Травница и витязь - Виктория Богачева

— Он сотник княжеской дружины, — напомнила воительница. — И давно уже не мальчишка. Женат, детишек завел.

— Мне по зимам мог приходиться сыном, — Буривой продолжал подтрунивать над нею.

— Не такой уж ты старый! — Чеслава несильно стукнула мужа кулаком по груди, а тот жарко выдохнул, понизив голос до грудного шепота.

— И то правда. И умею побольше любого сопляка.

Муж хотел развеселить ею, она разумела. И улыбалась ему, и смеялась, но стоило забраться в седло и поглядеть на наместника Велемира, как дурные мысли вновь к ней вернулись. Но, по меньшей мере, нынче с ней ехало на пять справных кметей больше.

— Отыщи моего сына, Чеслава, — попросила на прощание Звенислава Вышатовна, вышедшая на гульбище, чтобы их проводить.

За одну ночь лицо ее осунулось, сильнее проступили морщины на лбу и возле носа. Но в глазах не было слез, а взгляд оставался требовательным и цепким. Она давно не была уже испуганной девчонкой, привезенной в ладожский терем, чтобы стать женой нелюбимого.

— Конечно, отыщу, — пообещала воительница, и теперь, трясясь в седле, искоса поглядывала на хмурого наместника Велемира.

Тронув пятками коня, она нагнала его. Большак пролегал сквозь многочисленные поселения, что окружали Ладогу. Люди выходили к дороге, чтобы поглядеть на них, поклониться, когда узнавали в конных путниках дружину князя Ярослава.

— Расскажи еще раз, где княжича потерял да где искал, — велела Чеслава Велемиру, и по его лицу нельзя было сказать, что слова не пришлись ему по нраву.

Скучным голосом он принялся сызнова все перечислять. Воительница слушала внимательно, но прицепиться было не к чему. Наместник говорил все ровно так же, как и в самый первый раз. Ни разу не сбился и не запнулся.

— Князь с тебя спросит, — Чеслава рассудила, что стоит попытаться иначе, — что старшего княжича упустил.

— Как господин решит — так и будет, — и вновь покладисто кивнул наместник. — Лишь бы Крутояр Ярославич сыскался, но...

И Велемир замолчал, как если бы хотел что-то сказать, но передумал.

— Что «но»? — тотчас взъелась Чеслава, которой его увертки стояли поперек горла.

— Но за те речи, что вел о своем отце княжич, спросят и с него. А ведь болтают, что старшего сына Ярослав Мстиславич не жалует...

Воительница закашлялась, подавившись воздухом. Уж всякого она повидала в жизни! Ни у кого не повернется язык обвинить ее в трусости али в слабости, но нынче пришлось ей крепко сжать поводья и остановить кобылку, чтобы в себя прийти.

— Кто о таком болтает?! — просипела она, когда вновь смогла дышать.

— Да все, — наместник развел руками. — Мы же близко к Новому граду, из него частенько слухи долетают.

— Ты что, девка дурная, чтобы верить чужим лживым наветам? — Чеслава покачала головой.

Сперва хотела она вступиться за князя и его старшего сына, но, подумав немного, решила смолчать. Лишь усмехнулась криво и цокнула языком.

— Да коли иначе все, я первым рад буду! — горячо воскликнул наместник. — Но разве ж неправда, что грядущей весной князь замыслил сына в Степь услать? А ведь в Новом граде ждали, что к ним направит, Стемиду Ратмировичу в подмогу.

— Что князь решил — не нашего с тобой ума дело, — сурово отрезала Чеслава.

Но грудь царапнула тревога. Слишком уж много чужих людей ведало, что творилось внутри стен ладожского терема. Ведь Ярослав Мстиславич и впрямь хотел Крутояра отправить в Степь. Погостить у дядьки, поднатореть в битвах с хазарами, пожить своим умом, вдали от отца-князя. Выходило, об этом прознали все кому не лень.

Лицо Чеславы потемнело, когда подумала она, что же еще просочилось сквозь плотно уложенный сруб?..

— Ты права, воительница, — согласился наместник Велемир, но легче на душе у нее не стало.

— Ну, будет об этом, — она заставила себя растянуть губы в лживой улыбке. — Сперва надобно княжича живым — здоровым отыскать. Там уж видно будет.

Велемир кивнул несколько раз.

— Уже через два дня доберемся и тотчас отправимся к берегу.

— К берегу? — оторопело переспросила Чеслава.

— В лесу княжича уже ищут. Я помыслил, он и кмети могли добраться до воды, там ведь как раз деревья выходят к обрыву. А вот вернуться оттуда уже тяжелее. А вдруг они застряли? — Велемир пожал плечами и пятерней растрепал волосы на затылке.

Мол, рассуди уж сама, верно ли я решил.

И так и эдак вертела Чеслава его слова, но ничего дурного в них не нашла. Напрочь, звучали они разумно, она бы и сама так поступила, коли искала бы княжича в одиночку.

— Добро, — помедлив, кивнула воительница. — К берегу так к берегу. С него начнем. А там лес проредим и уже с отрядом воеводы Стемида встретимся.

— Али вовсе княжича сыщем! — весело подхватил Велемир, и она даже улыбнулась.

Но вечером, устраиваясь на ночлег, велела никому не снимать брони и спать при оружии. Изумленному же Велемиру сказала, что взяла с собой кметей, что еще недавно были отроками, и хочет их уму-разуму поучить. Наместник, кажется, успокоился. Даже покивал с ухмылкой. Мол, помню-помню, сам не так давно ходил в свой первый поход.

Вечер и ночь прошли спокойно, утро встретило их солнцем и прохладой, что тянулась от земли. Пока собирали лагерь, Чеслава скользила внимательным взглядом по людям наместника. Ладожских кметей втрое больше.

Все будет хорошо. Нужно и впрямь думать лишь о Крутояре, а с остальным разберутся опосля.

Второй спокойный день еще больше убедил ее в правильности решения. Но приказа своего отменять не стала, и кметь вновь ночевали в броне и при оружии.

Так и пролетело время, и вскоре добрались они до небольшого удела наместника Велемира, углубились в лес и вышли на берег, к морю.

И тогда Чеслава увидела норманнские драккары с вражескими парусами.

Они бы успели сбежать.

Вот только никогда прежде Чеслава не бегала от битвы.

Заметив драккары, она даже испытала облегчение. А когда на лице наместника Велемира мелькнула злорадная усмешка, то воительнице и вовсе сделалось весело. С души упал огромный груз. Больше не нужно было ходить вокруг да около, сомневаться в себе да своих помыслах, корить, что возводишь напраслину на человека, которому сам князь доверял.

Все стало ясно, и Чеслава накрыла ладонью рукоять меча.

Помимо усмешки, на лице Велемира отразилось еще и сомнение. Он никак не ожидал, что воительница возьмет с собой еще воинов из Ладоги, и что окажутся они в меньшинстве. Норманнские драккары же, пусть и показавшиеся на горизонте, запаздывали. Начинать битву придется без них.

Но наместник не хотел умирать. И потому он сказал.

— Сложите мечи, Чеслава. И