Хаос созвездий - Хиллари Рейнер

словами. Не так давно эта столовая была пропитана напряжением. За столом царило каменное молчание, пронизанное страхом перед гневом их отца. На ковре до сих пор виднелось едва заметное пятно, где кончики бордово-рыжих листьев почернели. Оно осталось с той ночи, когда отец попытался сжечь его заживо. Шрамы от тех ожогов Ашер до сих пор носил на своей спине. Отец тогда хвастался своей огненной магией, утверждая, что морозное пламя Ашера осквернено, снова и снова повторяя, что только его стервозная жена могла владеть холодным огнём. Его слова буквально выжигали Ашера изнутри.

Они подрались, и когда этот ублюдок швырнул в него огненный сгусток, то предупредил Ашера, чтобы тот не смел кричать, иначе прикончит его.

Ашер рухнул на пол и стал кататься по нему, пытаясь сбить пламя. Он до сих пор помнил запах собственной горящей плоти, до сих пор ощущал жар огня, обугливавшего его кожу. И всё это время отец стоял над ним. Наблюдал. Посмеивался.

Тогда в столовую вбежала мать Ашера с отчаянным криком. Отец приказал ей не приближаться, заявив, что Ашер получает заслуженное наказание за то, что не умеет держать язык за зубами. Она не послушалась. Сорвала одну из портьер с окна и набросила её на Ашера, гася пламя.

Два месяца в стене зияла дыра, оставшаяся после того, как отец швырнул в неё мать.

Ашер делал всё, что было в его силах, чтобы уберечь Сайру от жестокости их отца. Всё, лишь бы она была в безопасности, лишь бы не видела той тучи насилия, что нависала над их домом.

Он думал, что после смерти отца в их жизни наконец появится хоть какое-то подобие счастья. Им больше не придётся жить в страхе. Он сможет спокойно учиться и читать, не опасаясь, что отец в любой момент подойдёт и ударит его по голове одной из его же книг. Или, что ещё хуже, пустит их на растопку для костра. Но он жестоко ошибался. Пока они с Сайрой пытались заполнить враждебную пустоту, оставшуюся после отца, тёплыми воспоминаниями, их мать всё глубже погружалась в отчаяние.

Она винила звёзды в своём несчастье, в том, что они отняли у неё якобы любовь всей её жизни. А затем, однажды, когда они наконец закончили «оплакивать» смерть отца, мать покончила с собой.

Именно тогда Ашер понял, что любви не будет места в его сердце.

Любовь была эгоистичной. Жестокой и беспощадной.

Он больше никогда не хотел становиться её жертвой. Именно поэтому ему нужна была помощь сестры.

— Сайра. — Ашер откинулся на спинку стула и сделал глоток чая. — Мне нужно попросить тебя об одолжении.

— О чём угодно. — Она стащила с блюда ещё один ломтик бекона. — Что случилось?

— Во-первых, ты должна понять, что то, о чём я сейчас скажу, невероятно важно. Во-вторых, ты не должна рассказывать об этом ни одной живой душе. — Он внимательно наблюдал за ней поверх края чайной чашки, ожидая, что в её глазах вспыхнет любопытство.

Вместо этого она откусила кусочек бекона, проявив куда меньше интереса, чем он ожидал.

— Дай угадаю. Ты нашёл способ управлять всеми стихиями сразу и хочешь, чтобы я прикрывала тебя, пока ты строишь планы свержения королевы.

Ашер поперхнулся, закашлявшись. Затем бросил на неё суровый взгляд.

— Очень смешно. Но государственная измена — не повод для шуток. Я говорю серьёзно.

— И я тоже. — Она наконец посмотрела на него, слегка склонив голову набок. Половинкой недоеденного ломтика бекона она указала в его сторону. — Ты гений, Ашер. Да, ты немного затворник и предпочитаешь общество книг всему, что умеет дышать, но я ни капли не сомневаюсь: если кто-то и способен найти способ подчинить себе все стихии Эйрамира, то только ты.

Ашер не знал, польщён ли он комплиментом Сайры или ему следует обеспокоиться тем, что она, оказывается, всерьёз размышляла о возможности того, что он однажды совершит государственную измену.

— Эм… спасибо… наверное. — Он нахмурился и поставил чашку на стол. Чай всё равно уже слишком остыл, чтобы доставлять удовольствие. — На самом деле мне нужно от тебя…

— Кстати, — продолжила Сайра, откусывая тост, густо намазанный ежевичным джемом, — я слышала слухи о какой-то подпольной организации, которая пытается поднять восстание против королевы Эловин.

Ашер уже собирался сделать ей замечание за то, что она его перебила, но сведения, которыми она так легко поделилась, были тревожными. Будучи советником королевы Эловин, он обычно был посвящён в подобные дела. Но у королевы существовало правило: во время Середины лета любые разговоры о политике и тому подобных вещах были под запретом. Это было единственное время в году, когда она неукоснительно требовала полного перерыва во всех придворных обсуждениях.

Он опёрся локтем о стол и подался вперёд.

— Прости, что ты сейчас сказала?

Сайра огляделась, убеждаясь, что никто из слуг не стоит слишком близко. Но, как и всегда, в столовой были только они вдвоём.

— Это правда. По домам ходят слухи, что принц Аспен — тиран и лишь ждёт самого подходящего момента, чтобы избавиться от собственной матери.

— И под «избавиться» ты имеешь в виду…

Сайра провела пальцем поперёк шеи, изображая, как перерезают горло.

Он поморщился. Если он всерьёз рассчитывал когда-нибудь найти для неё достойного жениха, ему придётся приложить куда больше усилий, чтобы исправить её манеры и поведение в обществе.

Покачав головой, он потянулся к чайнику и снова наполнил обе чашки.

— Где ты услышала такую чушь?

— Мужчины болтают. Пьяные мужчины болтают ещё больше. — Она пригладила волосы, проводя пальцами по огненно-рыжим прядям, переходившим в бледное золото. — Но неважно, где именно я это услышала, потому что мне кажется, это может оказаться правдой.

— И почему ты так думаешь?

Он и сам не мог поверить, что ведёт с Сайрой подобный разговор, но если в её словах была хоть доля истины, ему необходимо было знать об этом. Будь то первые признаки мятежа или приукрашенные сплетни, которые легко можно было бы отбросить, он предпочитал не рисковать, пока не выяснит всё наверняка.

— Лорд Никсиан и лорд Товиан из Дома Селестин недавно отплыли вместе с одним из верховных принцев Фейвена. — Она поджала губы, словно тщательно подбирая следующие слова. — Всё держалось в строжайшей тайне.

Вот как.

Он ничего об этом не слышал. Но Никсиан и Товиан были братьями Новалис, и если Сайра говорила правду, возможно, он сможет узнать подробности у самой Новалис. Если, конечно, она вообще когда-нибудь снова с ним заговорит.

— Ты случайно не знаешь, куда они направились? — спросил он, удивляясь, как сестре удаётся узнавать столь важные