Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

Тигр перебивался мелкими поборами и тащился от того, что кучка безмозглых прихвостней величает его боссом. Жил себе не тужил, пока не встретил Сюй Яньмэй. Все началось с того, что она ему приглянулась: баба видная, с характером, острая на язык.

Одно плохо — не желала знать его. Сколько он ни подкатывал, всегда получал жесткий отпор. Неблагодарная дрянь.

При этой мысли взгляд Тигра потемнел:

— Малявка, не лезь под горячую руку.

Се Юй и бровью не повел. Зато торговцы, попрятавшиеся в лавках и боявшиеся издать хоть звук, перепугались не на шутку: с таким беспределом они столкнулись впервые. Эти типы ввалились нагло, начали громить прилавки, с первого взгляда было ясно — отморозки.

Стоит ли вызывать полицию? Но на Хэйшуйцзе действовало неписаное правило: уличные дела решаются по-уличному.

И тут они увидели, как «хороший мальчик», о котором говорила Мэй-цзе, стоит один против пятерых у лифта с абсолютно безучастным лицом. Он вынул руку из кармана и небрежно поманил бандитов пальцами. Не поймешь — то ли провоцирует, то ли ему действительно плевать:

— Жить надоело, раз к папочке явились? Мне некогда с вами лясы точить. Давайте все вместе.

«…»

Тигр не хотел признавать этого даже перед самим собой, но на долю секунды этот пацан, явно еще школьник, заставил его опешить. Взгляд у мальчишки был тяжелый, ледяной, пробирающий до костей — он смотрел на них как на кучу дерьма. Короче, совсем не так, как смотрят тепличные детки.

Тигр был взвинчен до предела, да и привычка рисоваться взяла свое. Он демонстративно рванул ворот футболки:

— Молокосос, а язык подвешен. Ты хоть знаешь, с кем связался? Пойди поспрашивай на районе — перед Братцем Тигром все на цыпочках ходят… Видал шрам на шее? Это я в тюряге с вертухаями махался. А ты, щенок, этой шлюхе кем приходишь? Чего удумал, побить меня решил? Драться вздумал этой палкой? Да ты хоть…

Се Юй не дал ему договорить. Без лишних слов он схватил Тигра за шиворот, резко рванул на себя и с силой всадил колено ему в живот. Затем, не давая опомниться, перехватил его локоть и дернул на себя.

Это был красивейший бросок через бедро — чистый, техничный и молниеносный. Если бы ситуация не была столь опасной, торговцы за спиной точно взорвались бы аплодисментами.

У Тигра потемнело в глазах, дыхание перехватило, он не мог вымолвить ни слова.

Но Се Юй не собирался оставлять его в покое. Он рывком вздернул его с пола и с силой прижал спиной к железной двери лифта — раздался глухой удар. Пальцы юноши мертвой хваткой вцепились в горло Тигра!

— Слишком много на себя берешь. Кичишься отсидкой, будто это медаль за отвагу?

Тигр пришел в себя и попытался ударить его ногой, но тут же получил палкой по ногам — удар оказался настолько увесистым, что икру свело судорогой. Стоило Се Юю разжать пальцы, как Тигр мешком осел на пол. Опираясь одной рукой о плитку, а другой держась за живот, он судорожно закашлялся, давясь рвотой:

— …Твою мать.

— Кого ты там шлюхой назвал? — Тигр смотрел, как красивое, почти смазливое лицо Се Юя медленно приближается к нему. Вот только в глазах подростка плескалась такая ярость, что она готова была выплеснуться наружу. И больше, чем яркая внешность парня, Тигра напугал этот ледяной, острый, беспросветный мрак, исходивший от него.

Се Юй повторил вопрос глухим от сдерживаемого гнева голосом:

— Кого ты назвал шлюхой?

Тигр промолчал.

— Раз родители не научили тебя вести себя по-людски, я научу. — Се Юй носком кроссовка брезгливо пнул валявшуюся тушу.

Четверо дружков Тигра переглянулись, в глазах каждого читался страх. Придя к молчаливому согласию, они развернулись и бросились наутек.

— Ну все, приплыли… Что делать-то?

Тот, что повыше, на бегу спросил:

— Может, в полицию позвонить?

— Какая, на хрен, полиция! — огрызнулся второй. — Как мы потом на районе пацанам в глаза смотреть будем?!

*Гу Сюэлань пила послеобеденный чай, когда раздался звонок из полицейского участка.

Женщина сняла шелковую накидку, под которой обнаружилось длинное кружевное платье от кутюр, подчеркивающее каждый изгиб ее безупречной фигуры. На подоле скромно красовались две неброские вышитые веточки. Тонкие щиколотки были белыми и гладкими, словно дорогой нефрит.

Тщательно уложенные крупные локоны мягко спадали на плечи. Она с милой улыбкой слушала, как светские дамы за столом обсуждают новинки зимнего сезона, и изредка вставляла слово:

— Госпожа Чэнь, раз вам так понравилось это пальто, почему бы просто не слетать за ним на днях?..

— Госпожа, вам звонят.

Гу Сюэлань повернула голову и, держась пальцами за край фарфоровой чашки, небрежно спросила:

— Кто?

Служанка держала трубку, не решаясь говорить при всех. Поколебавшись мгновение, она наклонилась и прошептала хозяйке на ухо так, чтобы слышали только они:

— Из по-полиции… Говорят, молодой господин подрался, и очень серьезно. Другая сторона требует оплатить лечение. Как поступим? Отправить кого-нибудь разобраться?

Лицо Гу Сюэлань мгновенно побледнело.

Глава 3

Отделение полиции поселка Хэйшуй, город Б.

— Кто опекун Се Юя?

— Я его мать. — Гу Сюэлань стояла в участке, заметно нервничая. — С ним все в порядке? Он не ранен? Сколько нужно за лечение? Я заплачу любую сумму, только отпустите его немедленно.

Женщина-полицейский даже головы не подняла. Привычным движением она вытащила из папки справа бланк и шлепнула его на стол:

— Это все потом. Сначала заполните бланк.

Спустя некоторое время, разобравшись с текущими делами, она закрыла ручку колпачком, подняла глаза и произнесла:

— А сынок у вас боевой. Один против пятерых. Так их отделал, что ни одного открытого синяка — все травмы внутренние, без рентгена и не разглядишь.

Гу Сюэлань окаменела, не зная, как реагировать.

Полицейская смерила ее оценивающим взглядом и небрежно спросила:

— Вы ведь не местные?

— Мы… из города А, — ответила Гу Сюэлань.

Драка Се Юя на этот раз не считалась серьезной. Хотя прибежавшие в участок дружки во весь голос твердили, как их босса унижали, втаптывали в землю и жестоко избивали, полицейские, составлявшие протокол, сильно в этом сомневались.

Они приняли за свою практику сотни вызовов, но таких «пострадавших» видели впервые: разноцветные волосы, торчащие во все стороны как вороньи гнезда, пирсинг в ушах и носу, стойкий запах табака и