Принцесса в Бодунах - Ольга Сергеевна Рузанова

— Куда идти?

— Перейдем мостик, а потом вокруг сопки.

— Ты хорошо знаешь эти места? — спрашиваю, прыгая с кочки на кочку.

— Пф-ф-ф... как свои пять пальцев. Я с трех лет за грибами хожу.

— Ого!.. Опытный грибник, стало быть? — подначиваю с усмешкой.

— Так и есть, — кивает он, — Так и есть.

До леса за сопкой добираемся не быстро, хотя изначально казалось, вот он, рукой подать.

— Надо вглубь идти, — говорит он, — Здесь с краю уже все грибы собрали.

— Пошли.

Воздух чистый, ароматный. Под ногами хрустит прошлогодняя хвоя, встревоженные нашим присутствие птички с тонким чириканием срываются с веток.

— Во, гриб!.. — восклицает Колька, падая на колени.

Большой, на кривой ножке и потрескавшийся по краям шляпки.

— Подберезовик, — срезает и бросает его в ведро.

— Как догадался?

— Под березой растет, — показывает пальцем на белый ствол.

Идем дальше. Он находит еще три гриба, у меня — пусто.

— Какое-то не грибное место, Коля. Нету грибов.

— Есть, ты просто их не видишь.

Мы бродим еще примерно час, пока я, наконец, не нахожу маленьких коричневый грибочек.

Солнце катится к закату, и я устало падаю задницей на траву.

— Сейчас отдохнем, и в обратный путь тронемся, да? — говорит друг, протягивая мне бутылку с водой.

Я делаю несколько глотков и возвращаю ему.

— Еще часа два назад идти. К ночи вернемся.

— Угу...

Тяжело вздохнув, я прислоняюсь спиной к шершавому стволу дерева и вдруг слышу хруст сухих веток.

— Что это? — вздрагиваю от страха.

— Где?..

Коля оборачивается и, сузив глаза, внимательно осматривается. Я сделать то же самое не осмеливаюсь.

Звук повторяется. Я втягиваю голову в плечи.

— Вот... Кто там?..

— Так это... — проговаривает Колька шепотом, — Это, наверное, Сонечка.

— Кто?..

— Сонечка, — повторяет, наклонившись ко мне, — Девочка, которая умерла двадцать лет назад.

— Ты что несешь?! — толкаю его, пытаясь перевести все в шутку, — Какая еще девочка?.. Думаешь, я поверю?

Мы снова слышим хруст, только теперь чуть левее, словно Сонечка решила обойти нас по кругу.

— Это медведь? — спрашиваю с надеждой, — Коля, умоляю, скажи, что это медведь.

— Нет у нас медведей!.. Откуда? — шипит, вытягивая шею и продолжая что-то высматривать, — С тех пор, как тут Сонечка поселилась, вся живность за Борисовку ушла.

— Бред!.. — снова толкаюсь, злая на него за то, что с каждой секундой мне все больше не по себе, — Я не верю!..

— Это девочка, которая гуляла в этом лесу и бесследно пропала, — проговаривает он шепотом, — Ба рассказывала, что ее всем селом искали, но нашли только бант с платья.

— И?..

— А спустя какое-то время здесь стали встречать ее дух... Полупрозрачный силуэт маленькой девочки. Говорят, она все еще ищет свой бант!..

— Ну, нафиг!.. — выдыхаю я, отталкиваясь от дерева и соскакивая на ноги, — К черту грибы!..

Хватаю свое ведро и бросаюсь вперед, куда глаза глядят. Несусь сломя голову, не касаясь земли ногами. Мне еще мертвых девочек на хватало здесь повстречать.

— Васька!.. — кричит Колька, догоняя, — Стой, не в ту сторону бежим!..

Я разворачиваюсь и наугад лечу в другом направлении. Становится темно, жутко и, кажется, что Сонечка преследует нас.

— Вася!.. Вась!.. Сейчас гроза начнется!

