Теряя контроль - Энни Уайлд

Он мастер хакерского дела и владелец бизнеса. Вот и все. Единственная причина, по которой он когда-либо блокировал заказ, — это чистое развлечение или ненависть к тому, кто его разместил. И для протокола, он никогда не блокировал заказ на меня. Думаю, этот ублюдок развлекается тем, что пытается меня убить.

Я прикусил внутреннюю сторону щеки, не в настроении шутить.

— Мне нужно знать, кто заказал на меня покушение, Лука. Как, черт возьми, мне это сделать?

Его задорная улыбка сменяется более серьезной.

— Мне всегда приходилось выпытывать это у тех, кто появлялся, чтобы выполнить работу. Честно говоря, тебе повезло, что за одиннадцать лет работы это случилось с тобой впервые.

Я киваю, но время для этого выбрано ужасное.

— Что за файлы были отправлены по ссылке? — Он нажимает на кнопку своего компьютера и разворачивает его на столе, чтобы я мог посмотреть.

— Я должен был удалить это, но я зашифровал копию, когда скачивал ее. Я знал, что она тебе понадобится. Это может доставить нам обоим неприятности, но ты ведь мой друг, Генри. Как только я получил его, я отказался от приглашения и позвонил Джуду — но ты же знаешь, что он сразу переходит к следующему.

Я склоняюсь над компьютером, пролистывая содержимое папки. В ней полно фотографий, но все они сделаны за последние двадцать четыре часа. Большинство из них — это снимки дома, сделанные в целях планировки. И, конечно же, есть кадр, на котором Лидия выходит из дома с Дюком, а затем разговаривает по телефону, направляясь к пляжу. Я тяжело сглатываю, желая убить того, кто сделал эти фотографии.

— Должно быть, это как-то связано с последним покушением.

— Возможно, кому-то не понравилось, как ты с ним разобрался, — или то, что ты вообще его убил.

— Кто вообще может знать? — Я смотрю на него, а он пожимает плечами.

— Что бы мы не думали, глаза есть везде. Мы всегда хотим верить, что мы и есть эти глаза, но мы такие же, как и они.

— Да, но что теперь?

Лука смотрит мне прямо в глаза.

— Вези ее в безопасное место. Ты должен отказаться от всей техники. Проверь все на наличие жучков. Ты знаешь, что делать. Возможно, вам придется расстаться.

— Я не могу... Она понятия не имеет, чем я занимаюсь.

Лука хихикает.

— Значит, брось ее и позволь ей страдать от возможных последствий, или расскажи ей правду. Лично я бы предложил первый вариант. Есть причина, по которой я не позволяю киске стать чем-то большим, чем просто киска.

Я скорее сожгу себя на костре, чем брошу ее.

— Я с ней разберусь.

— Должно быть, она тебе нравится.

Я не обращаю на него внимания, глядя на фотографии. В животе у меня то же самое ноющее чувство. Как такое могло случиться? Обычно я выполняю работу безупречно. Это из-за Карлсона? Из-за Мейсона? Неужели я был настолько беспечен?

— Генри, — голос Луки прорывается сквозь поток мыслей. — Ты мой единственный друг в этом поганом преступном мире. Только скажи, и я выслежу этого придурка.

Мои глаза вспыхивают.

— Я не собираюсь просить тебя об этом.

— Тогда позволь мне выяснить, кто это, хорошо? Твоя башка не работает. Отведи женщину в безопасное место, а Джуда отправь сюда. А сам затаись. Когда все выясним, мы с тобой займемся этим. Два пистолета лучше, чем один.

— Мне это не нравится…

— Мой наставник поступил так же, когда у меня впервые появилась мишень на спине. Я потерял его, но он спас мне жизнь. Я всегда говорил, что отплачу за это. Позволь мне сделать это для тебя.

Я сужаю на него глаза.

— Ну ты и мягкотелый.

— Отвали, — рычит он, бросая в меня ручку. — Ты — самый близкий мне человек, не считая Мэнни.

Я хихикаю, думая о Мэнни, партнере Луки. Мы все работаем гораздо лучше, когда смотрим на все со стороны.

— Спасибо, чувак.

— Если не считать того, что у тебя башка набекрень, — начинает Лука, откинувшись в кресле, — то ты выглядишь хорошо. Трахаешься? — Он ухмыляется.

— Заткнись, — огрызаюсь я. Я достаю свой телефон, испытывая искушение написать Джуду или Лидии. Я уже ожидал услышать что-нибудь от них. Я перехожу к приложению безопасности с моими камерами.

— Мое новое задание — просто невероятное.

— Да? — Я безучастно отвечаю, пока загружается приложение, панель достигает трех четвертей, но дальше не продвигается. Какого черта?

— Да, цель — милый маленький писатель с большим наследством.

Я закрываю приложение и загружаю его снова, мое разочарование растет, но я не пропускаю его слова. –

Писатель?

— Да. Я не должен был предпринимать никаких действий в течение нескольких месяцев. Какой-то странный человек.

— Как его зовут?

— Ох, это она.

— Даже слышать не хочу, — ворчу я. — Ты же знаешь, я не берусь за женщин.

— Да, я знаю, что ты разборчив.

Я не слышу его следующих слов, так как читаю сообщение на экране. Не удалось подключиться к камерам. Мой желудок сжимается. Я прокручиваю до номера телефона Джуда и нажимаю кнопку вызова.

И попадаю сразу на голосовую почту..

Нет, нет, нет. Лидия.

26

Лидия

Я слышу шаги, прежде чем различаю бегущую ко мне фигуру. Я щурюсь в темноте, полагая, что это Джуд, но чем ближе они подходят, тем больше меня осеняет. И через несколько секунд мое тело приходит в движение. Я едва успеваю забежать в свою комнату и захлопнуть дверь.

Замка нет.

Я хватаюсь за ручку и прижимаюсь к ней спиной, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. С другой стороны раздается сардонический смешок.

— Ты, должно быть, игрушка, — усмехается голос.

Я крепко зажмуриваюсь, нащупывая пистолет в шортах. Где Джуд? Где Дюк? Я не могу представить, что моя собака спит во время чего-то подобного. Но опять же, Мейсон вломился в мой дом, пока я спала, и я уверена, что он так же не сдвинулся с места...

Но он знал Мейсона.

Голова идет кругом, когда ручка поворачивается. Я изо всех сил стараюсь удержать ее, но глаза затуманиваются от слез. Я не могу удерживать дверь и пистолет.

— Я войду туда, милая, хочешь ты этого или нет.

— Я здесь не одна, — кричу я через дверь.

Он разражается хохотом.

— Мне не понадобится много времени.

С другой стороны раздается сильный удар, и дверь трещит. Меня отбрасывает назад, пистолет выбивается из руки и скользит по полу. Свет от экрана моего компьютера освещает человека в черной маске, нависшего надо мной. Он наклоняет ко мне голову, когда я отступаю назад,