Фамильяр с подвохом - Александра Ибис

- Это, кажется, город, - прокомментировала.

От ворот вглубь вела мощёная дорожка, впереди виднелась широкая улица, окружённая невысокими домиками, кажется, там были вывески лавок и кафе. Правда, всё вокруг всё ещё оставалось тихим, а отвратительный запах неясного происхождения никуда не исчез.

- Город? Скорее спрятанная ошибка, - не согласился подошедший ко мне Титарий. – Там есть кто живой?

- А ты сам не видишь? – я жестом ткнула на проход пред нами.

- Нет, - последовал ядовитый ответ. - На мне нет чудесной форменной мантии столичной академии.

Я открыла рот для вопроса, но стремительно, не желая выставлять из себя недоразвитую девицу, захлопнула его. К тому же, я сообразила, что он имел в виду, и ощупала форменную мантию с интересом, который не был столь велик прежде. Так значит, одёжка давала не только плюшки, вроде статуса и тепла, она являлась артефактом с занимательными свойствами! Чтобы проверить своё предположение, я стянула верхнюю форму – и убедилась, что без неё стена снова выглядела неприступной.

- Да ну? – покачав головой, я ощупала то место, в котором видела проход, и ладонью упёрлась в стену. То есть, невидимость прохода была даже не иллюзией, которую мантия развеивала. Моя форменная накидка являлась ключом от дверей!

- Как ты догадался, что мантия покажет дорогу? – обернулась я к Гарри, который был тем, кто столь настойчиво предлагал мне одеться.

Повелитель мёртвых скромно потупился и напомнил:

- Жил здесь годы. В этом мире. До того, как умер.

Ох, точно! Из-за того, что, в отличие от других обитателей этого мира, Гарри мне действительно нравится, легко было забыть, что он пожил и поработал на здешних колдунов, пока не умер и не стал личом. Впрочем, он здесь не родился, так что его выраженное добродушие объяснимо.

- Значит, какая-то часть тебя былого подкинула воспоминание? – воодушевлённо улыбнулась я. – Может, однажды ты вернёшь себе их все? Если захочешь, конечно.

Гарри неловко улыбнулся и указал пальцем на стену, напомнил, что нам пора.

- Да, конечно!

Я натянула мантию, снова увидев пред собой ворота и пустынную улицу за ними, шагнула и резко затормозила с занесённой ногой в проходе.

- Так, но мантия-то всего одна! Если я пройду, стену вы не увидите. Если я буду держать вас за руки, вы пройдёте?

- Нет, - Титарий снисходительно улыбнулся. – Ты держала мантию в руках, но она не помогла тебе ни пройти, ни увидеть что-то, ни нащупать. Тут именно та самая коварная противная магия этого мира, которая требует чёткого соблюдения условия: мантия должна быть на входящем.

- Хм, - приложив кулачок ко рту, я критически оглядела проход. - А что если я войду, сниму с себя мантию и перекину её вам за пределы города? Тогда другой наденет её на себя, войдёт и передаст следующему.

- А ты не подумала, что путь за тобой закроется? Как ты передашь? – Титарий легонько, язвительно постучал меня костяшками по макушке. – Владей ты хотя бы магической почтой… Сомневаюсь, что ты ей владеешь. Да даже если владела бы, за этой стеной может быть что угодно, до земель, подавляющих магию, не зря ведь эта мелочь Сираксес до сих пор не выбралась.

Сираксес… Если я правильно поняла, то это была фамилия Артамона, шипящая, подходящая скорее злому и гадкому змию, на которого натравливают могучего богатыря, чем моему занудному дракончику, который поддался на мои уговоры не преследовать химеру. Вот Титарию его фамилия Кальварекс подходила больше. Такая же острая, как и он сам, хищная.

Я вывернулась из-под руки старшего дракона.

- В отличие от тебя я вижу ворота. Там есть прутья, гений. Даже если проход захлопнется, я смогу просунуть её в щель.

Титарий, всё ещё размышляющий вслух, с хлопком закрыл пасть. Так-то лучше.

Глубоко вздохнув и стиснув отчего-то, но, конечно же, не от страха, трясущиеся кулаки, я забежала внутрь. Зловония ударили в нос с удвоенной силой, в спёртом воздухе витало что-то вроде пепла. Я остановилась, заслышав звук ударивших за моей спиной ворот – Титарий, при всей своей противности, оказался прав в своём предположении, что они закроются. Но и я оказалась права, что, прутья в них никуда не делись, проёмы между ними были достаточно широки для моей руки, мантия должны была легко между ними пропихнуться.

Уверенная в успехе, я разделась и содрогнулась, упав на колени. Живот крутило, а ладони, упёршиеся в камень дорожки, к ней как будто приросли. Их прошибало колющим болезненным ощущением, какое бывает, когда конечности затекают, и я не только чувствовало, но и видела, как мою магию отбирает у меня не какой-то предмет, как раньше, а сама земля. Внезапно запах вокруг стал напоминать гнилостный, а спёртый воздух – тяжёлое дыхание при смерти. Словно вся эта земля умирала и цеплялась за меня и мою магию, как путник за капли воды в пустыне. За ту единственную живительную силу, что могла бы поддержать ей жизнь.

- Неужели Титарий прав? – пробормотала я. – Это место не убежище, а действительно спрятанная ошибка. Выходят ли отсюда те ведьмы и колдуны, что однажды вошли?

К счастью или нет, я пришла не одна. Если я запущу Гарри и Титария, возможно, у нас втроём будет больше времени найти Артамона до того, как мёртвый город пожрёт нас всех. В любом случае, чем больше концентрация магии, тем больше шансов, что хоть что-то не утечёт.

Кое-как встав, я доковыляла до ворот и без лишних проблем, без какого-либо сопротивления воздуха или иной подлянки, которую мог подготовить сей негостеприимный мирок, протянула руку с мантией через прутья и выкинула её за пределы города, добросив практически до ног Титария и Гарри.

Дракон заметил форму первым. Пока меня не прихлопнуло, я отскочила от ворот и облокотилась на стену подальше. Кальварекс облачился, двери распахнулись, и он заметил мою приваленную к сптене тушку.

- Что случилось? – на лице дракона отразилось искреннее беспокойство, он поспешил войти в город и ещё быстрее, чем я, осознал, что с ним не так. – Как можно довести местность в магическом мире до такого голодания?

В отличие от меня, он сумел удержаться на ногах, его голос звучал легко, и только мимолётное прикосновение к стене выдало то, что дракон, как и я, ощутил сосущую из него всё