Однажды золотой кровью написанное - К. М. Моронова

— Боги великие, я никогда не перестану удивляться твоей способности совершенно меня завораживать, — шепчет Калел, медленно вставая и поглаживая меня пальцами, прежде чем начать расстегивать штаны.

Мои губы растягиваются в легкой улыбке, когда я слышу, как их ткань падает на пол. Передо мной появляется прекрасное лицо Калела, освещенное светом из единственного окна в лаборатории. Он все еще в очках, и от этого в глубине моего сердца что-то сжимается. Возможно, однажды я получше узнаю эту его сторону.

— Молюсь, чтобы у нас было побольше таких дней, — шепчет он, целуя мою шею.

— У нас есть все время в мире, — отвечаю я, удивившись тому, как он на мгновение замирает в нерешительности.

— Ты права, — улыбается он, но мне не удается этим полюбоваться. Он наполняет меня, и я вновь закатываю глаза.

Боги. Меня еще никогда не трахали на столе, и я боюсь, что это может войти в привычку. То, что мы наполовину одеты и рискуем быть пойманными, добавляет силы ощущениям от лихорадочных толчков и жадных поцелуев.

Пока наши языки сплетаются, Калел одной рукой крепко держит меня за талию, а ладонью второй поддерживает мою шею, запуская пальцы в волосы. Каждое его движение резче предыдущего. Его член набухает внутри меня, и я понимаю, что он вот-вот кончит.

Еще пару раз качнув бедрами, он замирает, не давая узлу проскользнуть внутрь. Боги, он хотя бы понимает, что у нас нет времени на то, чтобы узел опал.

Я извиваюсь в руках Калела, пока он кончает глубоко внутри меня. Горячие струи стекают по моей заднице, и я краснею от мысли о том, что смесь наших соков размазывается по столешнице. Подавшись вперед, Калел поцелуем прогоняет мое смущение.

— Тебе повезло, что мы торопимся. Я готов трахать тебя вот так весь день, — томно произносит он и касается губами моей шеи, прежде чем отстраниться и хитро улыбнуться.

— Если не снимешь очки, я могу и послать наши планы в преисподнюю.

Он смеется, подняв бровь.

— Я и забыл про них. Они так сильно тебе нравятся? — Калел выходит из меня, снимает очки и убирает их в карман.

Кивнув, я собираюсь соскользнуть со стола, но, прежде чем мне это удается, Калел вновь лукаво смотрит на меня и кладет руку мне на грудь, чтобы удержать на месте.

— Ты же не хочешь, чтобы из тебя текло, пока мы гуляем? — спрашивает он, открывая одну из аптекарских бутылок и вводит в меня пробку со стеклянным шариком, запирая жидкость внутри.

Я приоткрываю рот от того, насколько это развратно и как ощущается пробка, оказавшаяся так глубоко внутри. Калел на мгновение задерживает пальцы внутри, чтобы убедиться, что шарик не выскользнет, а потом несколько раз целует меня в щеки и возвращает белье обратно на место.

Лицо у меня горит, в груди что-то подрагивает.

— Калел, я не могу пойти на обед с этим…

Он помогает мне слезть со стола и аккуратно расправляет платье, улыбаясь так широко, что мое сердце тает.

— Ну конечно можешь. А позже вечером я помогу тебе ее вытащить, чтобы мы могли закончить, — подмигивает он.

Я сглатываю подступающие волнение и восторг.

Часы, стоящие на шкафу, звенят, привлекая мое внимание. О Нептун, мы опаздываем!

По тому, как я разглаживаю платье, Калел замечает, что я тороплюсь. У нас забронирован столик в одном из самых модных кафе в королевстве, и я не собираюсь приходить поздно только потому, что мы решили пошалить.

— Я не дам тебе ничего закончить, если мы опоздаем на обед! — я окидываю его игривым взглядом.

— Это мы еще посмотрим, — отвечает он. Его глаза вспыхивают от голода.

Повернувшись к столу из темного дуба, Калел берет с него небольшой сосуд из янтарно-коричневого стекла, закрытый пробкой.

— Чуть не забыл, у меня было немного свободного времени, и я приготовил для тебя это, — он передает бутылочку мне.

Я осторожно беру ее в руки.

— Что это? — я снова поднимаю взгляд на Калела.

Он нежно касается моего плеча.

— Это ингибитор эструса. С ним у тебя не будет таких частых приступов, а еще он притупит боль.

Последние несколько месяцев мне было нелегко рядом с Калелом. Из-за проклятия Венеры приступы эструса приходили чаще, чем когда-либо. Нравится нам это или нет, а наши тела реагируют друг на друга.

Слегка округлив глаза, я крепко сжимаю пузырек.

— Это так заботливо. Спасибо тебе, — подойдя поближе, я обнимаю его. Исходящий от Калела дымный запах окутывает меня, и пару секунд я глуповато думаю, что с этого момента все будет только лучше. Моя жизнь, здесь, с ним, будет прекрасной.

— Это довольно простой по составу эликсир, так что, если он закончится, скажи мне, и я приготовлю еще. Так я буду знать, что ты действительно меня хочешь, а не просто эструс контролирует все твои мысли, — шутит он, целуя меня в макушку.

Я улыбаюсь, когда он поглаживает меня по шее двумя пальцами и идет к двери. Калел пожирает меня взглядом, его глаза все еще полны голода. От такой неприкрытой страсти мои щеки вспыхивают, а в животе все сжимается. Мне уже хочется, чтобы он снова вонзил в меня клыки.

Боги, какой мужчина.

Когда мы пытались перегрызть друг другу глотки по пути в Девицит, он пил мою кровь лишь один раз в день, если только не хотел меня наказать. Но теперь ему нужно питаться дважды или трижды за день. Я ожидаю этого с нетерпением, потому что обычно после он оказывается внутри меня, как сегодня. От мыслей о пробке глубоко внутри меня мое сердце бешено колотится, ведь теперь я чувствую ее при каждом шаге.

Не будет ничего плохого в том, что он слегка перекусит, пока мы гуляем. А потом как следует поест ночью в кровати.

Когда мы приходим в конюшни, конь Калела уже готов и ждет нас.

Конюх Юстель — один из самых добрых демонов во всем королевстве. Его короткие каштановые волосы вечно растрепаны и напоминают лошадиную гриву, а в темно-карих глазах никогда не видно и капли ненависти. Спущенные подтяжки вечно свисают до самых его колен, и я ни разу не видела, чтобы на его рубашке с длинными рукавами не было ни грязи, ни дыр.

— Привет, Алира, — он приветствует меня без формальностей, дружелюбно улыбаясь.

Калел общается с прислугой именно в такой манере, и это стало еще одной причиной, по которой мое сердце устремилось навстречу его. Он относится к ним с симпатией, что не часто встретишь в