Мое воспаленное воображение рисует мертвенно — бледное лицо девочки и ее жуткий оскал. Липкий, леденящий кровь, ужас пробирает под кожу и заставляет трястись всем телом.

Темное небо рассекает молния, а следом нас оглушает раскат грома, и мне слышится в нем злорадный смех Сонечки.

— Ма-ма!!! — ору во все горло.

— Васька!.. — кричит Колька, — Стой, говорю!..

Глава 41

Василина

Доводящая до ужаса сверкающая в небе молния и грохочущий гром сводят с ума. В исступлении я кричу во все горло, но даже сквозь мои собственные вопли слышу замогильный голос Сонечки:

— Отдавай!.. Отдавай, мой бант!..

Он проникает в сознание холодными липкими щупальцами и доводит до истерики.

Вылетев из леса на поляну, я продолжаю нестись быстрее ветра. Не знаю, куда и как долго я бегу, но в какой-то момент сзади на меня налетает чье-то тело. На скорости сбивает с ног и валит лицом в мокрую траву.

— А-а-а-а!.. А-а-а-а!! Спасите! — ору хрипло, пытаясь выползти из-под этого кого-то.

— Васька!.. — вдруг сквозь толщу моей паники проникает в ухо голос Кольки, — Васька!.. Это я!.. Я! Коля Каблуков!

— А?..

Затихаю и, немного придя в себя, открываю глаза.

Тело с моей спины исчезает. Я переворачиваюсь и действительно вижу Кольку. На его перекошенном лице застывшая кривая ухмылка. Не понять — от веселья или страха.

Косой дождь лупит по нашим лицам, а мы в шоке продолжаем пялиться друг на друга. От пережитого я трясусь как руки Эрнеста Рудольфовича.

— Где она? — выдавливаю, заикаясь.

— Кто?

— С-сонечка... Где она, Коля?

— Отстала, — кивает в сторону черного леса. Очередная молния освещает его широкую улыбку, — Маленькая же... быстро бегать не умеет.

— А если догонит? — спрашиваю, почувствовав новую вспышку паники.

— Не догонит. Она из лесу никогда не выходит, — упокаивает, смахивая в лица потоки воды, — Идем?..

Поднимается на ноги и, подав руку, помогает встать мне. Мои коленки как желе. Я отыскиваю укатившееся в сторону мое ведро и озираюсь.

— Где мы?

— Туда надо, — показывает пальцем влево, — Там Бодуны. Пойдем вдоль леса и выйдем к сопке.

Я напрягаю глаза и действительно с очередным разрядом молнии вижу макушку сопки за лесом.

— Далеко идти?

— Километра три, — прикидывает Колька.

— Ой, мамочки!..

Стараясь не смотреть в сторону лесной чащи, я шагаю след в след за Колькой. Гроза, покружив над нами еще немного, уходит в сторону Бодунов и громыхает уже над ними.

Хорошо, что я не ее не боюсь. Я всегда была очень — очень бесстрашной.

Однако спустя полчаса наложившаяся на потрясение усталость делает свое дело. Я выбиваюсь из сил — физических и моральных. Идти по мокрым, поросшим травой кочкам та еще задачка. К тому же, промокшая до нитки, я промерзаю до костей.

Становится до слез жаль себя.

— Ты как? — спрашиваю у Кольки, заметив, что он тоже время от времени сильно вздрагивает, — Замерз?

— Не-а... — стучит зубами, — Я пятьсот раз под дождь попадал. Ваще фигня!..

— М-м-м... Коля, а почему Каблуков?.. — спрашиваю затем, чтобы не молчать.

За болтовней время всегда быстрее бежит.

— Фамилия такая. По отцу.

— Красивая, — вру я.

— Ага... У нас целая династия — Каблуковых.

— Прикольно...

Спустя какое-то время, обойдя лес по дуге, мы выходим к родной сопке. Увидев ее так близко, я едва сдерживаю слезы радости.

— Дошли!.. Вы это сделали, Коля! — всхлипываю, прижав ладонь ко рту, — Мы выжили!

Гроза