Волшебный ресторан, фиктивный брак в придачу - Софья Романцова

– Ты сказал, сын тоже получил магический удар?

Я чувствую запоздалый страх. Малыш, кроха, еще даже не родившийся!

– Ну тихо-тихо, – успокаивает меня муж, поняв, что я напугана. Прижимает меня к себе теснее, баюкает. – Малыш почувствовал, что происходит что-то нехорошее, и сумел подать мне сигнал. Я настроился на него, когда открывал портал к вам. Ты ведь помнишь, что магические способности нашего сына уже практически полностью сформированы?

Киваю.

– Так вот. Магия нашего малыша – зеркало. Он отражает любой магический удар, направленный в его сторону. Это нередкий вид магии, но настолько сильное зеркало я вижу в первый раз. Кстати, дед тоже. У Констанции был очень сильный артефакт, он убил бы тебя в секунду. Сын спас тебя.

Мартин кладет ладонь мне на живот, прямо поверх моей руки. Его рука твердая, уверенная и сильная.

Я мысленно шепчу слова благодарности и любви сыну – и он отвечает потоком любви и тепла.

50

Мартин

Проходит две недели.

Спокойные дни и вечера. После недавних событий спокойствие временами кажется мне обманчивым, но я гоню от себя эти мысли.

Завтракаем мы обычно вместе с Габби, и она варит мне свой замечательный кофе.

Ужинаем чаще всего дома.

Сейчас нет поводов задерживаться в канцелярии, и я возвращаюсь до заката. Мы с Габби или гуляем недолго в парке, или сидим в беседке в нашем саду. Говорим обо всем на свете, а если молчим, то молчание комфортное и уютное.

Габби рвется в ресторан. Она была там два раза, но не готовила, конечно. Я все же прошу ее реже выезжать. Настаивать не могу, прошу нежно, но твердо. Мне кажется, ей еще нужно набраться сил.

Через два дня состоится торжественный прием во дворце. Эрик, Армэль и я представлены к государственным наградам за раскрытие заговора против Короны. Вместе с нами в списках на награждение еще пятнадцать человек – сотрудники канцелярии, оперативники и агенты. Я, Эрик и Армэль награждены орденом Единства. Это самая высокая награда в нашем государстве. Он представляет собой золотой диск с выложенной на нем бриллиантовый восьмиконечной звездой и дается за выдающиеся заслуги перед королевством. Восемь лучей знаменуют собой лучшие качества награждаемого и веру в его будущие свершения.

Армэль к тому же запросил личную аудиенцию у монарха, и тот дал согласие.

Мы с Эриком поинтересовались, почему Армэлю понадобилась аудиенция. Он кратко ответил, что обратится к монарху с просьбой, а нам все расскажет после.

После церемонии мы с друзьями уговорились пообедать в ресторане у Габби. Она сказала, что устроит нам небольшой, но душевный праздник и обещала лично приготовить фирменный десерт – крем-брюле.

Церемония награждения проходит с торжественной строгостью. Король лично прикалывает ордена всем награжденным и благодарит за верную службу.

«Служу Короне!» – отвечаем мы. И для нас это не просто слова.

Габби

После раскрытия заговора Мартин потихоньку расслабляется.

Суровость и жесткость, которые вышли на первое место в те сложные недели, медленно уступают место обычной озабоченности и твердости, естественной для чиновника такого ранга.

Я узнаю прежнего Мартина и в то же время отмечаю, как он изменился. Муж стал еще более внимательным и нежным со мной, только теперь в его отношении ко мне наряду с заботой читается страх за меня, желание оградить от всего, защитить от любой опасности, пусть даже воображаемой.

За раскрытие заговора Мартин, его друзья и коллеги представлены к наградам.

После церемонии во дворце я устраиваю в ресторане небольшой прием для самых близких. Меню я составляла несколько дней и, надеюсь, угодила всем.

Холодные и горячие закуски – рулетики, канапе, запеченные и свежие овощи, паштеты, домашние колбасы, фаршированные шляпки грибов. На горячее теплый салат с ростбифом, рыба с травами и ягненок на вертеле. Десерт не менее обильный. Помимо крем-брюле будет ассорти из молодых сыров, мороженое и фрукты.

Приготовить все блюда сама я, конечно, уже не смогу, но непременно побалую гостей десертом – там самым Королевским крем-брюле. Оно, кстати, пользуется невиданной популярностью.

Друзья уже на месте и отдают должное аперитивам. С небольшим опозданием прибывает Венсан (он неимоверно горд за внука) и с ним мама Мартина.

Граф целует мне руку, тепло обнимает Мартина, хлопает по плечу.

Поздравляет Эрика и Армэля.

– Мартин, сынок! – леди Оливия подходит к столу и раскрывает объятия.

Мартин едва не роняет бокал с игристым от непривычно взволнованного тона матери и этого жеста.

– Мама…

Обнимает ее и вопросительно смотрит через ее плечо на деда. Венсан выдает в ответ небольшую пантомиму – поднимет брови, пожимает плечами и улыбается.

А следом леди Оливия поворачивается ко мне.

– Доброго дня, графиня… Габриэлла. Прекрасное место! – говорит, глядя по сторонам. Подмечает каждую мелочь. – У вас тут все очень изысканно.

– Благодарю, леди Оливия, – наклоняю голову.

Мама Мартина первый раз в моем ресторане. Что мешало ей прийти раньше, интересно? А вдруг пришла оттого, что решила, что после визита монарха и ей не зазорно посетить мое заведение?

Думаю, страх за сына и инстинктивная материнская любовь все-таки перевесили снобизм и высокомерие этой леди. Надолго ли? Посмотрим.

Вечер проходит легко и приятно, он наполнен искренней радостью, смехом и добрыми пожеланиями. Повара сегодня расстарались на славу, каждое блюдо собирает комплименты. А крем-брюле… «вершина вкуса, экстаз, восторг в чистом виде!» – так выразился Венсан.

Я немного устала и уезжаю раньше. Мартин порывается сопровождать меня, но я уговариваю его остаться – это его с друзьями праздник.

Перед отъездом я не забываю поблагодарить ресторан за приятный вечер и вкусную еду.

– Спасибо за все! Ты прекрасен! Видишь, как довольны гости? – мысленно обращаюсь к нему.

Когда Мартин возвращается, я еще не сплю.

– Благодарю за чудесный прием, милая, – целует мне руку, потом обнимает и целует в макушку. – Соскучился по тебе, – признается легко. Опускается ниже, к губам, и мы замираем в долгом чувственном поцелуе.

Перед самым сном замечаю, что Мартин то ли усталый, то ли немного грустный или озабочен чем-то. Интересуюсь, все ли в порядке. Я все-таки беспокоюсь за него.

Он вздыхает.

– Думал, завтра расскажу. Но что уж теперь… Армэль уезжает.

– Уезжает? Куда же? – я чувствую мгновенный укол печали в сердце. Армэль больше не говорит мне о своем чувстве. Наша с Мартином любовь видна всем, она явная и искренняя, и сомневаться в ней