Предатель! Я (не) отдам тебе сына! - Мила Романова

На мгновение, всего на одно короткое, невыносимое мгновение, его лицо потеряло свою жестокую маску. Я отчетливо заметила это, когда выпрямилась все же на сиденье. В глазах Дмитрия промелькнула растерянность, тень того заботливого мужчины, которого я когда-то любила до безумия.

Но это длилось лишь секунду.

Он выпрямился, его лицо снова стало непроницаемым. С силой захлопнув дверь прямо перед моим лицом, он бросил сквозь приоткрытое стекло фразу, которая стала моим приговором:

— Ты сделала свой выбор пять лет назад. Теперь принимай последствия.

Глава 4

Золотая клетка от нежного (?) монстра

Машина въехала в распахнувшиеся кованые ворота и остановилась перед домом.

Нет, это был не дом. Это был дворец. Огромный, трехэтажный, из белого камня, с колоннами и панорамными окнами, в которых отражалось хмурое вечернее небо. Газон вокруг был выстрижен с математической точностью, вдоль идеально ровной дорожки росли туи. Все было безупречно и даже не думало тускнеть, несмотря на позднюю осень.

Как-то… безжизненно.

Я посмотрела на эту махину, и в памяти всплыл наш дом.

Тот, который мы строили вместе. Каждую подушку, каждый оттенок краски для стен мы выбирали вдвоем. Он был меньше, проще, но он был живым. Уютным. Нашим. А это… это был просто холодный памятник деньгам и власти.

Дмитрий открыл дверь и потянул меня за руку.

Не успев сориентироваться, я пошатнулась, и он на мгновение придержал меня за талию. Секундная вспышка близости, от которой по телу пробежали мурашки. Но тут же его хватка стала жесткой, он подтолкнул меня вперед, снова превратившись в чужого, холодного монстра.

Как только мы ступили на крыльцо, из-за угла дома выскочила огромная овчарка.

Она неслась прямо на нас, оглушительно лая. Миша закричал пронзительно, отчаянно, и вцепился в меня мертвой хваткой.

Я подхватила его на руки, инстинктивно закрывая своим телом.

— Убери ее! Дмитрий, убери собаку! — закричала я, отступая назад.

Ноги тряслись даже у меня от вида этой пасти, что уж говорить про ребенка.

— Не бойся, это Гром, он не тронет, — бросил он, даже не обернувшись. — Пусть познакомятся.

— Он боится! — мой голос уже сорвался на визг. Миша рыдал у меня на плече, его маленькое тельце сотрясалось от ужаса. — Иногда дети просто боятся, Дмитрий! Им не нужны твои гарантии! И мы оба прекрасно знаем, что ты тот еще лжец!

Бывший муж замер.

Медленно повернулся, и я увидела, как его лицо потемнело. Он махнул рукой подбежавшему прислуге в униформе.

— Уведите пса.

Парень быстро прицепил поводок и увел рычащего Грома. Дмитрий подошел ко мне вплотную.

— Мы оба знаем, кто из нас лжец, — процедил он мне в самое ухо. — А еще, кто из нас украл ребенка.

Он развернулся и вошел в дом, оставив меня с плачущим сыном на пороге. За нашими спинами с тяжелым гулом сомкнулись механические ворота, отрезая нас от всего мира.

Внутри дом оказался таким же огромным и бездушным, как и снаружи. Мраморные полы, хрустальные люстры, картины в тяжелых рамах. Нас провели на второй этаж, в комнату, от вида которой у меня перехватило дыхание.

Она была практически до потолка забита игрушками.

Огромная железная дорога, гоночные треки, замки, роботы всех мастей, мягкие звери размером с Мишу. Рай для любого ребенка.

Но мой сын только крепче вцепился в меня, пряча лицо. Он все еще всхлипывал после встречи с собакой и явно боялся незнакомой обстановки.

Я опустилась на колени прямо на толстый, мягкий ковер. Поняла в этот момент одну простую вещь: наши с Димой разборки — это только наше. Миша не должен страдать. Он не должен бояться.

— Эй, мой хороший, посмотри на маму, — прошептала я, мягко поглаживая его по спине. — Все хорошо, слышишь? Собаки больше нет. Посмотри, сколько тут всего! Это все для тебя. Хочешь, построим самую высокую в мире башню?

Я чувствовала на себе тяжелый взгляд. Дмитрий стоял в дверях и наблюдал.

— Не хочу, — прохныкал Миша. — Хочу домой.

— Малыш, теперь наш дом здесь, — я сглотнула ком в горле. — Но я же с тобой. Значит, все будет хорошо. Смотри, это же тот самый робот-трансформер, только он еще больше! Давай посмотрим, что он умеет?

Наконец, после долгих уговоров, любопытство пересилило страх. Я вытерла мокрые дорожки на его щеках и слабо улыбнулась. Миша несмело шагнул к горе игрушек.

Мы с Димой вышли из комнаты, оставив сына осваиваться в своем новом царстве.

Я чувствовала себя неуютно, словно натянутая струна. С одной стороны, память услужливо подсовывала образы того, другого Димы — доброго, любящего, нежно целующего меня по утрам. С другой — передо мной стоял этот холодный, жестокий человек. А где-то на задворках сознания вспыхивала отвратительная картинка: Ирина, скачущая на нем в нашей постели.

Я невольно вздрогнула.

— Что с тобой? — резко спросил он, заметив мое движение.

— Ничего, — я отвела взгляд.

Он провел меня в огромную гостиную и остановился посреди комнаты.

— Теперь слушай правила, — начал он без предисловий. — Никаких выходов из дома без моего разрешения. Передвижение по городу — только с моим водителем. Твоя сим-карта будет заблокирована сегодня же, я выдам тебе новый телефон с новым номером. Никаких контактов с людьми из твоей прошлой жизни. У меня к тебе больше нет веры.

Последняя фраза взорвала меня.

— Веры⁈ У тебя нет ко мне веры⁈ — закричала я, забыв обо всем. — Это все из-за тебя! Ты разрушил нашу семью!

Он зло, криво улыбнулся и шагнул ко мне.

Схватил за шею, не сильно, но так, что я не смогла отступить. Его пальцы были холодными.

— Надо же, — прошипел он мне в лицо, и в его глазах плескалось чистое презрение. — А я ведь даже не сразу поверил Ирине. До последнего сомневался. Но вот, ты сама подтверждаешь все, что она сказала мне тогда.

Глава 5

Новые старые встречи

Этот бесконечный, мучительный день наконец-то подошел к концу.

Я провела его, строя из себя веселую клоунессу, лишь бы отвлечь Мишу от страха и растерянности. Мы исследовали его игрушечное королевство, собирали конструкторы, читали книжки.

Я улыбалась, смеялась, щекотала его, а внутри все сжималось от ледяного ужаса.

Ужин стал пыткой.

Огромный обеденный стол, накрытый на троих, казался полем битвы. Мы с Мишей сидели на одном конце, Дмитрий — на другом, как король на троне. Тишину нарушал лишь звон столовых приборов.

Миша сначала хныкал, прижимаясь ко мне, а потом просто испуганно молчал, бросая короткие взгляды на грозного незнакомца