Ведьма не для змея - Аврора Джейсон

Я двинулась вперед, и каждый шаг, словно удар погребального колокола, отдавался гулким эхом в предрассветной тишине. Сердце сковал ледяной страх, цепкие когти которого сжимали его в агонии, но воля, собранная в кулак, гнала вперед. В глазах Варги бушевало демоническое торжество, в них плескалось зловонное отражение той тьмы, что терзала его изнутри и алчно жаждала поглотить весь мир. Он ждал меня, словно паук в центре своей липкой сети, уверенный в неминуемой добыче.

Райнрад предпринял отчаянную попытку подняться, в его глазах застыл ужас, смешанный с отчаянием, – он слишком хорошо понимал, какой ценой куплено его спасение. Но я не могла поддаться слабости, не имела права отвлечься. Вся моя концентрация была направлена на Варгу, на зловещую ауру, что окружала его, словно ядовитые щупальца, тянущиеся ко мне, стремящиеся поглотить, растворить в своей черноте.

– Ты сделала правильный выбор, Санрая, – прорычал Варга, и его голос, словно скрежет ржавого металла по надгробной плите, пронзил тишину.

Глава 20. Пожирающий свет.

Он протянул ко мне свою руку, словно приглашая в зияющую бездну. Я остановилась в нескольких мучительных шагах от него, чувствуя, как силы неумолимо покидают меня, как тьма, словно густой саван, окутывает сознание.

– Санрая! – истошный крик Райнрада прорвался сквозь надвигающуюся черноту, но тут же утонул в ней, как искра в океане.

Меня затягивало в темный, липкий кокон, где меня ждала неминуемая гибель, но отступать было уже поздно. Райнрад был спасен, и эта мысль, словно последний луч надежды, давала мне силы идти вперед. Невидимая петля сомкнулась на моей шее, холодный металл ошейника обжег кожу. Щелчок замка, похож на похоронный звон. Моя сила запечатана замком скверны. Рядом возник Варга, его лицо исказила гримаса злорадства. Резкий рывок – и невидимая сила повлекла меня вперед. Каждый шаг давался с нечеловеческим трудом, ноги словно вросли в землю, отказываясь повиноваться. Как сквозь мутное стекло, я видела, как мои сестры, отчаянно пытаясь прорвать завесу тьмы, но их магия бессильно угасала, словно пламя свечи на ледяном ветру.

Мы оказались внутри крепости мгновенно. Варга вел меня по извилистым коридорам крепости, словно пленницу. Его хохот эхом разносился по подземелью, осколками впиваясь в мое сознание. Повсюду копошились порождения скверны – мерзкие твари, чьи глаза горели голодом и ненавистью. Они тянули ко мне свои когтистые лапы, жаждая прикоснуться, осквернить. Но я шла вперед, не обращая на них внимания, устремив взгляд на Варгу. Тьма давила, проникала в каждую клетку, парализуя волю. Я чувствовала, как внутри меня что-то ломается, как рушатся последние барьеры, отделяющие меня от безумия. Варга дергал ошейник все сильнее, и меня неумолимо тащило вглубь, в самое сердце тьмы.

Смутно различая очертания, я увидела трон, скованный из искореженного металла и костей. Варга торжественно воссел на него. От него исходила такая мощь, такая тьма, что я чуть не упала к его ногам.

Он поднял руку, и тьма вокруг меня сгустилась, превращаясь в вязкую, осязаемую субстанцию. Она проникала сквозь кожу, впитывалась в кости, меняя меня изнутри. Я чувствовала, как мое "я" рассыпается на кусочки, как меня поглощает чужая воля.

Но где-то в глубине, в самой дальней точке сознания, еще теплилась искорка. Искорка памяти о Райнраде, о сестрах, о всем том, что я любила и за что боролась. Эта искра, несмотря на всю тьму, отказывалась гаснуть.

Собрав последние силы, я попыталась вырваться из хватки тьмы. Это было бесполезно, но я не сдавалась. Боролась, пока во мне оставалась хотя бы капля надежды, пока билось мое сердце. Зная, что должна… ради них, ради себя.

Я не сдамся! Не позволю ему уничтожить все, что мне дорого. Собрав остатки воли, подняла голову и посмотрела прямо в его безумные глаза. В этот момент я поняла, что это только начало.

– Я все равно сломаю тебя! – не отрывая от меня глаз произнес Варга.

Его слова прозвучали как приговор, но внутри меня поднялась волна ледяного презрения. Он ошибается, если думает, что может сломить меня так просто. Я видела смерть, я пережила потери, и теперь, в этом отчаянном противостоянии, я нашла новую силу – силу, закаленную болью и решимостью.

– Ты переоцениваешь свои возможности, Варга, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, несмотря на дрожь в коленях. – Я не боюсь тебя.

На его лице мелькнула ухмылка, от которой кровь застыла в жилах.

– Мы еще посмотрим, – прорычал он, и в его глазах вспыхнул огонь.

Я не ответила, лишь сжала кулаки до побелевших костяшек. Внутри бушевала буря, но внешне я сохраняла спокойствие. Это был мой ответ – безмолвный вызов, брошенный в лицо врагу. Я чувствовала, как его взгляд прожигает меня насквозь, как он пытается проникнуть в мои мысли, прочитать мои намерения. Но я закрыла разум, сосредоточившись на одной лишь цели: выжить и победить.

Волна боли пронзила меня, когда темная аура Варги коснулась моей. Она пыталась подчинить, сломить, заставить забыть о цели. В моей голове вспыхивали картины хаоса, разрушения, смерти. Страх почти парализовал волю, но где-то в глубине души еще тлел уголек надежды, подпитываемый воспоминаниями о тех, кого я поклялась защищать.

Я собрала остатки своей воли в кулак, словно пытаясь удержать ускользающую воду. Его аура давила, словно гигантский пресс, но я сопротивлялась, цепляясь за каждую крупицу света внутри себя. Воспоминания о доме, о близких, об улыбках тех, кого я любила, стали моей бронёй.

Его глаза сузились, он почувствовал моё сопротивление. В его взгляде мелькнула тень удивления, сменившаяся яростью. Он усилил хватку своей ауры, и боль усилилась многократно. Я закричала, но крик был беззвучен, он остался лишь эхом в моей голове.

– Мне нравится, как ты кричишь, – надменно сказал Варга.

Он поднялся с трона и подошел ко мне ближе, наслаждаясь моей гримасой боли. В его глазах плясали отблески костра, отражая ту тьму, что жила в его душе. Каждый шаг его тяжелых сапог отдавался звоном в ушах, подобно похоронному маршу. Я пыталась дышать ровнее, но легкие словно сжимались, не пропуская воздух.

Он склонился надо мной, его дыхание опалило мою щеку. Запах крови, железа и чего-то зловещего, неуловимо звериного, заполнил мои ноздри. Я видела в его взгляде триумф, то самое чувство, которое он так жаждал испытать, сломив меня. Но он ошибался.

Я сплюнула ему в лицо.

Он вытер лицо тыльной стороной ладони, и я увидела,