Он Мной Одержим Навеки - Яна Ланская

свою пытку перекрученной ластовицей, чем вызывает у меня неудовлетворение. Стягивает одним движением шорты до колен и погружает в меня два пальца. С губ срывается протяжной стон. Как же хорошо… Но Влад обламывает меня и резко вытаскивает их. Переворачивает меня на спину, наваливается сверху, делая меня еще более беспомощной, и проводит этой же рукой мне по губам, размазывая мою же смазку. Извращенец! Не успеваю я отреагировать, как сам же это всё слизывает и целует меня. Влажно, с напором. Толкаясь глубоко и запуская дикие мурашки.

— Ты такая сладкая. Даже не знаю, что хочу сначала. Наказать тебя или поощрить.

Я морально не готова к этому. Как-то рано, это слишком интимно. В будущем возможно, но сейчас мне очень стыдно. Лучше пусть шлёпает. Тем более это настолько же приятно, насколько болезненно.

— Наказать! Только наказать! — киваю ему для убедительности.

— Скажи это. Попроси отшлёпать!

— Влад, отшлёпай меня! И разденься, пожалуйста!

Влад улыбается, снова натягивает балаклаву, резко меня переворачивает обратно на живот и что-то подкладывает под подвздошные косточки. Чувствую, как у меня теперь задрана попа наверх. И тут же мне прилетает шлепок. Намного больнее предыдущего.

— За превышение скорости на пятнадцать километров на тринадцатом километре Киевского шоссе, — ещё один по другой половине, — за пропущенную пару английского.

Он шлёпает и шлёпает. Кожа горит. Я закусываю губы и слышу отдаленно: «Двадцать второй километр, философия, полоса транспорта, тридцать километров» — всё сливается в один гул, кожа горит, а я отчаянно хочу ощущать его внутри. Он как будто запустил мне турбо-режим. Всё настолько мощно, что я уже не соображаю. Я даже свои стоны и всхлипывания слышу издалека.

Чувствую, как он слезает, как его губы прикасаются к раздраженной коже, пальцы скользят по влаге и губы приникают туда же. Распахиваю глаза от осознания, насколько это потрясающе, но это прекращается. Я хочу попросить ещё, но у меня слюны нет совсем. Открываю рот в попытке заговорить, но вместо этого вскрикиваю. В меня врывается его огромный член и врывается так глубоко, что я кричу на весь дом.

— У тебя был выбор, зай! — произносит Влад, склоняясь ко мне и хватая за шею.

Глава 36

Владу надо быть в аэропорту через сорок минут, я лежу на его огромной груди и млею. Только сейчас он разделся и дал мне насладиться своим совершенным телом. Это не тело даже, это какая-то машина по добыче оргазмов. Я даже рада, что он улетает в Мумбаи, потому что я даже с кровати встать не могу. Есть какой-то особенный кайф в этой нежности после такого грубого и жесткого секса. Разморило так, что даже проважатт его не хочется. Я бы сейчас уснула и всё. Влад как будто предугадывает мои мысли.

— Зай, давай ты не поедешь в аэропорт, отдыхай, — говорит, вырисововая узоры на моих рёбрах.

— Ты не обидишься?

— Ань… Ну я маленький что-ли? Мне хорошо, когда тебе хорошо.

— Лучше бы ты был маленьким, — упираюсь ладонями в его каменные грудные и встречаюсь с ним взглядом.

— Не смотри на меня так, мне нельзя опаздывать. Мы не успеем.

Я больше не выдержу, поэтому скатываюсь с него и натягиваю на себя пижаму. Теперь я её люблю. Она пахнет Владом.

— Ты что в этом полетишь? — с удивлением наблюдаю, как Влад опять одевается в форму.

— Нет, зай. У меня в машине одежда, я же для тебя переоделся. По дороге переоденусь. А что тебе не нравится?

— Очень нравится, я бы у себя оставила…

— Ну, хочешь Боря завезёт тебе.

— Нет!

На ватных ногах спускаюсь на первый этаж, держась за Влада. Внизу слышим какую-то суету, не успеваю отреагировать, мне же одеться надо, на лестницу вбегает незнакомый мне чел.

— Здрасте, — парень со страхом смотрит на Влада и убегает.

Мы переглядываемся и спускаемся. В гостиной немая сцена. У Дани организовалась спонтанная вечеринка и теперь двадцать пар глаз наших сокурсников устремлены на нас. Я в слишком открытой розовой пижаме и всё еще в меховых наручниках на руках и ногах, Влад их только расстегнул, но не снял и двухметровый олигарх в костюме омоновца.

Кто-то смотрит с опаской и удивлением. Кто-то явно с иронией. Девочки, в особенности те две сплетницы вот-вот заляпают слюнями нам мебель. А некоторые парни смотрят с интересом на меня. Приплыли.

— Ебать вы извращенцы, — первым отмирает мой брат.

— Да-а-нь, заткнись, — шиплю на брата и встаю за Влада, чтобы на меня не пялились.

— Добрый вечер, всем! Данил, привет! Я, — Влад по моему первый раз в жизни теряется, — я просто заехал переекусить во время дежурства!

— Я в ахуе! — Даня закатывает глаза и возвращается к матчу на соне плей стейшн.

Я первая убегаю в прихожую и надеваю мамин уличный кардиган. Влад идёт за мной.

— Мы опозорились? Это провал. Что делать? — начинаю нервно смерять шагами прихожую.

— Хочешь парней вызову вам?

— Каких парней? Зачем?

— Своих, — показывает на форму, — чтобы впечатления твоим гостям смазать. Они после такого приёма и не вспомнят о нас.

— Блин, Влад, нет. Только меня напрягает, что у нас тусовка.

— У тебя есть ключи, можешь поехать туда. И мои парни, если хочешь остаться тут.

— Интересные у тебя методы, Ананьевский.

— Какой бизнес, такие и методы, детка!

— Ага. Спасибо. Не надо. Когда ты вернёшься, бизнесмен?

— В пятницу.

— Ты на неделю? Я же буду очень скучать, — подхожу и сразу обнимаю.

— Зай, я весь май буду в Москве. Только мы с тобой к деду съездим.

— К твоему? Куда?

— Да. В его деревню. Ну, теперь нашу деревню, — смущённо улыбается. — Мы всей семьёй собираемся там на майские. Так что сразу как прилечу, мы поедем туда. Или полетим. Наверное полетим. В этом году нас будет много. Яр с девушкой, ты. Сестры. Родители. Дед, естественно. Тебе понравится, — гладит по волосам и целует в макушку.

— Хорошо, Коть, буду очень ждать.

— Веди себя хорошо! — Даёт последнее наставление, стоя в дверях!

— О, — сконфуженно улыбаюсь, — я усвоила урок, — потираю ягодицы и показываю, как мне больно.

— Тогда, тебя ждёт поощрение, — влажно и нежно целует напоследок и выходит на улицу.

Я распылилась от поцелуя за доли секунд, поэтому остаюсь на весенней прохладе, чтобы остыть и привести мысли в порядок. Хочу полежать в ванной, насладиться тишиной, понежиться. Вкусно поесть в конце концов, а не терпеть Данину тусу. Есть всё-таки в положении Влада неоспоримые плюсы.

— Народ, через пятнадцать минут здесь будет наряд Росгвардии. Вы остаётесь или как? — Возвращаюсь домой и уверенно обламываю брату