Взрыв - Э. К. Хантер

— Или, может быть, тебе следует дать мне шанс объяснить, как я тебя просил, — парировал он, его гнев становился все более очевидным с каждой секундой. Схватив меня за руку, он рывком привел меня в сидячее положение, прежде чем помочь выбраться из багажника, не расстегивая другой наручник.

— Или, может быть, тебе вообще не стоило притворяться мертвым! — я закричала, мой голос потонул в ночном воздухе. Только теперь, когда я выбралась из багажника, я поняла, где мы находимся. — Какого черта мы на аэродроме?

Я повернула голову, чтобы осмотреться. Это был всего лишь небольшой аэродром, который наводил меня на мысль, что он частный, похожий на тот, с которого мы с Энджел летали, когда отправлялись во Францию.

— Вы двое закончили флиртовать? Нам действительно нужно идти, — произнес знакомый голос. Я обернулась и увидела Эша, стоящего в дверях маленького самолета с широкой улыбкой под густой бородой.

Я не видела его с тех пор, как ушла из клуба, обнаружив, что Кай жив, и хотя никто не подтвердил, что ребята из Apollo знали, что Кай жив, в глубине души я знала, что они знали. Мое плохое настроение упало еще больше, если это было возможно.

Воспользовавшись моментом, когда я отвлеклась, Кай схватил меня за свободное запястье и снова защелкнул на нем наручник.

— Что, черт возьми, ты делаешь? Отпусти меня! — я взвизгнула. По крайней мере, на этот раз мои руки были прикованы наручниками спереди.

— Нет. — Он схватил меня за предплечье и потащил к лестнице, ведущей в самолет. Я попыталась высвободиться из его хватки, и когда это не сработало, я начала волочить ноги, что было нелегко сделать в тех дурацких ботинках, которые на мне были.

— Кай! Я не сяду в этот самолет!

Он резко остановился, и его рука переместилась с моей руки на цепочку между металлическими браслетами, где он схватил ее и притянул меня к своей груди.

— Позволь мне заверить тебя, звезда, что ты уже садишься в самолет. Теперь ты можешь либо идти, либо я могу нести тебя, выбор за тобой, — угрожающе прошипел он, в его глазах светилось раздражение.

Было очевидно, что у меня не было выбора. Я не только была в наручниках, но и находилась неизвестно где и понятия не имела, где нахожусь. В лучшем случае, я могла бы пнуть Кая в голень и убежать, но это не продвинуло бы меня далеко. Но Кай мог бы трахнуться, если бы думал, что я собираюсь облегчить ему жизнь.

— Я не сяду в самолет, — сказала я сквозь стиснутые зубы, убедившись, что он услышал яд в каждом слове.

Довольная улыбка тронула его губы, когда он возвышался надо мной, но я не протестовала, когда он снова перекинул меня через плечо и помчался вверх по лестнице. Какой в этом был смысл?

— Привет, Райли, — весело сказал Эш, отступая в сторону, чтобы пропустить нас.

— Пошел ты, — прошипела я, отмахиваясь от него, когда мы проходили мимо, но, как и большинство придурков в моей жизни, он только усмехнулся. Мне действительно нужно было придумать несколько оскорблений получше.

Кай пронес меня через весь самолет, но вместо того, чтобы остановиться у кресел, он отнес меня в хвостовую часть, где пинком открыл дверь, и следующее, что я осознала, это то, что меня швырнули на кровать.

Прежде чем я успела вскочить с кровати, Кай набросился на меня. Он оседлал меня и схватил за руки, прежде чем заломить их мне за голову. Я попыталась сопротивляться, когда поняла, что он пытается сделать. Этот ублюдок пытался отстегнуть одно запястье, чтобы приковать меня наручниками к изголовью кровати.

Ни за что на свете я не собиралась позволить ему сделать это без борьбы.

Я извивалась под ним, пытаясь сбросить его с себя, но Кай был сплошной грудой мышц.

— Прекрати, блядь, драться, Райли, — прошипел он, когда мне удалось высвободить руку из его хватки, с полным намерением ударить его кулаком в лицо. Моя победа длилась всего две секунды, прежде чем он снова схватил ее и швырнул на подушку.

— Отвали от меня нахуй! — закричала я, когда он коленом прижал мою руку к полу и ухитрился зацепить наручники за спинку кровати.

— Ты могла бы сделать это простым способом, жена, но вместо этого тебе пришлось быть упрямой маленькой шалуньей, — сказал он, снова успешно застегивая металлический браслет на моем запястье.

Мое сердце упало, когда я потянула за ремни и обнаружила, что оба запястья были в наручниках, а я была привязана к чертовой кровати. Кай встал, его грудь вздымалась от того, что он удерживал меня, и он возвышался надо мной, ярость сверкала в его темных глазах.

— Я вернусь, когда мы будем в воздухе и сможем поговорить, — сказал он, и хотя его голос был спокоен, я знала, что он в ярости.

— Не утруждай себя, блядь, мне нечего тебе сказать, — усмехнулась я, слезы разочарования выступили у меня на глазах.

Он некоторое время смотрел на меня, его глаза шарили вверх-вниз по моему телу, там, где мое платье задралось во время нашей драки, прежде чем он покачал головой и выбежал вон, оставив меня наедине с моим гневом.

Вскоре после ухода Кая двигатели с ревом ожили. Маленькая шторка в спальне была закрыта, не давая мне видеть, что происходит снаружи, но мне и не нужно было видеть, чтобы почувствовать, как самолет начал громыхать по взлетно-посадочной полосе, прежде чем мы в конце концов взлетели.

Потребовалось несколько минут, чтобы мое дыхание успокоилось после того, как я была так чертовски зла. Какого черта Кай не мог уважать мои желания и оставить меня в покое? Я не хотела слышать, что он хотел сказать, мне было все равно. Я была непреклонна в том, что независимо от причины нелепого решения притвориться, что он мертв, я не собиралась его прощать.

Означало ли это, что я могу уйти от Кая? Скорее всего, нет. Мужчина ни за что не согласился бы на развод, и если бы я попыталась сбежать, он бы нашел меня. Но альтернативой было принять то, что он сделал, а он причинил мне слишком сильную боль, чтобы сделать это.

Разочарованный всхлип вырвался из моего горла от чувства беспомощности, охватившего меня. Я ненавидела чувствовать себя беспомощной, ненавидела чувство загнанности в угол, из которого нет выхода.

Но я так устала. Устала от постоянного ощущения, что борюсь