Порочный союз - Айви Дэвис

Я отступаю назад, прикрывая рот руками. Мама вскрикивает и умоляет его остановиться. Я хочу броситься туда и защитить ее, но мои ноги приросли к месту.

— Тебе нужно выслушать меня, — говорит он. — Выдай Франческу замуж сейчас же и убедись, что это хороший брак, который пойдет на пользу нашей семье. Ты сама навлекла это на себя, так долго ожидая. — Он направляется к двери.

Я пробираюсь в ванную через коридор и прикрываю дверь, оставляя ее чуть приоткрытой. Франко выбегает из комнаты моей мамы, бормоча что-то себе под нос, пока идет по коридору.

Что только что произошло? Я никогда раньше не видела, чтобы Франко так обращался с моей мамой. Конечно, я не особо обращаю внимание на других людей. Обычно я мечтаю наяву и в своей голове. Такое случалось раньше? Я знаю, что мама немного побледнела с тех пор, как мы потеряли папу, но теперь я не могу не задаться вопросом, помог ли Франко приглушить ее румянец. Если это случалось раньше, как мама могла скрывать это от нас?

Может быть, это было в первый раз, и если это так, маме нужна моя помощь. Единственная проблема в том, что я не могу пошевелиться. Я слишком напугана.

Через несколько минут мама выходит из своей комнаты и идет прямо по коридору в ванную. Где я.

Я отступаю назад, когда она входит, замирая при виде меня.

— Франческа?

— Эм...

Ее глаза расширяются, и она смотрит в сторону своей комнаты. — Ты... Видела...

Все кажется размытым, и я едва могу дышать, поэтому я делаю единственное, в чем я хороша. Убегаю и прячусь.

Я прохожу мимо мамы и спешу вниз по лестнице. Она не останавливает меня. Я выбегаю на задний двор. Несмотря на холод, я иду дальше во двор, пытаясь привести в порядок мысли. Я трусиха. Франко ударил мою маму, а я не помогла ей.

Как я могла не помочь ей?

В глубине души я задаюсь вопросом, если бы она была в том же положении, помогла бы она мне? Или она отмахнулась бы от меня, как обычно?

Однако это не оправдание. Я должна была помочь, но не помогла.

Я начинаю дрожать и поворачиваюсь, чтобы вернуться в дом, когда поскальзываюсь на кусочке льда и приземляюсь на спину, дыхание покидает мое тело. Я стону, глядя в ночное небо, звезды действительно сияют сегодня ночью сквозь все облака. Я лежу так несколько секунд, охваченная всепоглощающими эмоциями.

Чувство вины.

Я знаю, что если бы Джемма или Эмилия увидели, как это происходит, они бы выступили против Франко. Я видела, как они это делали раньше, но никогда не понимала причины. Думаю, теперь я понимаю.

Неужели Франко причинял боль моей маме в течение шести лет, а я была настолько поглощена собственным одиночеством, что никогда этого не замечала? Проблема в том, что я не такая, как мои две старшие сестры. У Эмилии хватило смелости переехать через всю страну для заключения брачного союза с мужчиной, которого она никогда не встречала, и все это в попытке защитить нашу семью. И Джемма, даже когда ее похитили, никогда не теряла мужества.

Но я? Я девушка-невидимка, о которой все либо забывают, либо не обращают внимания. Я так привыкла жить своей жизнью, что не замечала ничьей другой. Насколько это иронично?

Я должна пойти проведать маму и убедиться, что с ней все в порядке. По крайней мере, это то, что я могу сделать.

Я подтягиваюсь и хромаю внутрь, моя нога горит от боли при приземлении на нее. Джемма и Виктор уже ушли, оставив на кухне только Сесилию мыть посуду. Антонио, вероятно, в своей комнате играет в видеоигру, в то время как Миа, скорее всего, в ванной, сокрушается по поводу своих прыщей. Что касается близнецов? Что ж, если они не вызывают разрушений, то это хороший день.

Я не вижу Франко, значит, он, должно быть, в своем офисе. В кабинете моего отца. Я всегда обижалась на Франко за то, что он думал, что может занять место моего отца, когда никто не просил Франко быть нам вторым отцом. На самом деле, я не думаю, что я одна хочу, чтобы он ушел. Время не может прийти достаточно быстро, чтобы Антонио занял его место, чтобы Франко мог съехать.

Мама в гостиной, прижимая полотенце к щеке.

— Мама? — спрашиваю я неуверенно. Она не отвечает. Вместо этого она тупо смотрит перед собой. — Мама? — По-прежнему никакого ответа. Клянусь, у меня такое чувство, что она намеренно игнорирует меня. Я пытаюсь еще раз, повышая голос. — Мама?

Она наконец моргает и смотрит на меня. — О, Франческа. Я тебя там не видела. Ты давно там?

Я подавляю вздох. — Нет. Ты в порядке? — Я показываю на ее щеку.

— А, это? Ничего особенного. — Она откидывает полотенце, обнажая щеку, на которой уже кровоподтек. — Я открывала шкафчик в ванной и ударилась об него.

Мы обе знаем, что это неправда, но я, кажется, не могу спросить ее об этом.

— Верно. Что ж... — Я пожимаю плечами и, прихрамывая, выхожу из гостиной. Боже, у меня болит нога.

Мама зовет меня. — Франческа, подожди. Есть кое-что, о чем нам следует поговорить.

— Да? — Я хромаю обратно к ней. Она даже не замечает.

— Я действительно думаю, что тебе пора выйти замуж. Тебе сейчас двадцать, так что это хороший возраст. Но у меня нет времени искать тебе жениха. — Разочарование вспыхивает во мне. У нее было время для Эмилии и Джеммы. Для Джеммы она устроила целую вечеринку, полную поклонников. — Сейчас я слишком занята с близнецами, а Антонио готовится сменить Франко, и у меня просто нет времени. У меня другие приоритеты. — Я не уверена, что моя мама осознает, насколько обидными могут быть ее слова. — Итак, у меня возникла идея.

— Да?

— Я думаю, было бы неплохо, если бы ты поехала и осталась с Эмилией в Лос-Анджелесе. Возможно, она поможет тебе найти хорошего мужа. Звучит заманчиво? — Она улыбается. — Хорошо. — Я даже не ответила.

Я просто киваю. Я действительно скучаю по Эмилии, так что мне будет приятно увидеть ее снова, хотя мне и больно от того, что моя мама уделяет внимание всем, кроме меня. Но я уже так привыкла к этому, что больше не плачу из-за этого.

Я начинаю выходить из комнаты, когда она хмурится. — Ты повредила ногу?

Честно говоря, я поражена, что она вообще это заметила. — Это не важно.

Она выглядит