Джин в зеркале - Мина Хан

— Пора, — сказала Амелия. — Мы готовы уехать.

Вперёд выступил Джейкоб, один из друзей Марка.

— Уоррен научил меня водить, — сказал он. — Я могу взять «Кадиллак», если ты не против. Скажем, что нам нужно съездить за продуктами.

— Он высадит нас на автобусной станции, а потом вернётся с припасами, — добавил Марк. — Джейкоб решил остаться. Он работящий парень.

Далия кивнула Джейкобу.

— Хороший план. Спасибо.

Тот улыбнулся и снял ключи с крючка на стене возле холодильника.

Далия обняла Амелию и Марка, крепко прижав обоих к себе.

— Счастливого пути и чудесных приключений, — прошептала она. — Пусть любовь и свет всегда будут с вами.

— И с тобой, — торжественно ответил Марк.

Амелия озорно улыбнулась.

— С радостью встретились, с радостью расстаёмся и с радостью встретимся вновь!

И они ушли.

Далия широко и протяжно зевнула. Она уже очень давно не спала. Глаза жгло, а события последних часов — и ужасные, и не настолько ужасные — окончательно вымотали её. Она чувствовала себя грязной, липкой и измученной.

— Мне нужен горячий душ.

— Вот и иди, — Ашмаэль слегка подтолкнул её. — Я присмотрю за всеми здесь.

Далия благодарно улыбнулась и ушла. Им предстояло многое обсудить. Она даже не знала, надолго ли Ашмаэль останется здесь. Не знала, кем они теперь были друг для друга. Но всё это могло подождать. До тех пор, пока она не смоет с себя грязь и снова не почувствует себя человеком. Сначала ей нужно было позаботиться о себе.

Когда Далия проснулась после, к счастью, совершенно безмятежного сна, день уже переходил в сумерки. Наступило то странное время, когда мир ещё не погрузился во тьму, но уже и не принадлежал свету.

Она была одна.

Далия надела одно из своих повседневных хлопковых платьев — мягкое и уютное от долгой носки. Сон вернул ей немного сил, но тревога никуда не исчезла.

«С великой силой приходит великая ответственность».

Она тихо произнесла заклинание и открыла магический карман, созданный под кроватью. Из тайника Далия достала две книги заклинаний — Эдгара и семейный гримуар Мэйфейров.

Одну положила в один карман платья, вторую — в другой. И вышла из комнаты. Дом был пуст и погружён в полумрак. Далия остановилась.

«Где все? Возможно, бывшие члены ковена вернулись в общежития — туда, где привыкли жить. А Аш... Возможно, Аш тоже вернулся туда, что было привычно ему. В мир джиннов. Распутин — дорогой, ворчливый Распутин — исчез».

Сердце болезненно сжалось.

Далия протянула руку и ухватилась за перила.

Нет. Она не совсем одна. У неё остался дом. А вместе с ним — тяжесть семейной истории, бесценные воспоминания и любящие призраки женщин, живших здесь до неё.

Она медленно спустилась по лестнице, скользя ладонью по гладкому, отполированному дереву перил. Под её рукой оно казалось тёплым. Родным.

Далия открыла входную дверь и вышла наружу. Сад пострадал. Ветви деревьев почернели, высохли и стояли голыми, многие были сломаны. Землю покрывал ковёр из сухих листьев и бурой травы. Исчезли все экзотические яркие цветы. Не осталось ни загадочных манговых деревьев, ни возвышавшихся над садом кокосовых пальм.

Горячий ветер принёс запах пыли и нагретой солнцем земли.

Неужели это сделала она? Когда призвала всю доступную ей силу, чтобы не дать Ашу убить себя? Чтобы остановить Эдгара и не позволить ему уничтожить всё, что она любила?

Чувство вины железными тисками сжало сердце.

Далия опустилась на колени, вцепилась пальцами в сухую траву и больше не стала сдерживать слёз.

Они хлынули из глаз, побежали по щекам и закапали на землю. И там, куда падали её слёзы, из почвы вдруг начали пробиваться молодые ростки. Один за другим. Они тянулись вверх, расправляя пухлые нежные листочки. Новая жизнь. Новая надежда.

Потребуется время, но Далия пообещала себе, что исправит причинённый ущерб.

Она поднялась на ноги и побрела дальше, пока не добралась до кованой железной скамьи возле персикового дерева и искусственного пруда.

Небо уже стало багрово-фиолетовым, словно покрытым синяками, а облака выглядели так, будто сам Бог поджёг их.

Хорошее место, чтобы посидеть и посмотреть, как на землю опускается ночь.

Далия села. И тут что-то мягкое, но довольно увесистое потёрлось о её ноги.

Сердце гулко ударило в груди. Она опустила взгляд. Там, почти растворившись в сумеречных тенях, стоял знакомый облезлый кот дымчатого цвета.

Далия открыла рот. Но не смогла произнести ни слова. Попробовала снова.

— Распутин?

— Единственный и неповторимый.

Он посмотрел на неё своим единственным жёлтым глазом. Далия почесала его за ухом, а потом не выдержала и крепко обняла.

Распутин тут же завозился и вывернулся из её рук.

— Я же говорил, что смогу притащить этого чёртова кота.

И вдруг рядом с ней оказался Ашмаэль. Просто сидел на скамье, словно был здесь всё это время. Далия уставилась на него.

— Ты настоящий или мне это снится? — Она облизнула пересохшие губы. — Откуда вы оба взялись?

— Из мира джиннов. На самом деле Распутин — джинн по имени Шамс. Долгие годы заточения сильно его ослабили, но призрак твоей матери освободил его.

— Поэтому я собрал всю оставшуюся у меня магию и превратился в пантеру, — добавил Распутин с довольной кошачьей ухмылкой. — Для драки форма куда более подходящая.

— Но Эдгар ранил его, поэтому ему пришлось вернуться в мир джиннов, чтобы восстановить силы, — объяснил Ашмаэль. — Я отвёз его туда, а потом вернул обратно.

— Только потому, что я сам захотел вернуться, — тут же уточнил Распутин.

Далия опустила голову, пряча улыбку.

— А кто вообще заточил тебя?

— Одна