Волшебный ресторан, фиктивный брак в придачу - Софья Романцова

– Он попросил короля включить его в состав нашего посольства в Лангаллии. Монарх ответил согласием.

– Лангаллия? – изумленно моргаю.

Наш южный сосед. Из школьного курса географии помню, что граница с Лангаллией у нас достаточно протяженная. Что еще я знаю об этой далекой стране? Горы. Степь. Жаркое лето и суровая зима. Сильные ветра. Непривычный для нас жизненный уклад, непростые нравы. Население – потомки кочевников, сильные смелые воины, благородные и отчаянные. Раз дав слово, от него не отступят.

– Да, – Мартин снова вздыхает и говорит печально: – Как же это далеко…

Я понимаю его печаль. Трое друзей с детства вместе, стали друг другу почти родными.

Я не спрашиваю, что заставило Армэля принять это решение. Мартин отвечает на мой невысказанный вопрос.

– Армэль давно хотел испытать себя, поставить себя в непривычные, даже тяжелые условия. В нашем посольстве в Лангаллии, надеюсь, он сможет найти применение своим способностям и знаниям. Образование у него блестящее.

– Непросто ему там придется.

– Знаешь, милая, если Лангаллия станет нашим верным союзником, это будет лучшее, чего добьется Армэль на дипломатическом поприще. А парень он упорный.

Я засыпаю не сразу, все-таки сегодняшний день был очень насыщенным.

Мне снятся горы, вершины которых скрыты облаками, и продуваемая всеми ветрами степь.

51

Габби

Несколько следующих месяцев прошли в привычных хлопотах.

Дом, ресторан, новые рецепты.

Армэль уехал, закатив на прощание шумную вечеринку и пообещав часто писать

В положенный срок я родила. Как и говорил Мартин, роды прошли легко. Уже через три часа счастливый отец держал на руках сына, целовал и агукал с ним, а тот внимательно смотрел на папу крохотными бусинками глаз. Я думала, что заплачу от этой картины, но нет – невыразимая радость словно омывала меня изнутри, унося все плохое и восполняя силы. Хотелось смеяться, петь и танцевать, я была уверена, что сил у меня хватит. Это ощущение радости так и не покинуло меня. Оно переросло в стойкую уверенность в том, что все будет хорошо и что у судьбы непременно еще припасены для нас подарки.

Мы назвали сына Венсаном в честь прадеда. Старик был несказанно тронут. Он навещает правнука каждый день, гуляет с ним, подолгу держит на руках и о чем-то рассказывает.

Мои родители несколько раз приезжали в гости, правда, сильно робели. Внук их совершенно очаровал, мама даже всплакнула пару раз на радостях.

Армэль пишет каждую неделю.

Рассказывает о Лангаллии, описывает ее жителей, их странные, как ему кажется, привычки и необычные блюда. Письма яркие и живые, мы с нетерпением ждем каждой новой весточки от друга.

«…а еще как-то на приеме принесли нам чай с молоком. Беру пиалу – это такие маленькие мисочки, как чашки, только без ручек – отпиваю. Ба, а чай-то соленый! Чуть не выплюнул. Думаю, разыграть меня решили, что ли? Пришлось выпить до конца, прием все-таки. Потом уже узнал, что так и пьют чай, с молоком и солью. А иногда – веришь, нет? – еще и масло добавляют! Непривычно, но…»

«…Знаешь, как прекрасна цветущая степь? Конца-края не видно, а ты несешься по ней на горячем коне, свободный, как ветер…»

«…Дороги здесь, конечно, такие… можно сказать, что никакие. Потому что иногда их просто нет».

Ресторан стал популярным и модным местом.

Каждый день зал его полон, и ни один посетитель ни разу не ушел недовольным.

Я по-прежнему сама готовлю несколько блюд два вечера в неделю. Мне нисколько не тяжело, само место, по-моему, напитывает меня силой при каждом визите.

Многие посетители приходят, чтобы отведать блюда «от графини» – я с удовольствием продолжаю их изобретать. Книга рецептов никогда не ошибается в выборе блюд для гостей, подсказывая самые верные и нужные. Моя магия отлично взаимодействует с фамильной магией рода де Лебре, я чувствую книгу практически как продолжение себя. За время брака с Мартином, а особенно после рождения сына мой магический резерв заметно увеличился, магия стала более чуткой, отзывчивой и глубокой.

Мартин окружил меня любовью и заботой, словно теплым облаком. У нас появилась няня, поэтому я и могу уделять достаточно времени ресторану.

Как-то днем Венсан-старший приехал не один. За ним, явно чувствуя себя не в своей тарелке, вышагивала леди Оливия. Граф сразу схватил правнука на руки, а бабушка неловко протянула малышу большую книгу с яркими картинками.

– Я знаю, ты не умеешь еще читать…

И вертит книгу перед его лицом.

– Но ведь мама или папа могут читать тебе, а ты будешь смотреть картинки. Вот погляди, какие тут картинки! – говорит уже увереннее и раскрывает книгу. Это книга-панорама, картинки объемные, они распрямляются и поднимаются, когда переворачивают страницы.

Я замираю от восторга. Я о такой книге мечтала в детстве, но стоила она слишком дорого, родители считали ее «непрактичным подарком». Знаю-знаю, кто будет читать сыну сказки!

Сыночку тоже нравится. Он радостно агукает и тянет ручки к бабушке.

– Вот и хорошо… мой дорогой… – леди Оливия произносит эти слова так, как будто ей сложно их выговорить, как будто она давно отвыкла говорить тихо и нежно.

Она приезжает на следующей неделе. Одна. Я подаю чай, и мы пьем его в саду. Малыш спит рядом в коляске. Беседа у нас не очень клеится. Говорим о погоде, о розах, о модных шляпках. Венсан просыпается. Открывает глазки, сладко зевает и, увидев бабушку, восторженно взвизгивает и улыбается ей.

– Ты рад мне, да?

Голос у леди прерывается, я вижу слезы у нее в глазах, вот одна уже ползет по щеке.

Леди Оливия торопливо встает и бормочет:

– Ну все, мне пора, еще много дел в городе. Пока… милый! До свидания, Габриэлла. Нет-нет, не провожай меня.

Уходит быстрым шагом не оборачиваясь.

Вечером я рассказываю Мартину о визите его матери и говорю, что, кажется, малыш немного растопил ее сердце.

– Да-а, он у нас такой! – улыбается муж.

А я знаю, что он улыбается он еще и оттого, что понемногу начинают налаживаться отношения с матерью. Холодность и пренебрежение леди Оливии печалили его, и я радуюсь, что этот камень упал с его души.

Мне хорошо, когда хорошо Мартину. Я спокойна, когда спокоен он. Как истинные половинки одной души, мы живем и чувствуем в