на подругу, а потом обняла ее и прошептала в ухо.

— Твоего мужа нет уже больше шести лет. Ты была ему прекрасной женой, ты самая лучшая мать для его сына.